Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

то они пойдут, вы как считаете? Ну вот, а то не пойдут, не пойдут, сопротивляться будут, в комитет по правам человека жаловаться начнут. Тут никакого такого комитета нет, а права есть только у меня и еще у Хелми-паши, а все остальные просто ходячее и жалобно стонущее «мясо». «Открывашки» двуногие.

Индиана Джонс, ау! Вот где ты бродишь, невероятно везучий сукин сын? Тебе бы здесь обязательно понравилось! Побегал бы от сходящихся стен, попрыгал бы через провалы, поуворачивался бы от блоков, что беззвучно падают сверху. Только шелест слышен, затем гулкий грохот и летят капли горячей крови очередного неудачника на носки обуви — шесты у нас от палаток тоже закончились, и поэтому жерди что у нас в наличии, не очень длинные. Даже связанные вдвое они всего четыре метра в длину. Так что да, долетает. И не только кровь, поэтому от нас воняет не только потом. Думаю, бодрому Младшему Инди таких приключений хватило бы на всю оставшуюся жизнь. И повесил бы он тогда свой кнут и шляпу в самый темный угол чулана на самый кривой гвоздь и закрыл их на замок, чтобы более ни в какие такие экспедиции, пусть хоть небо на голову падает. М-да… Одна здесь радость — нет тут вылетающих из стен копий, стрел и разных зазубренных дисков с шипастыми бревнами на веревках.

Древние строители на подобную зрелищную, но совершенно не эффективную дешевку не разменивались. Тут все основательное, многотонное, очень продуманное и поэтому не оставляющее никакой возможности проскакать до цели а-ля кузнечик шустрым расхитителям гробниц. Так что и Лара Крофт в этом месте тоже отдыхает. Негде ей тут бегать по потолкам и сальто крутить, тесновато здесь. И никто не приготовил для нее разных хитрых рычагов, нажимных плит и выступающих из стены — ну вот совершенно случайно — окрашенных в белый цвет кирпичей с надписью: «Надави меня». И ее пятый размер ей тоже не поможет — здешние мумии этим не интересуются. И ничего я ей не завидую, у нас с Леночкой весьма приятный глазу третий плюс, а дойными коровами мы с ней никогда себя не представляли. Да мы с Леночкой и так «звезды», даже без приставки «порно» и килограммов силикона в молочных железах. Только вот сейчас наша «звезда» несколько потускнела и немного закатилась. Что-то у меня тут все через заднее место получается и никакими идеями как все сделать быстро и безболезненно я не блещу. С Леночки спроса нет — она устала и спит где-то глубоко во мне. Напереживалась, чудо мелкое.

— Ханум Елен, не хотите ли вы кофе?

— А разве у нас осталось кофе, аджа Хелми? Он не высь канул в яму?

Вот какой ишак вместо мешка с песком кинул мешок с зернами кофе? Узнаю — убью!

— Немного осталось. На пару раз хватит. Тем более для вас, моя юная ханум.

— Спасибо, дядя Хелми. С удовольствием выпью чашечку.

— Я прикажу вам его сварить, ханум Елен.

— Спасибо, эфенди.

Пока несли по коридорам, кофе немного остыл, но еще не превратился в горчащую холодную бурду. А если добавить немного коньяка из фляжки, да под душистую пахитоску… Присесть бы куда-то…

Ли молниеносной подсечкой сбил на пол коридора одну из наших «открывашек», бросил ему на спину свернутую вдвое тощую стопку пустых мешков. Откуда он их только взял, вроде бы они у нас закончились?

Я благодарно улыбнулся ему и сел на скулящее и дрожащее под моими ногами. Подомной дрогнуло, пискнуло и затихло. Вот и молодец, лежи смирно, не шевелись, а то пойдешь у меня «открывать» вне очереди. Глоток, еще один глоток, глубокая затяжка и медленный выдох. Вроде бы немного отпускает, может не так уж и все беспросветно у нас впереди? Вертится ведь у меня что-то в мыслях, никак, правда не дается в руки. Хвостом все крутит… Хвостом…

Хелми-паша тем временем выпил свою чашку, наигрался четками, негромко кашлянул и как-то робко, что ему совсем не шло, обратился ко мне:

— Ханум Елена? Может быть мы все же несколько поспешили с устранением барона? И, полагаю, напрасно оставили без должного присмотра профессора. Да, я признаю, что был излишне настойчив и торопил вас с… С выгодным только мне решением. Но тогда мне казалось, что… Очень сожалею, что не послушал вас. Ведь, вероятно, живым барон оказался бы нам полезен? Ведь у него были некие бумаги на руках, что разорвало вместе с ним. Предполагаю, что там был способ преодолеть все эти ловушки менее… Э… Менее затратно в любых смыслах. Может если тщательно поискать в его останках, то что-то удастся восстановить из его записей?

Черт, отвлек меня паша от размышлений, а ведь я почти поймал за хвост ускользающую от меня мысль! Хвост, хвост. Почему мне не дает покоя этот хвост?

— В этом нет никакого смысла, уважаемый Хелми-паша. Не было ничего важного в бумагах барона, я их тщательно просмотрела. Нелепый рисунок якобы верного пути в гробницу. Несуразные значки, по которым мы должны были ориентироваться, корявый и сумбурный перевод с какого-то свитка, согласно которому кровь принесенного в жертву черного петуха и голова змеи откроют нам двери. Зачем нам этот мистический мусор, Хелми-паша? Или вы считаете, что если перед входом в лабиринт зарезать десяток петухов, то все эти глыбы перестанут падать нам на головы и плиты под нами более не будет проваливаться?

— Я в этом сильно сомневаюсь, ханум Елена. Здесь задействована лишь голая механика. Никакой мистики и колдовства.

— Вот именно, Хелми-паша! Тут нет никакой древней магии! Самая обыкновенная, банальная, прикладная механика. Рычаги, опоры, поворотные полусферы, нажимные пластины. Все очень просто и одновременно сложно. Я никак не могу понять, как строители этого угребища достигли столь филигранного сокрытия этих нажимных пластин! Ведь они все абсолютно идентичны даже при самом тщательном осмотре! И только когда на них наступаешь, начинает действовать механизм за стенами коридора. А эта задержка действия ловушки по времени? Знаете, Хелми-паша, мне стыдно за это, но я не могу себе представить устройство этого механизма и его принцип действия!

— Я так же не в состоянии объяснить себе сей факт, ханум Елен. А ведь я кроме стамбульского университета получал образование и в Preußische Kriegsakademie в Берлине. И прослушал несколько курсов в Сорбонне! И тем не менее я просто пасую пред знаниями и умениями строителей этого кошмарного чуда!

Хелми-паша сокрушенно вздохнул, развел руками, замолчал и вновь продолжил крутить свои четки.

Я тоже тяжело вздохнул и соглашаясь с