Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин - Бехруз Курбанов

— Разве мертвецы могут ответить на зов? — сердито спросил Расим.

— Господин Мунир мёртв? — спросил один из потрясённых слуг и посмотрел на второго.

— Это же очевидно, — Расим взглядом указал на всё ещё неподвижное тело.

Он подошёл к Муниру, опустился на корточки и приставил два пальца на шею наследного шахзаде. Затем он поднёс пальцы к его ноздрям — дыхания не было, равно как и пульса. Расим поднял взгляд на спросившего слугу и отрицательно покачал головой.

— Что же теперь будет? — отчаялся тот самый слуга.

Расим встал и невозмутимо подошёл к нему.

— Всё будет хорошо, — сказал он точно так же, как тот бедняк своему сыну на базаре.

Слуга неуверенно покивал. Вдруг тишину нарушил звук посмертно опорожнившегося кишечника Мунира. Поднялся отвратительный запах и Расим сморщил нос.

— Уберите его отсюда! — приказал он и покинул аудиенц-зал…

В аудиенц-зале продолжали менять деревянные плитки в том месте, где упал Мунир ибн Нодир. Потому местом собрания выбрали тронный зал падишаха, где и раньше собирали совет визирей. Этот зал пустовал с тех пор, как падишах Нодир слёг в постель с неизлечимой болезнью. Премьер-министр всего один раз провёл здесь собрание. Слуги убрались в помещении и поставили длинный низкий стол посередине, в семи шагах от деревянного возвышения, на котором стоял резной трон с тонким серпом месяца и двумя звездами на боковинах спинки. Тронный зал располагается в северном блоке дворца. В нём также есть резные колонны, — по пять с двух сторон в пяти газах от стен. Трёхуровневые потолки с куполами были украшены кундалем. Стена за троном расписана резьбой в виде природного пейзажа под аркой из слов, описывающих историю дворца.

Расим сидел во главе стола на коричневой курпаче. Он скрывал своё недовольство от того, что его уведомили последним. Он тут премьер-министр и он первый, у кого нужно было спросить.

— «Визири собрали совет и ожидают вас в тронном зале, господин премьер-министр», — сообщил ему Акмал на утро третьего дня, когда Расим поручил Латифу собрать людей в поход. К этому времени уже весь город узнал о смерти Мунира ибн Нодира. Весть об этом так же была отправлена в Шомабад. Акмал в тот же день хотел написать письмо в Ангуран, но Расим одёрнул писаря.

— «Не надо вмешивать их в наши государственные дела», — процедил он в рабочем кабинете писаря.

Темой совета визирей, как сообщили Расиму, был вопрос похорон Мунира. Однако все молчали и Расим ждал, кто же заговорит первым? Сам он этого делать не собирался, ведь не он инициатор собрания.

— Как это вышло? — недоумевал Орзу. Узнав о смерти Мунира, он в слезах прибежал в аудиенц-зал. На заседании он сидел справа от Расима, у него были красные заплаканные глаза, отражающие горькую досаду.

— «Вот он и заговорил», — Расим, моргнув, медленно перевёл взгляд на Орзу. Он-то и собрал этот совет, где присутствовали только визири.

— Придворные шепчутся, обвиняя Нигору, — проговорил казначей.

— Зачем ей было убивать Мунира? — переспросил Орзу, который не видел в этом выгоду ведьмы.

— Ахорун обвиняет ведьм в Зелёной хвори…

— Они отрицают свою вину, — не дал Орзу договорить старому казначею.

— «Почему ты её защищаешь?» — Расим с ревностным любопытством покосился на визиря внутренних дел. — «Она ублажала тебя? Или ты утешал её? Ты ведь в этом мастер».

— Мне не известны их мотивы, — пожал плечами Сомон. — Однако в народе уже тоже указывают на ведьм.

— Здесь и в Чехре люди начали отказываться от их помощи в выращивании урожая, — озабоченно сообщил визирь земледелья.

— Еда из выращенных ими продуктов безвкусная и не сытная, — сетовал визирь торговли Зебистана.

— Это никак не связано со смертью на-шахзаде, — возразил Орзу.

— В Арруже Нигора хотела получить власть, но изгнанная Бузургом, она сослала на всё их государство Зелёную хворь. После неудачи там, возможно, теперь она хочет получить трон Расулабада, — предположил Неъмат, глядя на безучастного Расима.

— Это клевета! — отрезал визирь внутренних дел, привлекая на себя невозмутимый взгляд Расима. — Ответьте лучше, отчего скончался мой… господин Мунир? — осекшись, потребовал Орзу.

— «Чуть не проболтался», — Расим мысленно ухмылялся. Он прекрасно знал, почему осёкся Орзу.

— Он умер от сердечного приступа, — с грустью ответил старый лекарь.

— Мунира ибн Нодира погубила охота. Нигора заботилась о его здоровье и не раз просила его не нагружаться. Его величество не прислушалось, вот и его сердце не выдержало, — заключил визирь торговли.

— «Разумное умозаключение», — Расим похвально перевёл взгляд на визиря торговли.

— До Нигоры господин Мунир иногда жаловался на здоровье, но с её приходом оно резко ухудшилось, и он внезапно умер. Что-то здесь нечисто, — покачал головой Неъмат.

— Хотите, чтобы и мы их изгнали? — хмуро осведомился Орзу.

— Без их помощи нам нескоро ждать первого урожая из новых посевных земель, если и их не затронет Чёрная напасть, — выразил беспокойство визирь земледелья. — Продовольственный рынок снова опустеет и люди опять начнут голодать.

— Нужно увеличить поставки из Ахоруна, — заявил визирь торговли.

— «Мне потребовалось несколько дней, чтобы прийти к этому решению, а ты у нас просто фонтан быстрых умозаключений», — Расим иронично посмотрел на него.

— Что скажете вы, господин премьер-министр? — требовательно спросил Орзу.

— «Сколько вас здесь собралось пустоголовых визирей? Сидите здесь, скрестив ноги, и который час разглагольствуете. В итоге пришли к тому же заключение, которое я сделал и без вашей помощи. Так зачем вы вообще нужны?»

— Я согласен с Шухрат-ака41, — подавив в себе желание отчитать визирей, равнодушно сказал Расим, не отрывая глаз от визиря торговли. — Я напишу письмо Бузургу ибн Махмуду, где с прискорбием сообщу о смерти Мунира ибн Нодира и попрошу его помочь нам в этот трудный час, — он перевёл взгляд на Орзу.

Визирь внутренних дел одобрительно кивнул и окинул взором каждого за столом перед тем, как снова посмотреть на Расима.

— Теперь перейдём к сути нашего собрания. Выборы, — заявил он, выждав паузу.

Визири согласно кивнули, тогда как Расим опешил и выронил удивление из своих уст.

— Выборы?

— Как бы мне не было горько об этом говорить, сыновья падишаха мертвы. Сам падишах уже долгие годы прикован к постели неизлечимой болезнью. Он редко открывает глаза и ещё реже произносит хоть какие-то внятные слова. Мы, — Орзу снова обвёл взглядом визирей, — единодушно пришли к выводу, что падишах не выздоровеет. Он более не способен управлять государством и наследников у него больше нет. В таком случае нам нужно выбрать нового падишаха.

— «Вот ваша истинная цель, а не похороны Мунира», — Расим осуждающе посмотрел на Акмала. — «Ах, ты змея. Обманул меня? Что ж», — он снова перевёл взгляд на Орзу. — «Это Нигора