Избранницы правителей Эёрана: история демонов Нарака. Трилогия (СИ) - Свадьбина Любовь

Безумная поездка. Леонхашарт сворачивает на перекрёстке. Прогнав по улице целый квартал, сворачивает на другую кольцевую дорогу. Опять мчится вперёд.

Сбоку от меня странно колышется воздух, вспыхивают яркие глаза. Саламандра? Ничуть не страшась тараканов, она мчится рядом с машиной на скорости в двести километров в час. Исходящий от меня свет тянется к ней, обращается в подобии дыма и впитывается в невидимую шкуру.

Но меня больше интересует, как у неё получается так быстро бежать? Она, похоже, не от ящериц, а от гепардов произошла. Хотя такое и гепард не осилит.

Приоткрыв рот, Саламандра вываливает кончик языка. Кажется, убегалась. Но скачет рядом. То ли просто лакомится магией, то ли помочь пытается…

Я так засматриваюсь на неё, что не замечаю, что происходит впереди. Бабах! Огненный всполох. Машину передёргивает, она подскакивает вверх. Меня ослепляет вспышка ало‑лиловой магии, обхватывают руки, прижимая к груди. Встряска. Удар. Вой сирен. Шипение. Всё смешивается, я не понимаю, где верх, где низ. В следующий миг меня вздёргивают над дорогой. Высоко. Это Леонхашарт взлетел. Зелёный кабриолет валяется перевёрнутый с развороченным носом. В дороге – выемка, словно там что‑то взорвалось, и это точно был не автомобиль.

Оглушительно воют сирены.

На миг Саламандра проявляется на дороге смутным силуэтом, оглядывается по сторонам и припускает куда‑то в сторону. Леонхашарт летит прочь, не давая мне посмотреть, что там с ней.

– В нас стреляли, – рычит он. – Держись крепче.

Как? Если я вишу у него в руках, и ноги болтаются, и волосы бьют в лицо вместе с ветром, мешая обзору.

Он летит. Летит изумительно быстро, но на этот раз мы не отрываемся от воя сирены, предупреждающей о перегрузке магического фона, в этот раз вой сопровождает нас, как и отстрелы накопителей магии. Наверное, мы слишком медленные, концентрация магии возрастает чересчур быстро.

Сжавшись в сильных руках, я пытаюсь как‑нибудь стать более обтекаемой, потому что совершенно очевидно – по‑настоящему быстро лететь Леонхашарт со мной не может. А значит, скоро на нас вышлют военных. Или выставят снайпера.

– Оставь меня! – выкрикиваю я.

– Нет. – Леонхашарт только крепче меня сжимает.

– Со мной тебе не спастись. – Не скажу, что мне не страшно такое говорить – очень страшно, но я понимаю, что вдвоём не улететь, а машин на дороге я не вижу, все покинули трассу, чтобы не попасться нам. И раз уж вдвоём не спастись, логичнее…

– Не важно, – выдавливает Леонхашарт. Его тело передёргивается, когти на руках резко вырастают, сам он будто становится больше, но и крылья тоже, и частота махов ускоряемся.

Но этого мало: сирены не умолкают.

Неужели никто не подкинет нам быструю машину?

Наверное, не подкинет: машина нужна прямо сейчас, но никто не захочет приближаться к нам, рискуя заразить свой источник таким же смертельно опасным неконтролируемым выплеском. Рядом может просто не быть достаточно быстрой машины. А полететь к зданиям – значит поставить под угрозу живущих там, сейчас же ночь, многие дома…

Не теряя надежды, я оглядываюсь, надеясь увидеть машину, которую мы могли бы угнать. Хотя Леонхашарт вряд ли умеет заводить мотор без ключа…

Между домов ярким пятном промелькивают светлые крылья. Леонхашарт не сбавляет скорости, когда на кольцевую дорогу с соседней улицы вылетает Гатанас Аведдин во всём белом.

Глава 3

Леонхашарт крепче прижимает меня к себе, и я ощущаю отголоски его страха. Чего добивается глава сектора Возмездие? Гатанас Аведдин закован в полную броню со шлемом. Он ныряет вниз и встаёт на дороге, широко расставив крылья и ноги. Если не свернём – пролетим прямо над ним.

Но сворачивать можно только к жилым домам, и там аура Леонхашарта заденет обывателей. Он взмывает выше, продолжая лететь вдоль кольцевой дороги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Гатанас Аведдин не делает ничего, просто стоит, но наверняка он не полюбоваться нами явился. И почему‑то мне было бы спокойнее, если бы в руке у него была базука, чем так – ждать непонятно чего.

Настороженность Леонхашарта я ощущаю, но он, ещё рванув вверх, на пределе сил, ускоряется, и холодный ветер бьёт нам в лицо.

Из вскинутых рук Гатанаса Аведдина вырывается полупрозрачная волна, захлёстывает нас. Мы летим дальше, но воздух густеет, окружающее видно словно через потоки воды, а потом… со всех сторон вспыхивают белые пентаграммы, заключая нас в куб.

И всё же Леонхашарт продолжает лететь, мы дышим этим сгустившимся воздухом, с прежней яростью отстреливаются поглотители магии. Куб из пентаграмм не мешает нам. Сквозь сияющие линии, насколько хватает неудобного обзора, пытаюсь разглядеть, что происходит сзади: Гатанас Аведдин летит за нами. Он один, поэтому расстояние быстро сокращается.

А вот линии, составляющие пентаграмму, истончаются всё быстрее… При этом вреда нам никакого, по крайней мере, явно ощутимого, не приносят.

– Кажется, нам надо с ним поговорить! – выкрикиваю я.

– Да, – соглашается Леонхашарт.

Но учитывая двойной вес, наверное, у нас просто нет выбора: белоснежные крылья Гатанаса Аведдина сильны и быстры. Ещё пара минут, и он поравняется с нами.

Демон, который вот так берёт и применяет масштабную по виду магию прямо в Нараке.

В отличие от остальных, он подходит очень близко – прямо к истончающимся линиям созданных им пентаграмм.

И тут я замечаю одну странность: вой сирен удаляется. Мы оставляем его позади, а район, над которым летим, опустошая накопители, не подаёт сигнала о критическом повышении магического фона.

– У вас ещё пять минут! – кричит Гатанас сквозь свист ветра. – Дольше печать не сможет удерживать магию. На дороге ждёт автомобиль с полным баком и ключами. Леонхашарт!

Всё это время смотревший строго вперёд Леонхашарт поворачивает голову, и Гатанас кричит:

– Вдвоём вам сложнее будет погасить выплеск. Выплеск Анастасии не пробьётся сквозь мою полную броню, если ты позволишь мне везти её по соседней кольцевой дороге, я точно смогу стабилизировать её источник. И спасти.

С каждым его уверенно‑вкрадчивым словом Леонхашарт крепче сжимает меня, а я ощущаю какой‑то непонятный, животный страх.

– Леонхашарт, я смогу помочь, – повторяет Гатанас Аведдин. – Но ты должен решить сейчас: когда печать разрушится, я не смогу подойти достаточно близко, чтобы сразу забрать её. Оставь Анастасию на дороге, я всё устрою.

Можно ли верить этому белому демону?

То, что он говорит, звучит разумно: разделившись, мы охватим больше поглотителей магии за единицу времени. И мой магический выплеск действительно может быть не настолько опасен для архидемона в полной броне. Но доверять Гатанасу… который, возможно, и устроил нам эту подставу.

Нет, слишком нелепо: украсть меня или убрать Леонхашарта можно было без таких спецэффектов. Или ему нужен неконтролируемый выплеск? Или чтобы выплеск был у одного Леонхашарта?

От непонятности всего и вся хочется кричать.

– Леонхашарт, ты же хочешь, чтобы Анастасия выжила? – более нервно уточняет Гатанас, ведь составляющие пентаграммы линии истончились до толщины обычных нитей.

– Да, конечно! – отчаянно выкрикивает Леонхашарт.

– Тогда поставь её на землю и позволь мне помочь. Иначе вы оба можете умереть, даже если станете ездить по городу на машине.

Можем умереть… Я успела с этим практически смириться, потом понадеяться на чудо, а теперь этот Гатанас делает вот так, и надо выбирать, и от выбора зависит жизнь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Если обидишь её, я прилечу в сектор Возмездие и там сгорю с выбросом всего резерва источника, так что Безымянный ужас обязательно к вам придёт!

И прежде, чем я успеваю что‑то решить и подумать, Леонхашарт ныряет вниз, резко тормозит, сбавляя скорость.

– Ты ему веришь? – выдыхаю я.