Спасательный круг (СИ) - Гейман

у зеркала, надевая простые аккуратные серьги из золота в виде маленьких колец. На ней было чёрное платье, сверху напоминающее корсет или боди, плотно облегая хрупкий верх, и с пышной фатиновой юбкой длиной на ладонь выше колен, с узким поясом, на котором красовался небольшой шёлковый бант. Оголённые руки и ключицы были покрыты прозрачной тканью, красивые воздушные рукава лишь выделяли тонкость и изысканность, а само платье выгодно подчёркивало талию и оголяло красивые длинные ноги. Чёрные классические лакированные лодочки аккуратно и скромно сидели на ножках, ещё больше утончая прекрасный силуэт. Ведьма заметила его на пороге и робко взглянула. Ей было удобно в такой одежде, но не привычно. Волосы девушка, с помощью магии, просто оставила крупными локонами струиться по плечам.

— Вау, — уронив челюсть, Астарот прошёл вглубь, становясь позади неё у зеркала и искренне, без какого-либо подтекста продолжил, — какая же ты красивая, — он порядком смутил её, продолжая восхищённо и завороженно разглядывать.

— Спасибо, — чуть опустив глаза, ответила блондинка. — Только сегодня?

— Нет, всегда. Но сегодня…я даже боюсь, как бы тебя не украли, — брюнет нежно погладил её плечи, проходя по рукам и наклонился к шее, прикрыв глаза, чтобы вдохнуть пудровый, ненавязчивый аромат духов, напоминающий свежесть и ландыши.

— Ну ты же голову оторвёшь за меня, — намёк на усмешку. Припоминает тот случай.

— А где же «Да, милый?» — перекривлял красноглазый. Она цокнула и закатила глазки.

— Да, милый? — нарочито.

— Теперь точно оторву.

* * *

Ух, и жарко же здесь было. Стоило надеть платье с полностью открытыми плечами. И как неожиданно, что в Аду выступают вполне себе известные музыканты, заколдованные, вызволенные из личного кошмара на время. Классическая музыка, скрипка, жутковатая, но в целом, приятная, особенно, когда ожидаешь тяжёлый металл. Они пришли почти последними, и все уже разбились на компании. Кто-то пафосно пил вино, кто-то собрался за круглым столом, бросая игральные кости, кто-то хищно скалился на музыкантов. Делия, оглядывая всех чудовищ, что здесь собрались, подумала, что Астарот, и без того не уродливый, в сравнении с ними просто долбанный красавец с обложки глянца, воплощение прекрасного. В человеческом облике из мужчин был только Аббадон, помахавший ей рукой с другого конца зала.

Астарот не мог не волноваться, потому что настоящая красавица, принцесса, Делия привлекала слишком много внимания. И дело даже не в ревности, а в банальном страхе. Против такой толпы ему будет трудно выстоять, если кто-то решит с ней поиграться, но за неё он был готов стоять до последнего.

— Только не носись со мной, как с маленькой, — серьёзно, даже с некоторой досадой, настояла девушка, внимательно на него посмотрев. — Иди, развлекайся.

— О, птенчик, ты меня отпускаешь?

— Я тебя прошу.

— Корделия, я отойду сейчас, — он подавил в себе желание взять её лицо в ладони. Плохое предчувствие, они тут точно ненадолго. — Но если что, сразу смотри на меня и пошли волну энергии, я буду наблюдать за тобой. Договорились, котёнок?

— Договорились. Иди уже.

Астарот ушёл к тем, с кем больше всего контактировал, обсуждать планы. Некоторые люди очень напрашивались в Ад, и их пребывание нужно было обговорить. Его многие осуждали и не понимали. Астарота все знали, как неспособного чувствовать манипулятора, прожёного горьким опытом и стремящегося расширить свои владения, не более. Никому не было приятно, что какой-то человек, блядская ведьма, сможет разделить их с ним. Это позор для такого места. Только бывшая жена могла предполагать, что его чувства настоящие на сотню процентов, и это не приманка для остальных и не вызов их обществу.

Красноглазому было наплевать от слова совсем. Общество, пусть даже и демоническое, никогда не считалось ему ровней. И желая хоть раз в жизни попробовать любовь, он ставил Делию выше всех остальных.

Верховная привалилась к мраморной стене, потягивая вино и оглядывая всех вокруг. Если бы не кромсали людей в пыточных и не были бы такими искарёженными, ужасно пугающими, она бы спутала их с разбалованной знатью. Все пялились на неё, как на диковинного зверя, и ей, несмотря на лёгкий дискомфорт, было нормально. Она телом ощущала исходящую от демона энергию и знала, что находится под защитой одного из самых сильных. Может, мемуары начать писать? Вдруг ей когда-нибудь повезёт увидеть белый свет, будет, что рассказать миру. Вообще, он отличный художник, о чём говорил её собственный портрет, достоверный на тысячу процентов, очень красивый, покоящийся в ящике стола. Она бы тоже хотела научиться рисовать, надо бы попросить, а то что всё он инициирует их совместное времяпровождение.

Вдруг чьи-то костлявые пальцы, точнее ногти на них, щекотно и неприятно прошлись по её руке. Она резко повернулась, пытаясь не выглядеть испуганной. Перед собой ведьма увидела не очень привлекательную женщину с белыми глазами и пятью парой рогов, самые большие из которых крепились к затылку и были размером и формой, как у буйвола, остальные же были за ушами и на голове, вились маленькими завитками. Тело было полностью голым, без половых признаков и с кучей мышц.

— А ты и впрямь лакомый кусочек, — у неё был ужасный, будто раздвоенный, низкий голос. — Как тебя зовут?

— Корделия, — она отступила в сторону, стараясь, чтобы это выглядело непринуждённо.

— Кордеееелия, — протянула женщина и облизнулась. От неё веяло разрушением, смертью, ужасной смертью. — А я Прозерпина.

Покровительница разрушений, катастроф и стихийных бедствий. Ну теперь всё понятно.

— Ясно, — коротко ответила девушка. Выдавить, что ей приятно познакомиться, она не могла.

— Не очень-то ты дружелюбная, — с презрением сказала страшила. — Знаешь, что здесь делают с теми, кто много выёбывается?

Корделия спросила: «И что же?», а сама начала, не слушая, судорожно искать глазами Астарота. Тот быстро откликнулся и уже через полминуты оказался рядом, позади демоницы, кашляя ей на ухо.

— О, Астарот, здравствуй, а мы тут как раз мило болтали, да, Корделия? — а вот эта особа так виртуозно менять маски, как Аббадон, не умела.

— Отошла отсюда, пока я тебе рога не повыдирал, чтобы больше рядом с ней я тебя не видел, — выдавил демон ядовито и злобно, Делия впервые увидела, как его глаза чернеют. Предупреждениями и осторожными просьбами он не обходился.

— Ты жалкий, ничтожный идиот, — ответила белёсая и скрылась.

— Ты в порядке? Может, отвести тебя обратно? — зануда оглядел её с ног до головы.

— Всё хорошо, честно. Спасибо за помощь, я в норме. Иди.

— Потанцуешь со мной позже, хорошо?

— Ладно.

Оставшись вновь в одиночестве, Делия прошлась по залу и напоролась-таки на Аграт и Аббадона, что вполне спокойно расспрашивали о демоне и подшучивали над ней. Их она не