Спасательный круг (СИ) - Гейман

грустит, какие маленькие, когда смеётся. Шатенка в последние месяцы стала сдержаннее, спокойнее, не лезла так рьяно, хотя всё ещё приставала, просто научилась дозировать свои порывы и выделять время только на себя. Неожиданно, это стало раздражать. А как же он? Ему тоже нужно внимание, он привык к нему, хоть вслух даже себе не признавался.

Лэнгдон чертовски устал, заебался. Заебался от медленных сдвигов в себе. Эйден говорил, что уже почти восемь месяцев без убийств — огромный прогресс, и маленькие шажочки лучше быстрых, но непостоянных, но Антихристу, как всегда, хотелось всего и сразу. Однако надо признать, что ему удалось научиться ловить моменты, когда он придёт в упадок и оттягивать их, перенаправлять злость в другое русло, например, на помощь в шабаше или учёбу. Ему ничего не стоило с помощью обаяния и магии успешно и быстро сдать экзамен на поступление, его ум был феноменален. Сейчас Майкл ездил в другой штат в будние дни на учёбу в Полицейскую Академию. Он долго думал, чего хочет от жизни и пришёл к выводу, что с его способностями в органах ему самое место. Он может парой заклинаний вычислить преступника, во-первых, во-вторых, при задержании можно стрелять, о чём он не раз слышал от преподавателей, а это значит, что у него иногда будет возможность выплеснуть необузданные эмоции. Было правда интересно, особенно с его образом жизни и происхождением изучать биографии маньяков, слушать лекции по криминалистике. Там он осел, завёл какие-никакие знакомства, и всё стало куда лучше.

Для более твёрдой почвы под ногами нужно было хотя бы на время решить вопрос с Амелией. Она столько поддерживала его, что пока Майкл не представлял себя без помощи этой змеи. Однако неопределённость между ними вытягивала все силы, и это нужно было как-то решать. Даже девочки в шабаше начали твердить ему, что он такой злой, потому что не трахается и что пора бы уже перестать дрочить на Корделию и заняться реальными людьми. И сегодня, напившись, он подумал: «А почему бы и нет?» Джонсон давно перед ним задницей крутит, пора бы и узнать, какая она в постели.

Подойдя к нужному дому, Антихрист уловил интересный диалог, немного повеселивший и разозливший его одновременно:

— Ну всего лишь одно свидание, Амелия, пожалуйста, — молодой паренёк среднего роста и телосложения, шатен, стоял в дверях на пороге её дома и робко говорил с ней.

— Мэтт, ну сколько раз тебе повторять, моё сердце занято, — со вздохом ответила синеглазка.

— Ну ты же сейчас вроде как одна и…

— Она не одна, — услышал парень за спиной грубый низковатый голос и почувствовал тяжёлую руку на плече. Кареглазый повернулся.

— А ты ещё кто?!

— Тебя ебать не должно, — грубо ответил Лэнгдон. — Она сказала валить или ты глухой?

Прежде, чем бедняга успел что-то ответить, глаза Майкла почернели, и он рыкнул на несчастного. Тот выдавил что-то вроде «Что за чертовщина», кинул растерянный взгляд на удивлённую Амелию и поспешил скрыться. Синеглазка ошарашенно посмотрела на Антихриста.

— И что это было?

— Какие-то претензии? — ухмыльнулся Майкл и вошёл, закрывая за собой дверь и смотря с хитрым, хищным прищуром, пошёл на неё.

— Нет, просто не ожидала от тебя такого, — робко ответила девушка и застыла на месте. — Ревнуешь?

— Возможно, — ответил парень и схватил её за затылок, потянув на себя и грубо, требовательно целуя.

Амелия едва не задохнулась от такого напора, но потом закрыла удивлённые глазки и, несдержанно простонав, обвила руками его шею.

— Что с тобой сегодня, Майкл? Я тебя не узнаю, — спросила змейка, улыбаясь. Он внимательно на неё посмотрел и тоном, не терпящим возражений, приказал:

— В постель. Живо.

Радостная и чуть напуганная, она не могла сдвинуться с места.

— Я неясно выразился? — тело требовало разрядки, он будто позволил себе проснуться от долго сна и захотел жить. Амелия продолжала растерянно пялиться на него. Он цокнул и вновь жадно впился в тонкие розовые губы, подхватывая шатенку под бёдра, и понёс её на кровать. — Любишь меня? — ему отчаянно хотелось знать.

— Люблю, — прошептала сквозь возбуждённый вздох она и подставила хрупкую шею под его жёсткие поцелуи.

С Корделией он не был таким. Верховную он берёг и был достаточно внимателен, боялся лишний раз сделать больно, хотя иногда хотелось, чтобы не выёбывалась. С Джонсон он чувствовал себя животным, не испытывая ничего кроме страсти и желания. Майкл пытался не слететь с катушек, изголодавшись. Он, стараясь не перебарщивать, сжал в руке её волосы и потянул в сторону, жадно кусая шею и, как голодный зверь, впиваясь в губы, к которым уже успел привыкнуть. Амелия отвечала с не меньшей прытью, а её тёплые руки скользили по мощной, пока ещё обёрнутой в чёрную рубашку, спине.

— Раздень меня, — приказал Антихрист, сжимая в руке её задницу, вырывая очередной несдержанный стон. Она потянулась к пуговичкам, но никак не могла зацепиться.

— Чёрт, — она надавила его плечи, и он притормозил.

— Не обзывайся, — как только рубашка слетела с его плеч, он вновь повалил её на подушки, упиваясь довольными стонами и резкими вздохами, когда стал сжимать большую грудь и кусать соски.

— Ну ты и зверь, — выдавила Амелия и схватила его за плечи.

— Тебе нравится, — утвердительно ответил блондин и прижался к её промежности.

— Сейчас и тебе понравится, — она обняла его и поменялась с ним местами, садясь сверху и кладя руку на внушительный стояк, пока ещё скрытый. — Как же хочется ощутить его внутри, — пошло закусив губу, захныкала девушка.

— Покажи, что ты его заслужила.

Она простонала и нетерпеливо стянула с него боксеры со штанами, освобождая полный, блестящий, истекающий смазкой стояк. Девушка обхватила его рукой у основания и сделала пару быстрых движений вверх-вниз, заставив его двинуть бёдрами вперёд и прикрыть глаза.

— Ну же, не томи, — услышала синеглазка и ухмыльнулась. Облизнувшись, девушка удобно устроилась на коленях между его ног, красиво выгнув спинку, открывая вид на упругую задницу в чёрных трусиках, больше похожих на стринги и наклонилась к возбуждённой плоти. Шатенка игриво подула на нежную головку, наслаждаясь тем, как сильно он вздрогнул. Сделав так ещё пару раз, она провела по щёлочке большим пальцем, хитро взглянув на Антихриста.

Он держался из последних сил. Всё тело превратилось в оголённый провод, хотелось просто дёрнуться и разом запихнуть член в её глотку, однако ему было важно и её спокойствие. Амелия обхватила горячую плоть губами, посасывая, медленно, нежно и чертовски хорошо.

— Блять, — Майкл всё-таки дёрнулся, и она с удовольствием приняла его глубже, доходя до середины ствола, лаская основание рукой. Как же ему