Стажировка богини. Дилогия (СИ) - Милисса Романец

«Хватит ли у нас энергии на сотворение мира даже вдвоём? Во время стажировки заготовки под миры напитывали своей энергией рождённые боги».

«Не попробуете — не узнаете предела своих сил».

«Тогда хочу мир как последний, который создала во время божественной стажировки. И чтобы там был мой небесный остров. И пусть подземелье — чертоги тёмного бога там тоже будут. Почти готовое троемирие…»

«Чтобы таким Небесам и Бездне развиться в полноценные миры, потребуется много времени и веры», — возразила Донгмей.

«У нас полно времени, а вера будет, как только в мире появятся верующие. Помнишь песнь сотворения, которой я тебя учила?» — Альфэй нетерпеливо дёрнула его за руку.

Сибилл кивнул. В кромешной тьме это движение Альфэй увидеть не могла, но они чувствовали друг друга как никогда остро, полно и отчётливо.

Сотворить мир можно и без песнопения, на одном волевом усилии, об этом Альфэй рассказывала. Однако ей отчего-то нравился именно способ настройки на сотворение через песню, и Сибилл не стал спорить. От него всего-то требовалось влить свою энергию, а советами он мог только помешать любимой сконцентрироваться.

Сердце грела мысль, что она пришла к нему на помощь, когда была нужна, сражалась плечом к плечу против обожаемых Небес и ушла вместе с ним. Сибилл сосредоточился на ощущении всепоглощающей любви, удовлетворения и довольства миром, он присоединил свой голос к беззвучной песне, но чувствовал, что всё делает правильно, его воображение рисовало самую прекрасную мелодию, даже если в действительности они оба нещадно фальшивили. Это не имело значения, главное — чувства и сила бога.

Новый мир повис в пространстве голубым шаром, освещаемый привычными Сибиллу солнцем, луной и звёздами.

«Так происходит сотворение мира?..» — пусть его резерв был почти пуст, тем не менее лёгкость процесса поразила.

«У нас получилось…» — благоговейно вторила ему Альфэй.

«Из-за любви появляются не только рождённые боги, но и миры. Любовь — мощнейшая энергия сотворения, — пожала плечами Донгмей. — Перемещаемся в мир смертных?»

«Нет. На наш облачный остров», — потянула их за собой Альфэй.

Долина с павильонами в окружении горных пиков утопала в облаках и белых пионах. Они втроём застыли у края, наблюдая за раскинувшимся внизу миром смертных.

Сибилл прикрыл глаза, концентрируясь, ощущая, как медленно восполняется потраченная на сотворение мира энергия. Он окинул внутренним взором свои храмы, которые, словно огоньки во тьме, притягивали внимание.

— Всё так как я и задумывала, — рядом шумно выдохнула Альфэй. — Теперь у нас снова есть верующие.

— Стоит ещё поработать над защитой от непрошеных гостей… — заметил он.

— Небеса разрушены. Верховным богам потребуется очень много времени, чтобы набрать былую мощь. В ближайшее время за нами никто не сунется. Скорее всего, светлые боги вообще не рискнут нападать на тёмного бога — ученика Лянь Хоу, — покачала головой Донгмей.

— Точно… Я же обещал исполнить желание. Чего ты хочешь, Донгмей?

— Чтобы ты вернул душу моего сына, — развернулась к нему богиня. — Я говорила о том, что уже видела на Небесах смерть тёмного бога. Им был мой мальчик — Сюйюнь. Богиня может понести дитя только в любви. Но сколько бы я ни вглядывалась в своё будущее, в нём не было любви и семьи. И я решилась на отчаянный шаг, возомнила себя самой умной и создала божественного ребёнка. Тогда я не знала, что Сюйюнь — тёмный бог. Но для меня это и не имело значения. Мой ребёнок стал богом, таким же бессмертным. Я была счастлива! Мы с Сюйюнем пять лет прожили в моём мире, а потом я решила забрать его на Небеса… Это стало моей роковой ошибкой. Все вероятности будущего сулили смерть Сюйюня, я проклинала себя за то, что не додумалась заглянуть в грядущее перед возвращением на Небеса. Молила Верховных богов, но всё было тщетно. Единственное, что я смогла отвоевать, — тело после умерщвления сына. И сейчас это поможет тебе вернуть Сюйюню душу.

— Вернуть душу? Но я… не учился этому.

— Торопиться некуда. Я знаю, что в конце концов у тебя всё получится, и ты сдержишь слово. До этого момента готова занять место богини-матери в вашем пантеоне, со мной ваш мир станет ещё сильнее. Я многое знаю и готова учить вас и ваших детей.

— Но у нас нет детей! — вскинулась Альфэй.

Сибилл неуверенно на неё покосился, ведь он хотел бы детей от Альфэй… Но сначала её ещё нужно было уговорить на ритуал божественного союза.

— Не обязательно именно ваших, — пожала плечами Донгмей.

— Вы что-то увидели? — задумалась Альфэй.

— Вероятностей много. Судьбы богов изменчивы, ведь мы творим их собственными руками.

— Хорошо. Со старшей богиней начинать собирать свой пантеон богов и правда намного спокойнее, — кивнула Альфэй. — Давайте посмотрим на павильоны. Я дала нашим с Сибиллом жрецам позволение тут селиться…

— Так ты что, не шутила насчёт групповых?.. — Сибилл ещё не договорил, как в бок больно врезался острый локоть.

— На то, чтобы устроить здесь всё как на Небесах, потребуется время, а я хочу комфорта уже сейчас, — Альфэй объяснила им текущий расклад на облачном острове.

Свой павильон она перенесла в этот мир в точности таким, каким Сибилл его запомнил по последней своей иллюзии в Лабиринте кошмаров.

— Покажи, — потянула Сибилла за пояс Альфэй, и он раскинул руки в стороны, позволяя ей стянуть окровавленные лохмотья, в которые превратилось его ханьфу.

О серьёзном ранении напоминал только шрам, а от более мелких порезов не осталось и следов. Альфэй провела кончиками пальцев по рубцу. От щекотного прикосновения Сибилл втянул живот.

— Болит?

— Щекотно, — он улыбнулся и притянул её в объятья.

— Не верится, что мы живы и свободны, — Альфэй доверчиво и утомлённо прильнула к его груди.

— Что всё закончилось и ты со мной… — сердце трепетало от того, что она выбрала его.

— И что мы вдвоём сотворили мир без помощи рождённых богов… Это настоящее чудо! — Альфэй подняла на него сияющий счастьем взгляд. — Если бы не ты, я бы даже не узнала, что такое вообще возможно.

— Я тоже никогда не узнал бы, на что на самом деле способен, если бы не ты. Просто хотел быть рядом. Даже когда не знал, что ты — богиня. Даже когда не знал, что я — бог. Всегда.

И чтобы почувствовать, что всё это происходит в действительности, Сибилл наклонился за обжигающим поцелуем.

Он ещё опасался полностью поверить, что теперь у него есть дом, в котором отныне его будет ждать любимая богиня, но уже был готов сделать всё, чтобы так оно и было во веки веков.

*