Пароль — «Седой Каспий» - Сфибуба Юсуфович Сфиев

С помощью работников железнодорожной милиции, явившихся на место происшествия, Рустема доставили в больницу. До прихода врача Бархударов допрашивал раненого торговца-шпиона.

...К сотрудничеству с английской разведкой Рустема привлекли еще задолго до Октябрьской революции. Это было в ту пору, когда английские империалисты, хищнически увозившие из России большое количество нефти, насаждали в нефтяных компаниях свою агентуру. Солидную роль в этом сыграли службы «Интеллидженс Сервис».

Рустем, занимавшийся до революции шпионажем против Российской империи, в скором времени после победы Советской власти получил от своих шефов из СИС новые установки.

В Баку, в одном из ресторанов, между Рустемом и прибывшим туда английским разведчиком произошла тогда такая любопытная беседа.

— Господин Рустем, как вы думаете построить свою работу в дальнейшем?

— Сэр, новая власть национализировала нефтяную промышленность Российской империи и всех иностранных компаний. Раньше я собирал данные, способствующие росту влияния Великобритании в России. Выполнял отдельные поручения и русской жандармерии, касающиеся рабочих нефтепромыслов. Теперь ваши нефтяные концессии в Баку перешли в руки Советов, а русская жандармерия разгромлена теми рабочими, против которых она боролась Надобность в моей помощи вам, видимо, уже отпала?

— Господин Рустем, она не отпала, а, наоборот, стала более важной.

— Сэр, я вас не понимаю. Ведь занимайся или не занимайся сбором сведений, вы больше нефти из России не получите. Она передана народу.

— Это временное явление, Рустем. Нефть принадлежала династии Романовых и другим богатым людям России, которые в свое время разрешили и нам, англичанам, пользоваться ею. Английские деловые люди израсходовали на освоение нефтяных месторождений в Баку сотни миллионов фунтов стерлингов. И вы думаете, мы с легкой душой отдадим все это новой власти, созданной по какому-то недоразумению силами так называемого пролетариата? Нет, господин Рустем, такого никогда не будет. Мы должны усилить нашу работу как раз для того, чтобы бороться с этой властью, возникшей в вашей проклятой стране.

— Что я практически должен делать в новых условиях, сэр?

— Бороться.

— Как и с кем?

— Против Советов, всеми способами, понимаете? Однако тактику придется изменить. Раньше и нам и вам было легче, а, работая в английской нефтяной концессии, вы имели возможность свободно общаться с нашими представителями, через которых переправляли собираемые сведения за границу. Теперь связь с центром будет затруднена. Но мы найдем какой-либо канал, по которому вы будете иметь связь с нами. Профессию и место жительства вам придется поменять. Увеличится, конечно, сумма ассигнований вам. Вы согласны, господин Рустем?

— Да, сэр. Куда вы прикажете выехать мне из Баку и какую новую профессию я должен освоить?

— Местом действия будет столица Дагестана — город Темир-Хан-Шура. В дальнейшем вы не нефтяник, а коммерсант. Горцы нуждаются в мануфактуре, одежде и других бытовых товарах, а Советы сейчас не в состоянии обеспечить ими всех жителей. Разъезжая по городам и селам Дагестана, вам будет удобно поддерживать связь с нашими агентами. Жители гор ни в чем не заподозрят вас. Вы должны быть, как и раньше, общительным, иметь много знакомых, посещать рестораны, духаны и другие места, где бывает много народа, что особенно характерно для Темир-Хан-Шуры. Скупость, что присуща вашему характеру, нужно отбросить, иначе вы друзей среди горцев не найдете. Денег не жалейте, мы перед вами в долгу не останемся...

Рустем рассказал чекистам о своей шпионской деятельности в пользу «Интеллидженс Сервис», о характере собранных им сведений и о лицах, помогающих ему. Однако, кроме известного ДагЧК Урахова и бакинского врача-дантиста, других людей он не называл.

— Что обозначает запись: «10 руб. х 3 руб. 12 коп.»? — спросил Бархударов.

— Трижды десять составляет тридцать метров, что равно расстоянию от могилы Кумача до тайника.

— А 12 копеек?

— Это время.

— Но вы посещали тайник не в 12 часов дня, а в 24.

— А вы, гражданин чекист, умножайте на два, тогда и получите нужное число.

— Почему вы внезапно выехали из Темир-Хан-Шуры?

— Бумажник имел две защелки. По договоренности с моим человеком, мы должны были закрывать только одну. В последний раз я заметил, что закрыты обе. Это ваша оплошность.

— Почему же тогда вы сразу не скрылись?

— Это бросилось бы в глаза тем, кто следил за мной.

— Почему вы так часто посещали ресторан «Националь», кафе «Идеал» и духаны Темир-Хан-Шуры?

— Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Ваши отдельные вояки очень любят спиртное... Однако я уже не в силах отвечать на вопросы. Жаль, что жизнь прошла так бездарно.

Через несколько часов Рустем скончался, унося с собою все то, что скрыл от чекистов. Он мог еще очень многое рассказать...

В отделе Рамазанова состоялось обсуждение операции. Потеря шпиона — чрезвычайное происшествие в чекистских кругах. Вместе с Рустемом на тот свет ушли и данные о его преступных связях. Сколько теперь еще придется работать над этим сложным делом? И все случилось по вине Бархударова.

Председатель наложил взыскание на Бархударова. Серьезное замечание было сделано и Мустафаеву.

По указанию ДагЧК, Урахов выехал в Баку. Побродив по городу, он постучался в дом, в котором жил доктор Шамси-Заде.

— Кто там? — спросил из-за двери мужской голос.

— Больной.

— Прием больных окончен, приходите завтра.

— Доктор Шамси-Заде, я приехал из Дагестана, у меня очень болят зубы, я не могу ждать до завтра.

Хозяин открыл дверь.

Усевшись в кресло зубного врача, «больной» сказал:

— У меня мало времени, и поэтому прошу внимательно выслушать меня.

— Я вас не понимаю, пациент.

— Доктор Шамси-Заде,