Игры на острове - Джоанна Макдональд

— Вижу, вы приготовили себе выпивку. Хорошо, хорошо. Вы обратили внимание на форму этого буфета? Это еще одно дополнение к тому, что у вас уже есть, и мы это вставим в счет. Ха-ха! Конечно, нам нравится выпивать дома, но боюсь, что в теперешнем экономическом климате…

— Что, чувствуется небольшой спад активности? — поинтересовался Тэлли, не заметив раньше планшета с прикрепленным к нему счетом, в который, как он понимал, записывается его выпивка. Он вынул ручку «паркер» с золотым пером и стал записывать, прервавшись, чтобы узнать, не хочет ли Рэмсей-Миллер к ним присоединиться.

Хозяин покачал головой.

— Нет, благодарю, я немного повременю. Да, по-видимому, люди не тратят так много денег, как обычно тратили. Хотя должен сказать, что рынок «постели с завтраком» развивается хорошо. Возможно, ухудшается бизнес туризма. Мы почти уже решились немного снизить уровень услуг. Знаете, не предлагать высококлассного обслуживания и снизить цены. К этому вынуждают обстоятельства.

— Так вы считаете, что у людей нет денег, чтобы их тратить? — спросил Тэлли, подмигнув Нелл за спиной у Эндрю Рэмсей-Миллера.

— Ну да, раз они не тратят их в Шотландии.

— А может быть, им не предлагают того, на что они хотели бы потратиться? — произнес Тэлли задумчиво.

— Вы что, предполагаете заняться гостиничным бизнесом? — с любопытством спросил Эндрю Рэмсей-Миллер. — Поэтому вы и присматриваетесь к Талиске?

Тэлли ответил не сразу, и в разговор вступила Нелл.

— А вы бы это порекомендовали? — спросила она, усевшись на подлокотник кресла. — Ведь у вас есть опыт.

Расправив килт, хозяин гостиницы медленно сел в другое кресло и наклонился вперед, облокотившись на голые колени. Нелл не могла не подметить, что в его манере держать килт приличным образом, окутывая твердые бедра, есть что-то забавное.

— Десять лет назад, когда мы затеяли это дело, обстоятельства были более благоприятными, — ответил Рэмсей-Миллер. — Если же вы решили открыть свое дело, я вас отговаривать не хочу, но лично я снова не начинал бы.

Он казался каким-то огорченным, и Нелл стало интересно, не вправляла ли ему жена мозги по поводу комнат. Нелл подумала, что это он вместе с женой готовил обед на кухне.

— Все готовит ваша жена? — спросила она.

Хозяин почти виновато ответил:

— Да, она готовит. Увольнение шеф-повара было одной из статей уменьшения расходов, на которое мы вынуждены были пойти. У нас не ресторан, и не имело смысла держать повара постоянно.

— Что ж, с удовольствием отведаем блюда вашей жены, — тепло сказала Нелл. — Пахнет очень вкусно.

Эндрю Рэмсей-Миллер перевел взгляд с Нелл на Тэлли.

— В настоящее время вы работаете в этой области? — спросил он.

— Нет, — ответил Тэлли. Я работаю в Сити, а Нелл на телевидении.

— На телевидении! На самом деле? В какой программе? Может, я знаю?

— Возможно, знаете, — неохотно сказала Нелл. — Я помощник режиссера в «Горячем Гриле». Это что-то вроде кулинарной викторины.

— Ну да! Мы ее часто смотрим. Мы даже думали послать на нее нашего повара, пока тот не ушел, но он отказался. Боюсь, что ему не нравился режиссер; повар говорил, что он насмехается над соревнующимися. Впрочем, держу пари, что ваша работа интересная. Не могу даже представить, чтобы кто-то ее бросил ради гостиницы в Шотландии.

— По крайней мере я умею справляться с темпераментными поварами, — отпарировала Нелл. У нее кружилась голова. Крепкое виски на пустой желудок сделало ее легкомысленной, и беседа, казалось, пошла в том направлении, которого она вовсе не ожидала. На самом ли деле они обсуждали возможность открытия гостиницы на Талиске?

В этот момент в комнату вплыла элегантная пара среднего возраста. Они только что приняли ванну и стали изучать бутылки, стоявшие на буфете. Эндрю Рэмсей-Миллер поднялся.

— Ну что ж, обед скоро будет. Увидимся позднее.

Уходя, он обменялся любезностями с новоприбывшими и указал на планшет.

Когда «наш хозяин» покинул комнату, Тэлли наклонился к Нелл и прошептал:

— Обещаю никогда не снижать уровня услуг, никогда не носить килт и не надоедать гостям сплетнями.

Она совсем растерялась.

— Ты всерьез хочешь превратить Талиску в гостиницу? — разубеждая, сказала Нелл. — Откуда у тебя такая мысль?

Она сидела как на иголках, обнаружив, что в его уме крутятся те же мысли, что и у нее, а она-то всегда думала, что они полная противоположность друг другу!

— От тебя, в тот вечер, — сказал Тэлли, отпив еще виски. — Ты сказала, что в двадцать девять мы должны сделать что-то стоящее. Я все время об этом думаю.

— Ты не говорил мне об этом раньше.

— Да. Сознаюсь, я чувствовал себя как-то глупо. Думал, что ты посчитаешь меня полным идиотом.

Нелл тихонько засмеялась.

— Нет, я не посчитала бы так, я чувствовала то же самое, начиная с того ужасного обеда, когда никто ничего не ел, а Лео, оставшись один, сказал мне очень интересную вещь.

— И что же он сказал?

Вдруг за стеной комнаты прозвенел такой громкий звонок, что Нелл и Тэлли подскочили от неожиданности. Посмотрев друг на друга, они рассмеялись.

— Скажу за обедом, — вставая, ответила Нелл и поставила пустой бокал на стойку буфета. — Я ужасно проголодалась.

Обед улучшил настроение. После деликатесного супа из цветной капусты на выбор подали жареную телятину и припущенную лососину с гарниром из свежих овощей в соусе, а на десерт меренгу из крыжовника с лесными орехами. Среди обедающих были и местные жители, и было совершенно ясно, почему они сюда пришли.

— Этот суп — превосходный, — заметила Нелл, с наслаждением глотая пюре со сливками «Крем дю Барри». — Да, капусты и сливок достаточно. Но очень калорийно, как сказала бы Кэролайн. Вот почему замечание Лео было таким важным. Я жаловалась ему, что все целыми днями только и делают, что взвешиваются и соблюдают диету, а он сказал, что если открыть ресторан, где будут готовить изысканную еду, от которой не полнеют, то можно заработать состояние. И я подумала, что он прав.

Тэлли нахмурился.

— И что ты собираешься делать — дать перечень калорий в меню рядом с ценой? — спросил он недоверчиво.

— Нет, конечно, нет. Просто еда должна быть немного нежнее, чем вот такая.

— Было бы неплохо. А как же секс?

— При чем здесь секс?

Тэлли насмешливо фыркнул:

— Это уравнение, дорогая Нелли. Здоровая еда даст здоровое тело, а здоровое тело означает секс. Косвенно ты способствуешь легкой еде и тяжелому дыханию. Вот что я имею в виду!

Последние слова он произнес громче, чтобы перекрыть взрыв смеха, которым Нелл встретила его замечание.