Хозяева-2 (СИ) - Хлыстов Вадим

Когда старший ученик вышел из кабинета, Верховный жрец Бога смерти еще некоторое время в задумчивости перебирал четки, устало сидя в кресле. Нащупав, наконец, старческими, подагрическими пальцами последнюю, самую большую бусину, с кряхтением встал и медленно обошел помещение, гася в нем светильники один за другим. Когда последний светильник был погашен, Ако, на удивление хорошо ориентируясь в темноте, приблизился к стеллажу со свитками, три раза с силой нажал на вторую снизу полку и сделал быстрый шаг назад, встав точно посередине чуть приподнявшейся одной из каменных плит, которыми был выложен пол комнаты. Плита под его весом опустилась до уровня других плит, и тут же раздался щелчок механизма обезвредившего смертельные ловушки, выставленные для человека, который случайно смог бы открыть секрет жреца. Стеллаж, вместе с кирпичной стеной, к которой он был намертво прикреплен, беззвучно отъехал в строну и в образовавшемся проеме стала видна каменная лестница, уводящая вниз. Глава тайного конклава магов Тукана, не зажигая огня, не задумываясь прошел в открывшийся проем, а кирпичная стена, вместе со стеллажом, за его спиной плавно и беззвучно встала на место. Теперь только легкий запах дорогих благовоний, которые могли позволить себе лишь очень богатые люди в Империи, мог сказать стороннему наблюдателю, что в рабочем кабинете Главного жреца Бога Сешта кто-то недавно был…

Путь Ако вниз был долог. Очень долог. Но удивительное дело, чем ниже он спускался под землю, тем слабее становился запах розового масла исходящего от него, уступая место пыльному, тревожащему запаху давно увядших цветов. При этом старческий силуэт жреца в темноте вроде как стал истачиваться, а на его месте начала проявляться фигура тяжеловесного, приземистого, мужчины. Вскоре, изменившийся до неузнаваемости жрец, очутился перед перегораживающей лестницу массивной дверью, вырезанной из цельного куска странного зеленого камня с золотистыми прожилками, которые ярко светились в темноте. Ако сделал несколько быстрых, непонятных пасов своими ставшими чрезвычайно мускулистыми руками. Едва он закончил последнее движение, как дверь, выполняя беззвучный приказ, послушно отворилась перед ним. Жрец решительно шагнул вперед, при этом пройдя сквозь нечто напоминающее прозрачную, но вязкую мембрану. И в свое тайное убежище, окончательно сбросив личину главы тайного ордена магов Тукана, грузно ступая, вошел Второй Отец уничтоженного Яром и Мартой Дома Пикчу, которого все Великие Дома на Терре давно уже считали мертвым!

Как бы приветствуя Второго Отца, тут же зажглось множество светильников, причудливой, не привычной для глаза человека формы. Все пространство скрытного пристанища заполнилось радостным, зелено-золотистым светом, который осветил множество непонятных вещей, среди которых особо выделялся большой куб, сделанный из такого же материала, как и входная дверь в убежище и стоящий на каменном столе.

Второй Отец Дома Пикчу подошел к этому столу, тяжело сел в скрипнувшее под его кряжистым телом роскошное кресло и надолго задумался, почесывая желтым, длинным ногтем, заросший черной, густой щетиной массивный подбородок. Наконец, по-видимому, придя к какому-то решению, решительно произвел еще один ряд малопонятных пасов руками, после которых грани куба вспыхнули, а затем стали почти невидимыми. Там, внутри куба, полностью заполненном до верха прозрачной жидкостью, на круглом диске, сделанном из такого же метала, как и преподнесенное Императору Яром оружие, лежала голова Первой Матери Великого Дома Пикчу. Прозрачная жидкость, заполнявшая куб, еле заметно поднималась снизу вверх, при этом двигаясь по кругу, ту в одну, ту в другую сторону, омывая женскую голову, отчего казалось, что длинные, темные волосы женщины жили самостоятельной жизнью, клубясь тонкими, ядовитыми змеями.

Мужчина внезапно громко, каким-то срывающимся речитативом проговорил три фразы на гортанном, щелкающем языке, три раза хлопнул в ладоши, оставив их сведенными после последнего хлопка. Жидкость в кубе забурлила, пошла золотистыми всполохами, затем исчезла вместе с кубом, как их и не было, а голова на диске чуть заметно шевельнулась и открыла свои, такие же как у Марты, разноцветные глаза. Несколько мгновений она бессмысленно смотрела прямо перед собой, потом ее взгляд прояснился, в нем заклубились искры мыслей, а губы чуть раздвинулись в неожиданно ироничной улыбке:

— Здравствуй, Невр. Искренне рада, что опять вспомнил обо мне…

Второй Отец Дома Пикчу пробормотал что-то вроде восхищенного «Хех!» и усмехнулся:

— Меда, клянусь крыльями Первого Отца, ты, если совсем канешь в вечную темноту, даже оттуда, будешь умудряться язвить!

Глаза на голове Первой Матери весело блеснули:

— Даже не сомневайся, муж мой! И язвить я буду в самые неподходящие для тебя моменты. Ну, скажем, заведешь ты себе очередную красотку, только уединишься с ней на ложе, а я тут как тут. Сяду бесплотной тенью рядом и начну громко комментировать происходящее. Или советовать. Да, подавать советы — изящное решение. На том и порешили! А сейчас — взор головы стал внезапно очень серьезным — что случилось, Невр?

Второй Отец осторожно провел пальцами по глубоким, еле заросшим шрамам на лице, оставленным каким-то ужасным оружием:

— Яр и Марта здесь, в Тукане…

Брови головы грозно сошлись к переносице, разноцветие глаз сменилось пронзительной синевой, источавшей лютую ненависть и она даже не прошипела, а прохрипела, будто перерубленное горло внезапно сдавили невидимые руки:

— Ненавижу…

Невр еще раз провел ладонью по шрамам, словно пытаясь разгладить их:

— Я тебя очень даже понимаю, но эмоции для нас сейчас непозволительная роскошь. Боюсь Меда, что мы с тобой зря сделали ставку на нынешнего Императора. Уж слишком обучаемым, способным к восприятию нового оказался Санахт…

Ненависть с лица Первой Матери исчезла, и ее сменило искренне недоумение:

— Слишком обучаемым?

— Именно слишком. Нашей целью было создать настоящую армию боевых магов, а не всего лишь вновь основать Великий Дом из предрасположенных к волшбе отдельных хезуров. Для этого мы, после тысячелетий поисков, экспериментов, скрытной жизни пришли к решению выявить здесь, в Тукане, минимум за пять поколений, а лучше за десять, способных к абстрактному мышлению человеческих особей. Такая способность, как ты помнишь, является первой меткой склонности их расы к тому, что они считают колдовством. Все должно было идти очень плавно, постепенно и незаметно, путем появления элитных, закрытых школ для детей знати, якобы только для получения ими первичных знаний, чтобы не вызывать подозрений у Великих Домов. Но эта безволосая обезьяна все испортила, хотя в этом есть и моя вина. Санахт слишком рьяно взялся за дело, начав сам экспериментировать после сеансов внушения, чем и вызвал к себе пристальное внимание Великого Дома Ибер. Вот поэтому Яр и Марта сейчас здесь, в Империи. А я, будучи занятым подбором будущих кандидатов в учителя, совсем упустил из виду непоседливость Императора.

— И что ты решил, Невр? Я, как ты понимаешь, в том состоянии, в которое меня ввела родная сестра, лишив тела, могу теперь только задавать вопросы, а не действовать. Поэтому, я тебя спрашиваю — что ты планируешь предпринять, муж мой?

Второй Отец повел тяжелыми как валуны, налитыми яростной силой плечами, будто проверяя их перед тем, как положить на них очень тяжелый груз:

— Есть два варианта развития событий, Меда. При самом оптимистичном — Яр и Марта меняют в Тукане династию, убивают Санахта, уничтожают все ростки знаний в Империи и убывают с чувством глубокого удовлетворения в родовое Гнездо. Мы остаемся здесь и через несколько людских поколений все начинаем вновь. Второй вариант выглядит следующим образом — Великий Дом Ибер узнает, что за вспышкой науки в Тукане стоит орден магов-хезуров. Тогда Яр и Марта, помимо того, что выполнят при первом варианте, будут стремиться извести еще под корень и всех человеческих колдунов. Естественно, что их главной целью буду я, как якобы глава такого тайного ордена. В этом случае мы бросим в бой всех магов, которых я успел подготовить, и которые по моему приказу сейчас собраны в столице, а сами в это время скроемся из Империи. Правда, при этом Великие Дома узнают, что безволосые обезьяны обладают предрасположенностью к магии, но это уже издержки. Главное, что Яр и Марта так и не поймут, что за всем этим стоим мы — их древние враги, считающиеся давно мертвыми. Ведь искать они будут Ако, Главного жреца Бога Сешта, тайного Верховного мага, а не Второго Отца Великого Дома Пикчу. Ну а спустя пару-другую сотню лет, когда все успокоится, мы с тобой все начнем с начала, учитывая свой опыт в Тукане. Может быть, к тому времени, мы все же найдем способ возродить твое тело. Если события пойдут по второму пути, то для тебя потребуется временное туловище. Я уже приготовил для этого хезурскую самку. Ее тело, как ты понимаешь, выдержит всего тридцать восходов Шу. Но этого срока даже более чем достаточно, чтобы нам скрыться из Империи Тропой и затеряться на просторах двух миров, пока Яр и Марта будут уничтожать магов-хезуров. Так что, на всякий случай, готовься…