Душа грозы - Лилия Беренс

— Вначале завтрак! — Тут же воспротивилась Мира. — Мало того, что один встал до рассвета — и сразу молотом пошел стучать, так еще и ты неизвестно когда ел последний раз с этими своими превращениями!

— Я ел, — проговорил он в ответ, продолжая рассматривать дверь в кузницу.

— И что же ты ел, позволь тебя спросить? — Поинтересовался Камиль.

— Кажется, этих животные называются сернами. Я точно не уверен.

— И что, ты теперь собрался всю жизнь питаться сырым мясом? — Возмутилась Мира. — Хочешь забыть, что вообще был человеком? Иди мыть руки! Я приготовила рыбную похлебку, лепешек напекла! — Она подошла к юноше и нежно взяла его лицо в ладони. — Отдохни от мяса, сынок. Тем более, сырого.

Дарий смутился. Он почувствовал, что не сможет отказать этой женщине, не сможет нанести ей такую обиду. Коротко кивнув, оборотень направился в дом. За ним поспешил и Ольд, громко обсуждая перспективу завтрака и выспрашивая подробности тренировки, которые Дарий все равно не мог рассказать. Когда он покидал храм, жрец остановил его и взял клятву перед Дилаем о том, что все происходящее на тренировках должно оставаться тайной.

Кузнец взглядом проводил ребят и горько вздохнул.

— Бедный мальчик, — проговорила Мира, как всегда сразу поняв причину печали мужа. — Он старается не показывать, но в душе ему так тяжело… Даже не знаю, как бы я жила, узнав о себе нечто подобное.

— Он справится, — задумчиво проговорил Камиль. — Дилай его не оставит. Все будет хорошо.

Весь этот день Дарий проработал в кузнице. Это была тяжелая работа, требовавшая невероятной силы и выносливости. Камиль не стал нагружать юношу сразу, постепенно чередуя различные работы и проверяя предел его возможностей. Для первого дня оборотень очень хорошо справлялся. Это удивляло Камиля. Хоть он и помнил, что мальчик не такой, как остальные люди, но все же… Не смотря на множества побоев, парень стойко переносил все трудности и старался не отставать от Ольда, который помогал отцу уже два года. К обедней трапезе кузнец заметил, что многочисленные ушибы и ссадины на спине и плечах Дария практически зажили. От продолговатых лиловых синяков остались только бледные желтоватые следы. Да и юноша сам не заметил, как стал двигаться значительно легче и свободнее. Видимо, боль в перетружденных на тренировке мышцах тоже его покинула. Он неутомимо сновал по кузнице, то раздувая меха, то поддерживая заготовки, то вторым, меньшим, молотом подравнивая изделия в том порядке, которого и требовал кузнец. Не удержавшись, Камиль стал рассказывать о кузнечном деле. О металлах, температурах, ковке. Парень слушал очень внимательно, умудряясь при этом не отвлекаться от основной работы. Это было не по правилам, но Камилю очень захотелось научить этого мальца всему тому, что он знал сам. Вряд ли это парню понадобится в будущем, не нужно быть жрецом, чтобы понять — для оборотня приготовлена совсем иная судьба. Но почему бы и нет? Вдруг пригодится и это знание? Можно попытаться угодить Дилаю этим поступком? Хмыкнув, кузнец решил попробовать, а там — будь, что будет.

Когда солнце приблизилось к закату, кузнец неожиданно отложил молот в сторону и объявил об окончании работы.

— Сегодня в деревню цирк приехал. — Хмыкнул он, выливая на громко воскликнувшего Ольда ведро ледяной воды. — Пойдем, посмотрим на их забавы. Не так часто выпадает такая возможность.

Дарий обрадовался такой возможности. Ему очень хотелось еще раз увидеться с циркачами. По внешнему виду тот пожилой мужчина с сединой в волосах был похож на северянина. Это значит, что он мог бы рассказать о тех местах, куда собирался отправиться однажды Дарий. Что ни говори, а к этим циркачам его тянуло, словно магнитом, с самого первого момента, как он их увидел.

Оборотень переоделся в свою одежду, уже отстиранную и приведенную в порядок Мирой, и вышел во двор. Небо медленно темнело. Он вдохнул пряный запах летнего вечера, отдававший дымом из ближних печей, ночными цветами и свежескошенной травой. Впервые за последний месяц, с момента первого обращения, Дарию показалось, что быть оборотнем не так уж плохо. По крайней мере, раньше он никогда бы не смог ощутить и запомнить все эти запахи, из которых состоял этот момент. Сзади бесшумно, как ему казалось, подкрадывался Ольд. Дарий слышал, как подкрадывается к нему сзади сын кузнеца, пыхтя от усердия. Кажется, слух его тоже начал меняться? Он повернулся к парнишке и весело заметил:

— Ты топаешь как зур[5]!

— Ну вот, — расстроился Ольд. — И вовсе не топаю.

— Я тебя слышу очень хорошо, — Дарий сверкнул белоснежными зубами.

— Слушай, — оторопел Ольд. — У тебя клыки выросли, а превращаться ты, вроде, не собираешься.

Парень быстро ощупал зубы языком. Действительно, у него сверху и снизу увеличились клыки, стали длиннее и острее, притом нижние были несколько меньше верхних, а рядом находящиеся зубы, наоборот, уменьшились и сместились, чтобы он мог закрывать рот без лишнего дискомфорта. Очередные изменения выбили его из колеи. Как далеко заведут его эти превращения от привычного человеческого облика? И что в нем в итоге останется?

— Ну, готовы? — весело проревел Камиль, спускаясь по ступеням крыльца. Позади него шла Мира, поддерживая спрятавшегося за ее юбки Фаню. Мальчик откровенно боялся Дария, и это его огорчало, но парень понимал, что здесь ничего не может поделать. У него просто не было времени, чтобы наладить контакт с младшим сыном кузнеца.

Дарий тряхнул головой, отгоняя грустные мысли, и кивнул Камилю.

— Тогда вперед! — Скомандовал кузнец, широким шагом направившись к мосту через реку.

— Дядя Камиль, ты сегодня не заставлял меня превращаться в волка.

— Хватит с тебя пока, — отмахнулся он. — Отдохни и побудь человеком сегодня. Завтра превратишься. А сегодня у нас ожидается отдых и много веселья. Перестань беспокоиться и просто повеселись, как нормальный подросток. Стыдно сказать, даже мне, человеку не молодому, греют душу предстоящие забавы.

Оборотень промолчал. После того, как он обнаружил очередную перемену в себе, чувствовать себя человеком было не просто. Мысли все время возвращались к тому, куда это его приведет. Он старался держать себя в руках, но на самом деле Дарий очень боялся. Он бы отдал все на свете, чтобы однажды проснуться у себя в комнате в своем замке, и обнаружить, что все это ему просто приснилось. Как бы он хотел, чтобы этот кошмар прекратился. Но он не прекращался, и ему не оставалось выбора, как приспосабливаться к новым условиям. Учиться жить, будучи не человеком. Кажется, он даже не осознал до сих пор, как круто повернулась его судьба. Жил, словно во сне, плыл по течению, не веря в реальность происходящего. Пора было принять себя, пора готовиться к будущим испытаниям не только физически, но и морально. Ему нужно на север. Он не знал почему, но чувствовал, что нужно. Там найдутся ответы на многие вопросы, там никто на него не будет охотиться, подобно этим магам. Там он сможет спокойно жить, в какой бы облик не перековал его Дилай. Нет, он не забыл слов жреца, не забыл о том, что ему предсказали путь воина и славу. Но Единый дал право выбирать даже нечисти. Почему он не может сам себе выбрать судьбу? Не важно, что общее направление известно. Путь он выберет сам. Ведь даже он, оборотень, имеет шанс найти свое собственное место, свой собственный дом и жить с семьей, подобно кузнецу. И такое место может быть только там, на севере, где не бывает грозы, где людей уважают за то, какие они в душе, а не внешне. Нужно поговорить с циркачом.