Твой демон зла. Ошибка - Сергей Волков

– Так в ваш клуб что, только с высшим образованием принимают? – спросила Света, кутаясь в халат.

– Ну что вы, Светлана! – горячо воскликнула Катя: – Всех желающих. Приходи, ищи себе друзей по интересам, общайся. Наставник с тобой поговорит, подскажет, кто может тебя заинтересовать, а не хочешь – ищи сам, полная свобода выбора. Вот вы, Света, очень бы даже понравились нашим клубовцам. Интеллигент – это вовсе не тот человек, кто получил высшее образование или работает в науке или искусстве. Интеллигент – это человек мыслящий, понимающий, интересующийся, именно так это слово переводиться с латыни. Я же говорила про центры мозга. Они за все и отвечают – кто умеет думать, а кто – так, живет по инерции…

– Я сомневаюсь, а значит – мыслю, – излишне серьезно проговорил Борис, помолчал и еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, солидно добавил: – Сунь Ци, китайский нищий и философ…

Слушал я Катю, – и удивлялся. Я знал свою жену уже восемь лет, семь из них прожил с ней под одной крышей, бок о бок, но и не предполагал, что Катерина, всегда спокойная и рассудительная, может быть такой пылкой, красноречивой и уверенной в себе.

«Что же это за „КИ-клуб“ такой? Надо бы как-нибудь разведать…», – подумал я про себя, а Катя, словно подслушав его мысли, как раз заговорила об этом:

– Ребята, чем разговоры говорить, давайте, я вас свожу в наш клуб. А что? К нам иногда целыми фирмами приходят, сперва из любопытства, а потом многие и остаются. Давайте договоримся, когда, во сколько, и сходим.

– Ну, я не знаю… Можно было бы… Почему бы и нет? – замямлили все, и только Светлана решительно махнула рукой:

– Нет, старая я уже по клубам мотаться. И не уговаривай, Катюша, не надо. Ладно, молодежь, сидите, я спать пошла.

– Нашла молодежь. – фыркнул в спину сестре Борис: – Я-то тебя всего на пять лет младше. А Серега – на три.

– Все равно молодежь. – ехидно откликнулась Света уже с лестницы: – Пока детей нету – мо-ло-дежь!

Улеглись мы далеко за полночь. Катя сразу уснуло, а мне, не смотря на поздний час и выпитый «для сна» стаканчик «сливянки», не спалось.

Лежа под свежим, пахнущим морозом, пододеяльником, я смотрел в чуть блестящий в темноте деревянный потолок, и блаженствовал. Редко, крайне редко в жизни человека выпадают вот такие минуты полного, безграничного блаженства, когда нет особых проблем, когда неприятности, если они и были, ушли в прошлое, а впереди только будоражащие кровь перспективы…

Я лежал и тихо радовался от того, что у меня прекрасная, любящая жена, что у нас будет ребенок, причем не просто ребенок, а здоровый, счастливый, умный карапуз – в этом я не сомневался.

Еще у меня есть замечательные, верные друзья, и наша дружба проверена в тяжелых испытаниях. Есть и работа – не сказать, чтобы очень уж любимая, но – интересная и нужная, на которой я чувствовал себя на своем месте, и где мне было по силам, говоря Эзоповым языком, побороть конкретного демона зла.

Вместе с демоном зла из памяти всплыло одно из первых занятий по физической подготовки в спортзале «Залпа», которое проводил Хосы – тогда Руслан Кимович прочел им краткую лекцию, или, скорее, просто рассказал про древнекитайскую школу «потерянного следа», адепты которой считали главной своей духовной задачей борьбу с некими демонами зла, не важно, как, но мешающим нормальной жизни людей.

Демон зла мог предстать грабителем на ночной дороге, и суховеем на крестьянских полях, и волной цунами на побережье, и армией иноземных завоевателей. Иерархи школы «потерянного следа» тратили десятки лет на просчет всех возможных обличий демона зла, и на поиски способов борьбы с ними. Школа «потерянного следа» стремилась к великому совершенству мира, которое могло быть достигнуто только в великой борьбе со злом…

Конечно, сейчас, на рубеже веков, когда от «потерявших следа» осталось только название да несколько сотен иероглифов в древних рукописях, становилось понятно, какую утопическую задачу ставили они перед собой, но я вдруг ПОНЯЛ, что на самом деле стремились «потерявшие след» к тому, чтобы все люди на Земле, каждый на своем месте, боролись со своими демонами зла, и в этой борьбе обретали счастье…

Глава пятая

В понедельник я встал пораньше и явился в офис «Залпа» едва ли не вместе с уборщицами – очень хотел посидеть в компьютерной, в одиночестве погонять виртуальных противников по запутанным лабиринтам третьего «DOOMа», а заодно подумать, навести, так сказать, порядок на чердаке…

Однако о моем приезде все уже давно знали, и только я включил тренировочный «Пентюх» и вставив лазерный диск в CD-ишник, как появились сменившиеся с ночи охранники офиса с шутливыми поздравлениями и пожеланиями, потом повалили «дневники» – «залповец», прошедший курс обучения в школе телохранителей, пользовался в фирме почетом и уважением.

За разговорами, рассказами, шутками и дружескими подначками прошло время, и когда меня отыскала секретарша президента фирмы, я уже несколько подустал от трепотни коллег.

– Воронцов, вас срочно к себе Руслан Кимович.

– Хорошо, иду, – я кивнул, одернул камуфляжку и отправился к шефу.

Руслан Кимович встретил меня своей обычной восточной улыбкой, кивнул в ответ на приветствие:

– Здравствуй, здравствуй, Сергей Степанович. Ну, как учеба?

– Да нормально, Руслан Кимович.

– Устал?

– Да не особо, готов приступить, так сказать, к обязанностям…

Хосы покивал, словно задумавшись:

– Плохо, что не устал. Или в «Щите» учить стали хуже? Какой у тебя общий бал за экзамен?

– Девяносто семь! – не без гордости сказал я, и выложил на стол свой диплом.

– Ого! – удивленно вскинул бровь Руслан Кимович, встал из-за стола подошел к мне, окинул взглядом и вдруг нанес молниеносный удар левой рукой, целясь в живот.

Я среагировал практически мгновенно, поставив блок, одновременно убирая тело из-под удара, но полностью нейтрализовать выпад Хосы, мастера русбоя и специалиста еще по доброму десятку различных видов единоборств, конечно, не смог, хотя и существенно ослабил силу удара.

– Неплохо, неплохо, – всегдашняя улыбка вновь заиграла на лице шефа: – Видать, Сигизмунд не зря тебя хвалил. А что за история там была с каким-то выстрелом на экзамене?

Я отлично понимал, что Хосы, приятелю начальника «Щита» Вершанского, давно все известно, и шеф просто хочет услышать собственную, мою, авторскую, так сказать, версию. Ну что ж, хочешь – слушай…

После моего рассказа Руслан Кимович посерьезнел, пожал мне руку, жестом указал на стул, мол, присаживайся, сам занял свое обычное место:

– Что хочу сказать? Сергей Степанович… Молодец! В экстремальной ситуации максимально использовал то, чем лучше всего владеешь. Значит, не зря мы тебя отправляли на учебу, не зря вкладывали деньги… Ну, а теперь о деле…

Я внутренне собрался, прикидывая, о каком деле хочет повести речь руководитель «Залпа», а Руслан Кимович между тем продолжил:

– К нам поступил заказ от одного «богатенького» НИИ на группу телохранителей для опеки нескольких сотрудников, как они говорят, «второго звена». Что-то они там наизобретали на заказ, что-то такое, чем сильно заинтересовалась некая организация, то ли наша, то ли зарубежная… Может, конкуренты, промышленный шпионаж, или криминал какой… Не знаю. Но как я понял из слов руководителей НИИ, они работают в этом направлении, выясняют, кто их теребит, а от нас требуется обеспечить охрану, вернее, опеку клиентов… скажем, на ближайшие два месяца. Ты как, готов?

Я посмотрел в глаза шефа, потом кивнул. Хосы весь буквально разъехался в улыбке, глаза совсем исчезли, превратившись в узкие щелочки:

– Это хорошо, что готов. Вообще-то мы обычно только что прибывших из школы сразу к самостоятельной работе не допускаем, прикрепляем к уже работающему телохранителю, так сказать, на стажировку, но тут обстоятельства просто вынуждают нас пойти на риск и отправить тебя в свободное плавание. Нет у нас сейчас свободных людей, каждый человек на счету. Да и дело, между нами говоря, плевое. Твой клиент – старший научный сотрудник, где-то твой погодок, к тому же холостой, возни с ним не будет. Встретил, сопроводил на работу, проторчал с ним в этом их НИИ, вечером проводил домой. Машину выделяет институт, оклад твой пока – три тысячи долларов, договор у нас с ними, как я уже говорил, на два месяца. Ну, договорились?

Хосы встал, протянул руку:

– Желаю удачи, телохранитель.

Здание НИИЭАП, расположенное недалеко от Трубной площади, смотрело фасадом на Садовое, и за окнами кабинета директора шумел нескончаемый поток машин.

– Сергей Степанович, хочу вас предупредить, что Пашутин – человек со странностями. – директор института Феоктистов встал из-за стола, прошелся, протирая руки носовым платком: – Вы извините, я волнуюсь – за всю мою жизнь это первый случай, когда нам приходится прибегать к помощи телохранителей для защиты наших сотрудников.