Командировка в сказку - Линн Харрис

Во что, спрашивается, она ввязалась?

Не дай бог, Денни останется с ними наедине. Ей нужно будет постараться все время быть рядом с ним. Возможно, конечно, они очень милые люди, а сейчас лишь следуют протоколу? Но что-то Лили сильно в этом сомневалась.

Когда Нико поднялся и объявил, что им пора идти, она без возражений вложила пальцы в его про­тянутую руку и позволила ему увести себя из-за сто­ла. Король что-то сказал вдогонку, но Нико не об­ратил на его слова ни малейшего внимания. Король повторил то же самое уже более резким тоном, и тог­да Нико замер, медленно повернулся и с легким по­клоном произнес несколько слов в ответ.

Лицо короля смягчилось.

— Спокойной ночи, сын, — сказал он. — И спо­койной ночи, Лилиана. Спасибо за то, что присоеди­нилась к нам.

Лили постаралась выполнить наилучший реве­ранс, на который только была способна.

— Спасибо за приглашение, ваше величество.

К тому времени, как они вошли в покои Нико, в ней уже накопилось раздражение. Даже когда она ра­ботала с десяти утра до двух часов ночи на бензоко­лонке за мизерную зарплату, она не чувствовала себя столь униженной. Такое впечатление, будто ее во­обще не было за столом!

— Что сейчас такое было? — спросила Лили.

— Ты ужинала с королем и королевой Монтебьян­ко. Они очень любезны, не правда ли?

Она решила, что это риторический вопрос, и про­молчала. И не ошиблась. Нико налил себе бренди и показал на другой пустой бокал, но Лили отрицатель­но покачала головой. Тогда он отошел от барной стойки и направился к окну, повернувшись к ней спиной.

Как ни странно, но ей вдруг стало жалко его. А еще возросла тревога за своего сына.

— Я даже не представляла себе, что значит расти во дворце, — ласково произнесла Лили. Она огляде­лась. — Как ребенку вообще можно тут играть, когда страшно что-нибудь разбить или испачкать, да и са­мому легко пораниться об острые углы, стекло. Кош­мар!

— Ты права, — отозвался он. — Но я не всегда жил здесь. Первые шесть лет я провел у своей ма­тери.

— У матери? — удивленно переспросила Лили. — Но я думала, что королева...

Нико мрачно рассмеялся, перебив ее:

— Королева Тициана мне не мать, cara. Моя мать умерла много лет назад.

Лили принялась крутить бриллиант на своем кольце.

— Прости. Мне очень жаль. Я не хотела...

— Не важно, — прервал он ее. — Нет смысла оглядываться назад. Это ничего не изменит.

Раздражение Лили сменилось любопытством. Оче­видно, жизнь Нико не была такой уж идеальной, в конце концов.

— Где же ты жил? Далеко отсюда?

Нико сел в кресло напротив, сжимая в руке бокал с бренди.

— Не очень далеко. У моей матери была квартира в Кастелло-дель-Бьянко и вилла на побережье в не­скольких милях отсюда. У меня была хорошая жизнь. — Он пожал плечами и наклонился вперед. — Прости, что тебе пришлось высидеть с ними весь ужин, Ли­лиана. На самом деле мой отец не такой ужасный, но рядом с королевой он более сдержан. К тому же сер­дится на меня, но уже ничего не может изменить. Ни­чего, со временем свыкнется с ситуацией.

— Понятно...

Нико встал и поставил бокал на столик.

— Давай я помогу тебе снять колье.

Лили инстинктивно дотронулась до шеи. Да, ко­лье с застежкой, с которой ей самой не справиться. Она встала и повернулась к нему спиной. Пульс ее участился.

Его большие нежные руки оказались у нее на от­крытых плечах, и приятная дрожь пробежала по ним.

— Итак, — произнес он, — сегодня наша первая брачная ночь, cara. Ты хотела бы еще чем-нибудь за­няться?

— Заняться?

— Si.  Мы много чем можем заняться. — Его губы слегка прикоснулись к ее шее. — Или сразу пойдем в спальню?

Глава 5

Воздержание не для него! Ему срочно нужна жен­щина. Как давно он не забывался, окунувшись в мир плотских наслаждений! А сегодня пара часов за­бытья ему просто необходима.

Нико находился на грани нервного срыва и мог сорваться в любой момент. Когда, вернувшись из Па­рижа, он вошел в свои покои и увидел ребенка, ко­торый во что-то играл на полу с няней, ему показа­лось, что он попал на другую планету. У него есть сын. Сын!

Он все еще не до конца осознал случившееся. Од­нако в первый раз со смерти Гаэтано ему захотелось все бросить, забыть о своем долге перед страной и вернуться к прежней, беспечной жизни.

Раньше все было так просто и понятно, никаких тебе правил и ограничений. Он жил в свое удоволь­ствие, имея лишь одну-единственную заботу — от­влечь внимание прессы от Гаэтано. Тициану это при­водило в бешенство, однако сам Гаэтано был ему благодарен. Его брат не любил находиться в центре внимания и к тому же переживал из-за предстоящего бракосочетания с женщиной, на которой женился по воле отца.

За день до того, как Гаэтано направил машину со склона вниз, Нико посоветовал ему быть мужчиной: жениться, выполнять свои обязанности и перестать бояться общественного внимания.

Почему он не был более внимательным, не про­явил сочувствия и не услышал того, что хотел ему сказать брат? Потому что знал, что именно подтол­кнуло Гаэтано на край скалы, разве нет?

Нет!

Нико снова сконцентрировал свое внимание на женщине, стоявшей перед ним. Она наклонила голо­ву, ожидая, когда он расстегнет застежку колье. Сей­час не время думать о прошлом!

— Лили, — прошептал Нико ей на ухо, а его губы скользнули по ее щеке и шее. И когда она поверну­лась к нему и обвила его за шею, он понял, что по­бедил. Сейчас он уложит ее в постель и наконец из­бавится от настойчивого и утомительного желания обладать ею, после чего укажет ей истинное место в своей жизни. Главное — избавиться после сегодняш­ней ночи от магии Лили!

Однако что-то продолжало беспокоить Нико и не позволяло расслабиться. Быстро проанализировав причины своего беспокойства, он понял, что со­вершит огромную ошибку, если овладеет ею прямо сейчас.

Здесь, во дворце Кавелли, на него давило тяжкое бремя прошлых переживаний. После прошедшего ужина с королем и королевой его эмоциональное со­стояние сложно было назвать превосходным. Наобо­рот, он был подавлен и из-за этого слишком уязвим. Им руководит гнев и раздражение. На отца, на Гаэ­тано, на королеву и, возможно, особенно, на Лили за ее обман.

Лучше не спешить!

Нико с трудом оторвался от губ Лили. Она нахму­рилась и в замешательстве посмотрела на него. Он осторожно расцепил ее руки и убрал их со своей шеи.

— Не хочешь ли лечь спать, cara? — предложил Нико и отвернулся. Чтобы не искушать судьбу. Он и сам был растерян, а его тело ныло от неудовлетворен­ного желания. Придется постоять под холодным душем!