В чайник и обратно - Роман Мур

я разжёг костёр. Не помогло.Потом создал обогреватель. Ноль эффекта.Далее появился кондиционер, настроенный на тепло. Да, я настолько отчаялся. Всё равно холодно.Следом выстроил отапливаемый дом. Всё ещё ледяной ад.Добавил маленький вулканчик. Красиво, но всё так же мерзко.Ну а потом создал мега-вулкан. И знаете что? НИЧЕГО.

Холодно.

Я уже настолько отчаялся, что сжёг всю свою одежду, думая, что магический огонь хоть как-то согреет. И не согрелся.

Стою тут, голый, дрожащий, с легонько дымящимися пятками, и пытаюсь в очередной раз стабилизировать заклинание портала. Потому что единственное, что мне хочется сейчас, — это выбраться обратно в уютное кафе, где есть тёплый чай, тортики и хотя бы что-то похожее на человеческую температуру.

Пока мой портал всё ещё не хочет стабилизироваться, я, конечно же, решаю проверить фантомом всю планету.

Ну а что? Когда ещё я здесь окажусь? Может, кроме снега и льда тут есть что-то интересное? И тут мне попадается след.

След чего-то… важного. Или кого-то. Неважно, важно, что я теперь знаю, с чего начать.

Кстати, я уже говорил, что буду мстить? Ну так вот, я буду мстить.

Сначала — чайникам. Всей этой гадкой электрической шайке, которая думает, что способна занять моё место в этом мире. Потом — до кого доберусь. Особенно до Вани с его гаремом. И, конечно, до той ведьмы, которая решила, что я хорошая кандидатура для того, чтобы стать… чайником.

Но знаете, есть ещё особые личности. Те, кто умудрился сделать мою жизнь ещё хуже.

Кто из здравых людей использует чайник, как туалет?! Да, есть и такие. Точнее, такой.

Могучий дворф. Легендарный воин, который сокрушал армии, герой баллад и песен… и, конечно же, человек, который решил, что я — это идеальный туалет.

Я не хочу углубляться в детали, но, скажем так, мне больно. Очень больно.

Так что, найдя этот след на планете, я уже знаю: всё в порядке, месть будет грандиозной. Начнём с этого следа. А потом посмотрим, кто следующий в моём списке. Дворф, держись, я иду за тобой.

Глава 8

Я на всех парах гонюсь за этим негодяем.

А вот вы бы не гнались? Вот и я гонюсь. Хочу закопать этого морального урода. Уничтожить, испепелить до атомов, а потом ещё раз отомстить.

Кто бы мог подумать, что этот дворф станет одной из главных целей в моём списке? Но он заслужил.

Этот дворф, кстати, не простой. Он обладал великой магией, владел своим хирдом (да-да, собственной бандой преданных вояк) и, как и все друзья Вани, путешествовал по мирам, склоняя всех к своей вере.

И что это за вера, спросите вы? Вера в пиво.

Да-да, в пиво. Этот наглец умудрился строить религию вокруг алкоголя и, к сожалению, был в этом преуспевающим миссионером. А я? А я до сих пор пытаюсь переварить тот факт, что он использовал меня как туалет.

Сейчас, гоняясь за ним, я чувствую, как во мне закипает злость. Гоню вперед, чтобы догнать его и раз и навсегда показать, что со мной так не поступают.

Дворф, готовься. Я уже рядом. И месть будет горячей, как кипящее пиво в твоём "священном котле".

В этом мире, как только я приблизился к месту пребывания этого дворфа, пафос и гигантизм сразу дали о себе знать.

Передо мной предстал огромный замок. Башни, стены, ворота — всё это выглядело так, будто архитекторы решили: "Давайте построим что-то, что можно будет увидеть из космоса."

А ещё у замка было пять драконов. Да-да, пять! Они кружили над башнями, периодически рыча и выпуская струи пламени, словно хотели подчеркнуть: "Здесь живёт не просто дворф, а легенда."

Я аж челюсть вывернул от удивления.

— Ну ни хуха себе, как живут мои старые знакомые, — пробормотал я себе под нос.

Только потом до меня дошло: они-то меня не знают. Ну, поди, не узнают же бывший чайник в этой новой форме. Да и мой старый знакомый, вероятно, не связывает свою религию пива с тем, кого когда-то использовал в качестве походного туалета.

Всё это только в плюс для меня. Значит, будет сюрприз.

Теперь остаётся придумать, как обойти этот цирк из гигантского замка, пяти драконов и толпы фанатиков. Месть должна быть громкой, но эффектной.

Что ж, раз так, придётся строить свою армию.

Материала рядом, кроме льда и снега, всё равно нет. Значит, это будет армия великого холода.

Представьте: снежные големы, костяные твари, ледяные драконы, осадные орудия, катапульты, всё в лучших традициях стратегий. Моё войско будет холодным, бездушным и неумолимым.

Я уже представляю, как моя армия белого ужаса движется в сторону замка, снежные волны накрывают стены, а драконы сковывают своим дыханием те самые пять пафосных ящеров.

— Тук-тук, дворф, — шепчу я с ухмылкой, закладывая очередной магический конструкторат. — К тебе пришла месть писуара.

Этот замок не устоит. Эта армия станет кошмаром для всех, кто осмелится встать на моём пути. А потом… потом дворф узнает, что месть, как и лед, подаётся холодной.

И мы хлынули лавиной.

И лавина хлынула на нас.

Огромная орда против орды. Толпа на толпу. Лёд против пламени. Моё войско великого холода — снежные големы, костяные твари, ледяные драконы — несётся на замок. А навстречу мне выходит армия дворфа: его пылающие существа, боевые машины и пять драконов, готовых испепелить всё вокруг.

Ох, как же я отведу душу в этой бойне.

Столько времени я сдерживал злость, столько времени мне не было даже кому набить морду.

А теперь, наконец, есть. Мне не понадобились ни случайные бандиты, ни мелкие злодеи. Всё, что мне нужно, — это армия одного из моих врагов.

Снежные волны накрывают пылающие бастионы. Големы обрушиваются на врагов, их кулаки громоздятся на осадные машины. Ледяные драконы бросаются в бой с огненными ящерами дворфа, сверкая во тьме замёрзшими крыльями.

Этот бой станет легендой. И не потому, что я хочу победить. А потому, что я хочу насладиться каждым мгновением. Месть — это не просто результат. Это процесс.

Я бегу скорее ко входу на замковую территорию, ведя за собой орду скелетов.

В нас летят фаерболы, стрелы, снаряды баллист. Впереди открываются ловушки, которые жадно пожирают часть моей армии и вытягивают мои силы.

Но я не останавливаюсь. Адреналин кипит, злость греет, а снег и лёд под ногами только ускоряют меня.

И всё же…

На фоне этой всей бойни в голове возникает странный вопрос: а что такого он