Харбин. Вера и отчуждение. Христианские меньшинства российской диаспоры Северо-Восточного Китая - Ксения Игоревна Родионова

Основание школы не было чем-то необычным. При каждой католической миссии в Китае имелась начальная школа, в которой детей обучали монахини-китаянки. Крупные миссии основывали в городах средние школы. В центральных городах Китая – Пекине, Тяньцзине и Шанхае – католики открыли крупные университеты212.

В средних польских школах Маньчжурии преподавалась программа, соответствовавшая требованиям Министерства образования в Варшаве, в нее были добавлены и уроки по истории, культуре и экономике Дальнего Востока, изучались азиатские языки. Благодаря реализации программы в октябре 1923 года начальные школы получили статус и права государственных школ Польши. Дети, посещавшие национальные школы в Харбине, могли продолжить обучение уже на родине. Выпускники учреждений получали аттестат, который принимался в высших учебных заведениях Польши213. Это повысило престиж польских школ Маньчжурии.

Важным этапом развития Римско-католической церкви в Харбине стало открытие Малой владивостокской духовной семинарии им. св. Карла. Ее основал францисканский миссионер Маурус Клюге, приехавший из Владивостока с четырьмя семинаристами. Ректором заведения в 1925 году стал Паулин Вильчинский. Семинария находилась на Хорватском проспекте. Чуть позже в этом же здании расположилась администрация Апостольского викариата Сибири214. В 1925 году трое семинаристов были направлены в Люблин для изучения богословия и получения сана. В том же году количество учеников семинарии увеличилось до восьми человек215.

В 1929 году произошел советско-китайский конфликт на КВЖД. В ходе вооруженных действий небольшие отряды Красной армии осуществили налеты на эмигрантские поселки в районе Трехречье216. После многочисленных убийств большое количество детей остались сиротами. Католическая миссия решила открыть интернаты и школы для бездомных детей. В том же году благодаря финансовой помощи Ватикана в Харбине были открыты три школы-интерната: епархиальная (впоследствии переименованная в Лицей святого Николая) для мальчиков и две школы для девочек при конвентах сестер-урсулинок и сестер-францисканок. При каждом учебном заведении открыли домовые церкви, в которых ежедневно отправлялись богослужения. Основную массу учащихся составляли русские дети; в небольшом количестве обучались также поляки, немцы, литовцы, китайцы, армяне и грузины217. Несомненно, школы играли не только благотворительную роль, но и миссионерскую, привлекая к вере обучающихся. Например, выпускники лицея Г. Брянчанинов и А. Катков не только стали католиками, но и приняли монашество, вступив в орден мариан.

Первая группа принятых в Лицей св. Николая детей состояла из 30 сирот, привезенных из Трехречья. Их поселили в приют, при котором был открыт лицей. Первоначально учебное заведение представляло собой трехклассную школу, имевшую приготовительный (подготовительный) и два основных класса и получившую название «Русское Католическое Епархиальное училище». Небесным покровителем учебного заведения стал святой Николай, часть мощей которого в 1930 году по благословению папы римского Пия XI была отправлена из Барграда (г. Бари) в домовую церковь при Лицее св. Николая218.

Католиками восточного обряда, преподававшими в Лицее св. Николая светские предметы, были русские эмигранты: Виктор Всеволодович Власов-фон-Вальденберг занимал должности ответственного секретаря лицея и преподавателя истории, Петр Марчишин обучал учеников математике219, еще одним преподавателем математики был Альфонс Юманович Романовский – католик, русский бухгалтер, имел китайское гражданство. В лицее он также был заведующим хозяйством220. Павел Тихонович Морев преподавал китайский язык221. Работали в учебном заведении и учителя – православные верующие.

Два католических учебных заведения для девочек были названы Конвентом сестер-урсулинок и Конвентом францисканок. В римско-католической традиции конвентами именуются монастыри и их советы. В среде русской эмиграции так обычно называли монастыри и школы при них. На углу улицы Цицикарской и Большого проспекта, в районе Новый город, был открыт Конвент урсулинок. Он располагался в собственном каменном здании с прилегающим к нему садом. В нем обучались преимущественно девочки из семей русских эмигрантов. Занятия в конвенте велись на русском языке по программе российских гимназий дореволюционного типа. Особое внимание уделялось изучению иностранных языков: английского и французского. Заведение было интернатом, и все ученицы жили при нем. В школе было три приготовительных (подготовительных), семь основных классов и специальный восьмой класс, в котором преподавались специальные дисциплины (машинопись, бухгалтерия и коммерческая корреспонденция) на английском языке222. Для закрепления иностранных языков в школе было введено правило для общения между ученицами вне учебных занятий. Девочки должны были разговаривать в определенные дни на оговоренном в учебном заведении иностранном языке. По-русски дети говорили только в воскресенье и в праздничные дни. Возраст учениц составлял 7–14 лет223.

Конвент возглавляла монахиня Мария Сливовская. Основной преподавательский состав включал частных учителей с высшим образованием и монахинь224. Среди преподавателей были служительницы церкви польской национальности: сестра Мария (Сливовская), сестра Антонина, сестра Рита, сестра Хризостома225. Одна монахиня – сестра Августа Якцин – имела югославское подданство. Среди частных преподавателей были в основном русские эмигранты: Богословский, Бухалова, Клементьев, Коронина, Мариам, Мухин. Два преподавателя – Цешковский и его дочь – имели иностранное подданство226. Высший надзор над учебным заведением осуществлял архимандрит Фабиан Абрантович. Само здание монастыря урсулинок принадлежало Ватикану. Школа существовала в основном за счет субсидий Римско-католической церкви227. Еще одним источником дохода была ежемесячная плата за обучение. В интернате практиковалось уменьшение оплаты в два раза для учениц из малоимущих семей, в некоторых случаях обучение могло быть бесплатным228. Учебное заведение было широко известно в среде российских эмигрантов.

Помимо школы урсулинок, в Харбине действовал Конвент сестер-францисканок для девочек. Он размещался на 2‐й круговой улице в районе Славянский городок. В нем по большому счету учились дети из малообеспеченных семей, преобладающее количество девочек обучались бесплатно. В отличие от других католических учебных заведений, обучение в конвенте носило чисто практический характер. Девочек обучали самостоятельному труду, ведению домашнего хозяйства, прикладному искусству. Программа обучения в заведении была сокращенной. Образование воспитанницы получали на русском языке, также изучались английский и французский. На территории конвента имелось крупное молочное и птичье хозяйство, продукты которого обеспечивали не только воспитанниц, но и сбывались на местные рынки для получения прибыли, которая шла на содержание заведения229. При конвенте работал госпиталь230.

Католические учебные заведения играли важную роль в жизни церкви. Способствовали увеличению финансирования приходов, укрупнению клира, росту количества верующих.

В 1929 году в Харбин был направлен иерей Диодор Колпинский (род. в 1892 году) для помощи архимандриту Фабиану. До прибытия в город он работал в Люблинском миссионерском институте231. Он стал директором Епархиальной школы (Лицея св. Николая). Современник событий архимандрит Георгий Брянчанинов указывал на излишние