Обжегшись однажды - Джанин Фрост

— Да, но, поверь мне, я постараюсь касаться их, как можно меньше.

Антиквариат. Ох, как же я ненавидела тех, кто хранил подобные вещи!

Он продолжал изучать меня, выражение его лица было смесью безжалостного расчета и любопытства.

— Ты говорила, что эта способность с тобой на протяжении десятка лет, по сути, это пол твоей жизни, пусть ты еще и молода. Когда я обрел власть читать мысли людей, я заметил, что вся обнаруженная мной порочность сильно беспокоила меня. Твой дар уходит гораздо глубже. Я поражен, что ты, под тяжестью всего этого, не покончила с собой.

Я пожала плечами, как если бы пережитые мной бесчисленные зверства ни разу не доводили меня до попыток самоубийства.

— Иногда, я помогаю. Я знаю, кто может избежать этого. Люди могут совершенствоваться, если они того захотят, но у каждого под кожей свои грехи.

Его смех был мрачным намеком.

— Как же это верно.

Лимузин съехал на колею, качнув меня. Я выглянула в окно. Деревья, погруженные под толщу снега и льда было всем, что я там увидела, но когда я вытянулась, я заметила, что местность круто накренилась. Через мгновение мои уши заложило. Я стала зевать, пытаясь снизить давление, мы были ниже уровня моря, высоты Флориды.

— Твой дом еще очень далеко?

Я не ела почти двое суток, пропустив утренний завтрак из-за похищения. Но ведь это был дом вампира. От одного воспоминания, что Марти держал в холодильнике про запас, мне сразу же не захотелось ничего из этого испробовать. Лесистый ландшафт казался мне мрачным. Наверное, ближайший продуктовый магазин или же ресторан находиться не менее, чем в пятидесяти милях.

Веселый смешок обратил мое внимание к Владу.

— У меня достаточно пищи, Лейла, и это Румыния. А не северные просторы Сибири. Мы будем в моем доме уже скоро, и на этом пути, мы проедем через город, в котором полно продуктовых лавок и ресторанов.

Я покраснела от его насмешливого тона, еще раз напоминая себе, следить за своими мыслями, если конечно я найду для этого способ.

— Ты ешь обычную еду? Марти никогда так не делал. Говорил, что все, что он ел, было похоже на глину.

— Это так, и я не ем, но у меня изобилие пищи для людей, живущих со мной. Если они будут недоедать, то они не смогут кормить меня и моих сотрудников.

Его тон был совершенно беспечным, но я стала понимать, что Влад никогда и ничего не говорил беспечно. Я встретила его взгляд, отметив, в нем намек на вызов. Не плохая попытка заставить меня негодовать из-за его людской версии кладовой.

— Марти всегда пил из задиристых туристов, — сказала я, выгнув бровь, отвечая тем самым на его вызов. — Говорил, что это дает ему право, не делать поклон после выступления. Он никогда не пытался пить из меня, как он сказал, бизнес и пища должны храниться отдельно.

Губы Влада сжались.

— Не очень тонкий намек. Если тебе интересно собираюсь ли я пить из тебя, не играй в эти игры. Просто спроси.

— А ты собираешься? — ответила я сразу же, добавив: — Я не хочу, что бы ты это делал. Я знаю, это не убьет меня, и не превратит в вампира, но я итак уже "инструмент". Не хочу еще стать и обедом.

— Нет, я не стану это делать, — ответил он спокойно. — Как и любой другой вампир, пока ты под моей защитой. Я согласен с твоим другом Марти о разделении пищи и бизнес-альянсов.

Это было огромным облегчением. Возможно, нахождение рядом с Владом не так уж сильно будет отличаться, чем жизнь с Марти, хотя, будем надеяться, что не столь же долго, чем четыре года гастролей с Марти и мной.

— Чем вы оба занимаетесь? — спросил Влад, откидывая свободную руку за голову.

— Путешествуем с артистами цирка, — ответила я, готовясь к пренебрежению, которое обычно показывали большинство людей, услышавших это.

В его выражении ничего не изменилось.

— Достаточно умно. Если бы кто-нибудь и заметил твою тенденцию к электрошоку, люди бы предположили, что это было цирковым трюком, и ты не оставалась при этом достаточно долго на одном месте, что не привело бы к возникновению серьезных вопросов.

— Именно так, — сказала я, с удивлением. Если бы еще мой отец и сестра могли бы понять эту логику столь же легко. Моя работа смущала их. Как я слышала, последним из того, что они говорили людям, было то, что я была актрисой театра.

Влад пожал плечами.

— Вампиры скрывают то, кем являются. О, а вот и город. За ним мой дом.

Я выглянула в окно, со свистом взирая на маленький городок, в котором действительно были магазины и рестораны. Со всем этим снегом и причудливой живописной архитектурой, он был похож на копию деревни мифического Деда Мороза.

— Довольно мило, — сказала я. — Но надеюсь, твой водитель сбавит ход. Сомневаюсь, что здесь ограничение по скорости под восемьдесят.

Прозвучало так, будто Влад подавил свой смех.

— Не беспокойся об этом.

Я посмотрела в окно, увидев выглядывающие из-за деревьев огромные скалы. Сдвиг моего баланса, накреняющий меня все дальше от своего места, подтвердил мой вывод, что дорога становилась круче. Тем не менее, водитель не замедлялся, поворачивая на изгибах и, казалось, полностью пренебрегая безопасностью жизни и здоровья. Я посмотрела на Влада, но ему, казалось, было все равно. Конечно же. Он-то мог выжить после столкновения машины со скалой или же удара в дерево.

— Не беспокойся, — сказал снова Влад, с еще большим развлечением.

— О, славно, — ответила я сквозь зубы. Закрыть глаза, вероятно, было лучшим способом, пройти через это.

Прошло, вероятно, минут десять, прежде чем машина, наконец, остановилась. На мой взгляд, прошел уже целый час. Наверно, я послала во Влада достаточно много нервного тока, находясь под властью небольшого нервоза, но он так и не отпустил моей руки. Однако, сплел свои пальцы с моими.

— Мы приехали.

Я открыла глаза. Его тело на мгновение закрыло мне поле зрения, но как только он вышел из машины, я увидела дом, у которого мы остановились. Я посмотрела на него с открытым ртом.

Глава 9

Одного слова не хватит, чтобы воздать должное бело-серому строению передо мной. Я даже наклонила голову назад, чтобы рассмотреть все до самой крыши. В нем было, по меньшей мере, четыре высоких этажа, с дополнительным этажом на треугольных башнях, резко возвышавшихся на каждом углу. Фасад был украшен резьбой и массивным балконом с парящими у окна каменными горгульями, смотрящими вниз на окуней. Они были не единственными часовыми этого готического дворца, по крайней мере, человек десять стояли в разных уголках по всему дому, некоторые из них стояли настолько неподвижно, что при первом взгляде, я подумала, что они были статуями.