Обжегшись однажды - Джанин Фрост

Ничего себе, он всерьез увлекся фантастикой. И он слышит о чем, ты думаешь, напомнила я себе, когда его взгляд стал вопросительным.

— О чем ты хочешь поговорить? — спросила я, покачав головой, как будто это могло выкинуть любую компрометирующую меня мысль.

— О твоих шансах на выживание.

Его тон был беспечным, как и его выражение лица, что я находила еще более страшным, чем его грозная хмурость. Я видела лица бесчисленных убийц, но ни один из них не выглядел так, как Влад, когда тот убивал кого-либо.

— Это та часть разговора, где ты будешь рассказывать мне, как я умру? — спросила я, готовя себя ко всему, что будет дальше.

Он по-товарищески сжал мою руку.

— Ты видела, я не трачу время на монологи, перед тем как убить. На самом деле, в моих интересах, защитить тебя.

Я не ответила, лишь подняла брови от этого сомнительного заявления.

— Сомневаюсь, что смогу получить какую-либо полезную информацию от оставшегося твоего похитителя, и не важно, сколько бы при этом я его мучил, — продолжил он. — Он поражает меня, как пешка, поэтому он, вероятно, даже не знает, кто его послал за тобой.

Я продолжала с сомнением смотреть на него. Он закатил глаза, — Совсем забыл, ваше поколение играет только в игры для мобильных телефонов, наподобие Ангри Бердс[1]. В шахматах, пешки имеют самый низкий ранг…

— Я знаю, как играть в шахматы, — перебила я его. — Если ты не можешь прикоснуться к мобильному телефону или поиграть в электронные игры, не поджарив их, приходиться учиться классическим играм.

Он улыбнулся, обнажив эти прекрасные белые зубы. Я напомнила себе, что если я буду мысленно произносить знаменитую цитату про Маленькую Красную Шапочку, то он ее услышит.

— Хорошо. Если бы ты проверяла свою электронную почту каждые пять минут, или печатала текст и обменивалась сообщениями в Твиттере посередине нашего разговора, я бы перегрыз тебе шею чисто из принципа.

— Ты бы чувствовал себя как дома в пенсионной общине с такой же технофобией. Наверняка, ты также любишь говорить детям не ходить по твоему газону.

Зависимость от сотовых телефонов раздражала и меня, но я никогда в тайне не мечтала их убить, если не считать людей, говорящих по телефону во время фильма…

Его улыбка не исчезла.

— Ты еще полчаса назад ждала, что я наврежу тебе, но теперь не стесняешься меня подкалывать. Не боишься меня рассердить?

Он мог прочитать мои мысли, так что я не стала говорить ничего, кроме правды.

— Ты страшен, когда в хорошем настроении, и думаю, ты уже решил, убьешь ли меня. И никакое количество шуток или попрошайничеств с моей стороны не сможет изменить твоего решения, поэтому я, пожалуй, продолжу оставаться собой. Ты не единственный, кто может это делать.

На этот раз его улыбка стала полной, со злой усмешкой, что делало его чертовски красивым. Я отвернулась в сторону, не желая делится своими мыслями, раздувая его эго. Чтобы отвлечься, я сосредоточила свое внимание на шрамах, тянущихся по моей руке. Его пожатие стало сильным настолько, будто я могла в любой момент вырваться, но мы оба знали, что этого не будет.

— Ты права по всем пунктам, — сказал он этим гладким голосом с акцентом. — Но я освобожу тебя, когда буду уверен, что ты не умрешь. Я сказал тебе, что это в моих интересах, защитить тебя, и я имел в виду именно это. Если я прав — как всегда — твой похититель может умереть. Поэтому ты остаешься моим лучшим шансом, узнать, кто послал этих вампиров за мной.

— Я? — повторила я, мой взгляд вернулся к нему.

— Твоя способность получения информации через прикосновение, а также поиска людей в настоящем и будущем, бесценны. Вампиры во всем мире убили бы любого, чтобы воспользоваться тобой в качестве инструмента против своих врагов. Я поражен, что о тебе до сих пор ничего не знали, учитывая твою дружбу с другим вампиром.

— Марти никогда бы не стал меня использовать подобным образом, — вспыхнула я. Мне было итак достаточно плохо, постоянно чувствуя себя изгоем из-за своего состояния, но сводить мое состояние к простому "инструменту" было еще хуже.

— Может быть, именно поэтому я позволю ему жить, — ответил Влад. — Это достаточно милосердно с моей стороны. Обычно я не дарую подобного каждому, напавшему на меня, а с его привязанностью к тебе, он также сможет внести вклад к выяснению, кто в действительности стоит за твоим похищением.

А что если ни один из нас не захочет тебе помогать? Я бы не удивилась этому. Марти и я не имели ничего общего с враждой Влада с другим вампиром.

Эти медные глаза на секунду стали изумрудными.

— Если я и отпущу тебя, думаешь, как много пройдет времени, прежде чем тот, кто послал этих вампиров, пошлет за тобой другую команду? Тебе нужно найти этого человека гораздо сильнее, чем мне. Для меня он лишь тяжкая досада. — Он взглянул на меня жестоким взглядом. — Ты кажешься мне умной девушкой, поэтому, думаю, ты и так должна уже все это знать.

Его рука немного пошевелись, словно слегка дернулась, но я и правда воображала, что чувствовала в себе это ужесточение, пока я не загнала себя в нерушимую ловушку. Моя гордость хотела, опровергнуть то, что он только, что сказал, но благодаря своим способностям, я уже пережила множество случаев ставших жертвой своей невнимательности. У меня был шанс против одного вампира, может быть, двух, благодаря своему электрическому заряду, но против орды из них? Даже бы если со мной боролся Марти, я бы обрекла нас обоих на провал, и прокляла бы себя, если бы оказалась настолько глупой.

— Мудрое решение, — сказал он, по-прежнему смотря на меня пристальным взглядом. — Продолжай думать о том, как долго ты сможешь прожить, что даже успеешь потанцевать на могилах своих врагов.

— Я думала, для вампиров нет кладбищ, — сказала я со вздохом. Я не спрашивала про бой, но Влад был действительно прав. Мне придется участвовать в нем.

Он усмехнулся.

— У нас их нет. Кладбища полны мертвых людей. Вампиры же предпочитают быть там, где можно выпить живой крови.

Я закрыла глаза, на меня обрушилась усталость от всего сразу. У меня был стресс от насыщенного дня и если верить Владу, он был лишь первым из многих.

— Куда мы летим? Ты еще не говорил мне.

— В мой дом в Румынии.

Вау, этот парень не шутил о фиктивном Дракуле.

Я услышала фырканье, но не потрудилась открыть глаза. Шелестящий шум походил по звуку на то, что он устроился покомфортнее. Я сделала тоже самое. Если мы летели в Румынию, у нас будет очень длинный полет.

Глава 8

Спустя одиннадцать часов и одну остановку для дозаправки, мы приземлились в крошечном аэропорту, у которого была лишь одна взлетно-посадочная полоса и два ангара, в один, из которых и зарулил наш самолет. Я взглянула на свои босые ноги с мысленным вздохом. На земле был снег. Влад одолжил мне свой пиджак, но, сомневаюсь, что он откажется и от своей обуви.