Тренировочный День 10 - Виталий Хонихоев

в нашей Лильке есть по двести грамм взрывчатки, а быть может полкило. Должна она скакать и прыгать, все хватать, ногами дрыгать, а иначе она взорвется, трах-бабах и нет ее!

— Если ее к месту привязать и кляп в рот засунуть, то она точно взорвется. — кивает Света Кондрашова: — она молчит и не шевелится разве что во сне.

— Да и во сне она так же себя ведет… — задумчиво говорит Айгуля Салчакова и увидев, что все поворачиваются к ней с вопросительными взглядами на лицах — тут же выставляет вперед руки: — э-это не то что вы тут подумали! Я… я в тот раз с Масловой и Волокитиной у нее на квартире ночевала!

— А что мы должны были подумать? — моргает Юля Синицына: — я так и подумала, что ты у нее ночевала.

— Да я не про тебя! Ты все правильно подумала! Я про этих! Они точно что-то не то подумали!

— Если ты говоришь о том, как она спала — значит видела ее спящей. — говорит Синицына: — чего тут думать-то? Все логично. Или ты имеешь в виду сексуальную активность? В этом случае…

— И ты туда же! Юлька! Не ожидала от тебя такого!

— С учетом физической активности Лили Бергштейн могу предположить, что и в личной жизни ей маловато одного партнера, так что не удивительно что вы с Волокитиной, Масловой и Полищуком… — серьезно говорит Синицына и ее рука снова тянется к отсутствующим очкам — поправить.

— Юлька! Все! Давайте Лильку обсуждать! Это она всех бесит! И… про нее сплетничать интересно!

— Как сказать… — поводит плечами Валя Федосеева: — я бы еще про тебя послушала, Салчакова… когда это вы опять меня с собой не взяли?

— А… вон, давайте про Железнову говорит! — Айгуля тычет пальцем в Арину: — у нее вообще гарем из мужиков!

— Во-первых не гарем, а коллектив. — поправляет ее Арина, упирая руки в бока и почему-то чувствуя себя хорошо. Как будто в теплую воду окунулась, легко, приятно и… безопасно? Девушки из этой команды были какими-то особенными, другими. Между ними не было подковерных интриг и серьезных ссор. Нет, они ругались и даже обзывали друг друга, но все это как-то беззлобно, что ли… скорее подкалывая друг друга, чем желая обидеть или задеть. Вот как сейчас — все до одной признались, что эта Бергштейн их бесит. Может быть у нее все же действительно больше общего с ними чем с командой из высшей лиги?

— … коллектив единомышленников! — продолжает она, подняв палец: — и у меня с ними ничего нет! Я еще несовершеннолетняя!

— Как к Витьке колеса подкатывать, так «возраст согласия с четырнадцати», а как что так несовершеннолетняя…

— Давайте лучше поговорим о том, как нас всех Лилька бесит!

Глава 7

Глава 7

— Замена, серьезно? — Светлана Пак с номером «четыре» на светло-синей футболке упирает руки в бока и вопросительно смотрит на своего капитана: — Гуля, не рановато? Второй сет только. Ты же знаешь, что…

— Мое решение. Моя ответственность. — коротко бросает Гульнара Каримова: — Цой! Усманова! На скамейку! Ахмедова! Семенова! На площадку!

— Как скажешь кааапитааан! — мягко тянет гласные Елена Цой, взмахивая длинными черными волосами, убранными в «конский хвост»: — все равно игра отстой. Хоть посижу… — она «дает пять» стоящей рядом Малике Усмановой и уходит с площадки. Вслед за ней молча идет и сама Малика, она запрокидывает голову вверх, восстанавливая дыхание и упирая руки в бока.

На смену этой паре со скамейки запасных встает Дильбар Ахметова и Ольга Семенова. Ураганная парочка, как их еще называли в местных газетах.

Дильбар Ахметова с пятеркой на спине выходит на площадку упругой походкой танцовщицы. Невысокая для волейболистки — всего метр семьдесят два — она компенсирует рост феноменальной прыгучестью. Смуглая кожа, иссиня-черные волосы, заплетенные в тугую косу, карие глаза с легким прищуром. Плечи широкие, бедра узкие — фигура пловчихи. На левом предплечье виднеется небольшой шрам — память о детстве в кишлаке. Дильбар играет на позиции либеро, но не просто принимает мячи — она их ловит, как кошка мышей, бросаясь в немыслимые кувырки и перекаты.

Рядом с ней — полная противоположность. Ольга Семенова, номер двенадцать, возвышается на сто восемьдесят семь сантиметров. Белокурые волосы собраны в короткий пучок на затылке, открывая мощную шею. Плечи как у гребчихи, руки длинные, с выступающими венами. Голубые глаза холодные, сосредоточенные. Нападающая от бога — ее удары пробивают блоки, как таран ворота.

«Ураганной парочкой» их прозвали после памятного матча в Алма-Ате, когда они вдвоем вытащили проигранную, казалось бы, партию. Тогда «Автомобилист» играл на поле хозяев, против «Буревестника», а Казахстан славился своей волейбольной школой, стабильно показывал высокие результаты, Людмила Чернышева, которая входила в состав сборной СССР ранее играла именно за «Буревестник». Тогда они вытянули игру, впрочем, это не сильно-то и помогло, «Буревестник» все равно ушел в высшую лигу, а «Автомобилист» так и остался в первой. А ведь в Алма-Ате было полно и других интересных команд, чего только «АДК» стоит, та самая «АДК», что выиграла «золото», став чемпионом СССР, выиграла в противостоянии с «Уралочкой»!

Светлана поджимает губы. Они все еще в первой лиге, столько лет, столько усилий и они все еще в первой лиге. Если бы не прибалты и не Ленинград со Свердловском — они бы точно уже были бы в высшей. Та же самая «АДК» — выстрелила за сезон, выстрелила словно ракета, прошла первую лигу навылет, вышла в высшую, разбила наголову всех и в финале встретилась с «Уралочкой», которая на тот момент сколько? Три раза подряд уже «золото» домой с чемпионата СССР увозила. Мечта каждой спортсменки — вот так вот «выстрелить» в золото, одержать победу на чемпионате страны.

И ведь не сказать, что они не стараются. Стараются. Постоянные тренировки, шефы из «ТАПОиЧ» достают все что нужно, кроссовки на них американские, а не деревянные синие «фестивальки» и уж тем более не резиновые кеды фабрики «Большевичка». Сегодня — футбольные бутсы, потому что покрытие травяное, чтобы не скользить. И надо сказать, оправданное решение, Светлана видела, как девушкам из команды соперников было трудно приспособиться под условия травяного покрытия и открытой площадки с палящим солнцем, бьющим прямо в глаза, с ветром и отсутствием потолка над головой. В то же