Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

– Совсем ты врать не умеешь, Анвар, – ласково сказала Леонова, заставив себя улыбнуться технику. Он тоже улыбнулся в ответ грустной, обезоруживающей улыбкой.

– Правда, не умею. Но по крайней мере у Присси есть шанс выжить.

– Надеюсь, – негромко ответила полковник.

Анвар нажал кнопку, и говорить больше стало не о чем – они оба вот-вот должны были погибнуть.

Она пыталась найти другое решение, но кроме ракеты у нее было лишь одно оружие, способное поразить тендер – сам «Спутник». «Защитнику» удалось совершить таран – значит, удастся и ей, если она сумеет расчистить себе дорогу. Леонова уже обсуждала этот план с О'Доннеллом, и каждый раз они приходили к одному и тому же заключению. Если повезет, они сумеют воплотить в жизнь задуманное. Как только они войдут в атмосферу, Леонова обойдет арьергард истребителей троллей, выпустит последний ядерный заряд, чтобы пробиться сквозь уцелевший авангард благодаря ударной волне, которая образуется в атмосфере при ядерном взрыве, и протаранит корабль кангов. Взрыв перегруженных двигателей будет погорячее ядерного…

Но проделать это все Леонова не могла, пока они не окажутся в атмосфере. Кроме того, ей требовалась помощь Анвара, который должен был управлять аппаратурой электронного противодействия. Значит, ему придется погибнуть вместе с ней. А вот Геринг возможно удастся спасти: в связисте потребности больше не было, так как не с кем было поддерживать связь. И поэтому полковник решила катапультировать спасательную капсулу с сержантом, только они окажутся в атмосфере.

Геринг пыталась возражать, но командир оборвала ее. Они обе понимали, что шансов выжить у связистки будет немного, если учесть обычную тактику троллей, но ничего другого Леонова предложить не могла.

– Входим в атмосферу через три минуты, командир, – спокойно напомнил О'Доннелл.

– Спасибо, Анвар. Присси!

– Здесь, командир, – тоненьким голоском отозвалась Геринг. – Я готова.

– Отлично. Анвар сосчитает до пяти.

– Я… поняла, – ответила сержант, и полковник услышала, как в ее голосе дрожат слезы.

– Выпей за нас, когда приземлишься, – сказала Леонова.

– Выпью, командир. Уничтожьте ублюдков!

– Постараюсь, Присси. Сделаю, что смогу.

– Начинаю отсчет! – произнес О'Доннелл. – Пять… четыре… три…

– Прощайте, командир!

– Два… Удачи, Присси!

«Спутник» вздрогнул, извергнув из себя спасательную капсулу с такой силой, что ее пассажирка потеряла сознание. Полковник и техник затаили дыхание, отслеживая на экране ее полет и от всей души желая, чтобы Геринг спаслась.

– Командир! Истребитель!

– Миллион проклятий!

Две из оставшихся ракет ближнего боя с быстротой молнии оторвались от перехватчика, повинуясь ментальным командам Леоновой, и рванулись к истребителю тролля. Они летели быстро. И все же недостаточно быстро, чтобы предотвратить неизбежность вспышки выпущенных вражеским истребителем ракет, нацеленных на спасательную капсулу.

Сержант Присцилла Геринг погибла через две секунды после ее убийцы.

В кабине «Спутника» воцарилось холодное, наполненное ненавистью молчание.

Всего через неделю после учений у берегов Кубы Двадцать третье оперативное соединение Военно-морского флота США неторопливо, со скоростью пятнадцать узлов, направлялась в Средиземное море – на Балканах, как всегда, было неспокойно, – когда поступило первое сообщение о том, что происходит нечто странное. Благодаря категории «весьма срочно» сигнал сети Службы мониторинга космического пространства, управлявшейся ВМФ, дошел до штаб-квартиры главнокомандующего Атлантическим флотом в Норфолке быстрее, чем Оперативный центр аэрокосмической обороны составил отчет. А потом сообщения служб слежения стали поступать одно за другим. Нечто необычное происходило высоко над поверхностью земли. Неизвестные объекты явно снижались, гася скорость, и, по предположительным расчетам, должны были пройти на расстоянии менее пятисот миль от Двадцать третьего оперативного соединения.

Адмирал Фриц Карсон страдал легкой формой бессонницы и потому находился на флагманском мостике, когда срочное сообщение из Норфолка поступило на авианосец «Теодор Рузвельт», шедший в середине строя. Какое-то мгновение адмирал задумчиво смотрел на бланк, который вручил ему офицер связи, а потом обернулся к начальнику штаба:

– Спуститесь в БИЦ* [боевой информационный центр] и попросите кого-нибудь разбудить капитана.

Затем он поднял трубку и лично позвонил в службу управления полетами.

– Летное, коммандер Стонтон, – немедленно звалась трубка.

– Комгруппы?

Уже давно самолеты, базирующиеся на авианосце, официально именовались на флоте авиакрылом, но Карсон, как и многие другие моряки, по-прежнему использовал термины «авигруппа» и «комгруппы». Адмирала немного удивило, что командир его авиации столь ранним утром находится в службе управления полетами.

– Так точно, сэр, – ответил коммандер Стонтон в ответ на вопрос начальника. – Один из моих пилотов – совсем новичок, и я за ним присматриваю.

– Ясно. Вот что, комгруппы, БИЦ подготовил для вас интересные данные. Компания самых настоящих НЛО с бешеной скоростью движется в направлении вест-зюйд-вест. Если они не изменят скорости и направления движения, то пройдут в пятистах милях от нас на девяти Махах, или даже больше.

– С числом Маха около девяти, сэр? – осторожно переспросил капитан Стонтон.

– Именно так мне доложили, – сказал Карсон. – Как мы можем поприветствовать маленьких зеленых человечков, когда они будут пролетать мимо?

– У нас «Хаммер» в трехстах милях, готовый к проведению учений с моим подопечным, пара «Томкэтов» в пятиминутной готовности на катапультах и два «Хорнета» на палубе в пятнадцатиминутной готовности.

– Не думаю, что они нам понадобятся… но все же. Будите дежурных пилотов, а потом свяжитесь с «Хокаем» и попросите посмотреть повнимательнее на гостей.

– Есть, сэр.

– Спасибо.

Адмирал положил трубку, а его адъютант протянул ему другую.

– Капитан Янсен? – спросил он, и лейтенант кивнул в ответ.

Карсон взял трубку:

– Капитан, извините, что разбудил, но дело в том…

– Что-то странное на пассивных, командир, – сказал младший лейтенант Демосфен Люистон.

– В каком это смысле? – спросил лейтенант Этчисон.

– Не знаю, сэр. Никогда ничего похожего не видал. Никакого сигнала не принимаем, а эфир словно забит помехами. По всему левому квадранту фонит, и все сильнее и сильнее.