В спящем режиме - Сергей Вольнов

– И куда она потом делась?

– А хрен ее знает. Группа санитаров прибыла сюда истреблять тварей. Потом ни мутаволков, ни тех истребителей больше никто не видел. Друг друга сожрали. Аха-ха-ха-ха-хах!

Что с ним? Ржет, будто анекдот рассказал и самому смешно. Он что, издевается? Я и так в не самом лучшем психологическом состоянии, а еще и этот проводник со своими дурацкими шуточками…

Продвигаясь след в след со скоростью черепахи, я довольно быстро потерял счет времени. Не знаю уж, через сколько минут у меня заболела голова от зудения, гудения и жужжания «изменок». Мы петляли, двигались зигзагами, восьмерками, змейками… Я пытался ориентироваться в пространстве, но вскоре понял, что бесполезно. Мда-а-а… Если с проводником что-то случится – один я отсюда хрена с два выберусь. Надо беречь Бороду как зеницу ока.

Я даже не пытался запомнить детали этого сюрреалистического скопления материальных объектов. Сосредоточился исключительно на распознавании участков ИФП.

Обратный путь занял гораздо больше времени. Нет, проблем с поиском безопасных троп среди куч и штабелей не было. Просто мы дважды перекурили и три раза останавливались без перекура. Я безумно устал, да и Бороде, наверное, требовалась пауза. Это со стороны он все проделывал легко и непринужденно. А вот его лицо рассказывало совсем о другом. Прокладывать безопасную тропу посреди множества «изменок» – это не по бульвару разгуливать.

Когда до края Венеры оставалось совсем немного, в узком месте дорогу нам вдруг преградили трое. Единообразные, потрепанные кожаные куртки смахивали на униформу. Двое были в бейсболках, третий – в вязаной спортивной шапочке. Обычные джинсы и кроссовки дополняли наряды. Встретились бы мне такие кадры за пределами Трота, принял бы за обычных прохожих, ну, разве что опознал бы приблатненных по выражениям морд и по лексикону.

В принципе, я прекрасно знал, что на территории внешнего, первого круга, опоясывающей Зону широким кольцом, людям вполне достаточно обычной одежды. Здесь достаточно эпизодически встречаются факторы, которые могут всерьез угрожать органическому существу, вредить напрямую. А от периметра до кромки следующего, внутреннего круга – примерно треть общего расстояния до центра котлована, то есть километров восемнадцать. Следовательно, внешняя, немалая часть Трота оставалась относительно безопасной и почти что не требовала специальной экипировки.

Второй, третий и четвертый круги Трота не такие протяженные, эти концентрические кольца примерно одинаковой ширины, километров по десять. Пятый совсем маленький, но там, в самом центре, на максимальной глубине, уж точно размеры территории не играют никакой роли. О том, что в самом «центре мишени» творится, разные легенды бродят, но почти все – настолько противоречивые, что достоверно судить ни о чем нельзя.

Чтобы туда добраться, нужно не только полсотни кэмэ радиуса Зоны как-то преодолеть, с боями и мучениями прорваться, но и спуститься вниз чуть ли не на пятнадцать сотен метров. Это только сверху российская Зона выглядит похожей на плоскую мишень для метания дротиков. В разрезе она – ступенчатая ямина глубиной полтора километра! «Свадебный торт» наоборот, перевернутый и вдавленный в толщу планеты.

И если перепад уровней между «большой землей», условно говоря, и первым кругом – который я уже преодолел по наклонной осыпи на пути сюда, – составляет десятки метров, то между первым и вторым он уже больше ста метров. Затем разность уровней увеличивается до трех с половиной сотен между вторым и третьим, а расстояние между третьим и четвертым уже больше четырехсот… Пятый вообще – нечто вроде глубокой ямы, расположенной в эпицентре четвертого. Площадью он всего лишь несколько квадратных километров, но глубиной уже добрых полкилометра.

Хотя эпитет «добрый» вряд ли можно применять к этой углубляющейся черной дыре, ступенчатой необъяснимости, медленно, но постоянно стремящейся в глубину планеты. Более полувека назад, когда Зона только возникла, перепады между уровнями «ярусов» составляли считаные метры. Хотя уже тогда, по воспоминаниям людей из поколения наших дедушек и бабушек, в центральных областях творилась совершенно необъяснимая хрень. «Чем дальше в лес, тем страшнее партизаны». Бред сумасшедшего – еще слабо сказано! Это по внешним краям первые советские сталкеры бродили чуть ли не в домашних тапочках и семейных трусах. Кстати, сначала всех придурков, охочих пошляться в будущем Троте, звали «бредунами» – ёмкая характеристика, образованная от слов «бродяга» и «бред». Потом все-таки прижилось англоязычное название stalker, распространенное во всем мире.

Уму непредставимо, какая ж это силища способна вынудить твердь земную продавливаться! И куда-то ж она вытесняет все эти немереные кубометры объема материи! Попирая и отрицая природу, которую люди привыкли считать нормальной. И наивно считали таковой, до самого момента Посещения…

– Ну чё, фраерки залетные, хотите свалить с хабаром? – издевательским тоном спросил один из троицы.

– Уголовники шакалят, – прошептал проводник. – Не тормози, блин, спиш-шь на ходу…

И я понял, что снова, совершенно некстати, задумался и «отморозился». Что крайне нежелательно в условиях динамично меняющейся среды обитания.

– Поглохли, мля?!

Я поднял руку и начал чесать кончиками пальцев нос. Прикрыв таким образом свой рот ладонью, потихоньку спросил о том, что мне в тот момент потребовалось узнать в первую очередь:

– Отступать будем?

– Не получится, – шепнул Борода. Движения его губ в зарослях волос было не рассмотреть с расстояния, спасибо бороде.

– Есть идея, – сказал я. – Мы глухонемые.

– Чего-о? – Борода чуть не поперхнулся собственной слюной.

– Эй, вы чо?! Реально с глушняком? – «блатной» постучал себе по уху. Мол, вы слышите меня ваще или нет?

– Делай, как я, – предложил я и отвел руку от лица.

Улыбнувшись, принялся активно жестикулировать, благо не совсем забыл язык сурдоперевода: когда был маленьким, по соседству жил глухонемой мальчик. В то время я изучил нужные жесты – надо же было понимать, что показывает соседский мальчишка, да и мне хотелось выражать свои мысли в понятной ему форме.

Уголовники, как и ожидалось, с сурдопереводом знакомы не были. Вероятно, даже не знали, что это слово вообще существует.

– Сюда вали, дирижёр! – рявкнул тип в шапке – главарь, видимо, – и поманил к себе указательным пальцем.

– Вырву и зас-с-суну ему поглубже! – опустив голову, типа он разглядывает дорогу, злобно прошипел Борода.

Стоя шагах в десяти от остановившей нас троицы, мы ждали действий со стороны противника.

– Бросай пушки! – заорал главарь, жестами показывая, что со стволами надо расстаться, опустить их на землю. Ну и жестикуляция у него… Будь я реально глухонемым, ни фига бы не понял, чего он хочет от меня. Пришлось подчиниться: «шестерки» в бейсболках направили на нас помповые дробовики. Да, встречают негостеприимно, никакого хлеба-соли в лапках.

Когда «браунинг» и «воронин», пистолеты Бороды, а также мой АКС оказались на земле, двое в бейсболках приблизились к нам вплотную. Угрожая оружием, жестами «вежливо» попросили «глухонемых» не сопротивляться.

– Мешки сюда! – рявкнул бандит в шапке и совершил чесательные движения ладонями по ключицам, типа, снимает рюкзак.

Я и Борода переглянулись. Надеюсь, мы правильно поняли друг друга.

Стянув рюкзак, я почувствовал легкость на своей спине и поудобней перехватил ношу в руке. Тяжеленький мешочек вообще-то… Проводник все никак не мог стянуть свой рюкзак – лямка зацепилась за нагрудный карман.

– Чево… тормозите? Кидайте сюда торбы, – приказал главарь. Голос его дрогнул. Местный маргинал занервничал.

– Ща! – крикнул я и бросил в него рюкзак.

Услышав мой резкий крик, «блатные» округлили глаза и на миг впали в ступор.

Этого хватило.

Как только рюкзак полетел к главарю, я ломанулся следом. Главарь ловит рюкзак – все, он «выключен». Я резко сместился влево, оттолкнулся и в прыжке ударил ногой по ружью другого грабителя. Борода же, сняв только одну рюкзачную лямку, резко повернул корпус, одновременно делая широченный шаг вперед. Во время поворота он позволил рюкзаку сползти по руке и, схватившись за лямку, что есть силы саданул своей ношей по наглой морде третьего бандита, а свободной рукой буквально вырвал помповик из его пальцев. Удар получился настолько сильным, что уголовник отлетел на пару метров.

Я же, успешно обезоружив второго, от всей души вмазал ему кулаком в нос. Приземлившись, плавно перекатился врагу за спину, вскочил и схватил его за шею. Теперь у меня есть живой щит!

Проводник переместился еще на шаг и выбросил левую руку. Кулак достал все-таки до виска главаря. Вот что значит быть рослым и длинноруким!

Главарь, должно быть, получил неслабый ударчик – он рухнул, как подкошенный. Проводник коршуном метнулся к третьему, отброшенному мной. Этот только-только оклемался, но ненадолго – мощный удар кулаком в челюсть снова отправил его в бессознательное состояние. Никогда бы не подумал, что такой громоздкий «шкаф», как Борода, способен настолько резво двигаться!