Развод. Будьте моим бывшим, доктор - Анна Варшевская

Фыркаю в ответ, но тут же вздыхаю.

— Ну и из-за чего такое вселенское страдание? Идём на кухню, — хирург открывает мне дверь комнаты, выпуская, сам идёт следом. — Одна из трёх вечных проблем?

— Каких проблем? — не сразу соображаю, затормозив.

— Ну как же, — мужчина хмыкает, огибая меня, — основная. «Мне опять нечего надеть».

— Тебе смешно, а у меня ведь даже белья запасного нет, — мстительно сообщаю ему. — Оставил меня в буквальном смысле без трусов!

Игнатьев от неожиданности не вписывается в поворот и врезается плечом в дверной косяк.

— Что такое? — говорю сладким голосом. — Проблемы с вестибуляркой?

— Нет, — хирург даже не шутит в ответ, а просто ускоряется и влетает на кухню.

Когда я туда вхожу, он уже что-то вытаскивает из холодильника.

— Предлагаю решить проблему твоих… хм, твоей одежды и съездить к твоей подруге за вещами, — мужчина ставит передо мной овощной салат. — Мясо будешь?

— Буду, — киваю ему и оглядываюсь на сумерки за окном. — А не поздно? В смысле, ехать?

— Тебе лучше знать, — хмыкает он. — Не спит твоя подружка в это время?

— А-а, нет, не спит, — открываю плёнку, которой прикрыта миска с салатом. — Но не поеду же я в одной футболке.

— Конечно, не поедешь, — фыркает Игнатьев. — Я тебя не повезу! В одной машине с женщиной без трусов — какое испытание для моего целомудрия! Я на такие искушения не подписывался!

— Да дались тебе мои трусы, — не удержавшись, утаскиваю из миски несколько кусочков огурца.

— Ну куда ты лезешь руками? Вилку возьми, ягнёночек! — качает он головой, протягивая мне прибор.

— Не будь занудой, Игнатьев, — цепляю ещё и помидор. — Твои предложения?

— Да дам я тебе одежду, — хирург пожимает плечами. — Диора и Прады не обещаю, а вот хирургический костюм найдётся. Доехать — сойдёт.

— Диор и Прада мне и самой нафиг не сдались, — пожимаю плечами, продолжая есть салат.

Мужчина ставит передо мной тарелку с разогретым мясом и садится напротив.

— Спасибо, — отрезаю первый кусочек, кладу в рот и закатываю глаза от удовольствия. — М-м-м, Игнатьев, вот честное слово, я готова терпеть тебя и твои шуточки вечность, если ты будешь меня так кормить!

— Учту, — хмыкает он.

— А ты почему не ешь? — поднимаю на него глаза.

— Я… ем, — он опускает взгляд в тарелку.

— И поэтому суёшь в рот пустую вилку? — хмыкаю, но тут же отвлекаюсь. — Я хотела спросить у тебя насчёт госпиталя. Мне наверняка нужно время, чтобы оформиться…

— Да, — Даниил кивает, хмурится немного, сосредотачиваясь. — Да, тут так… Завтра у меня рабочий день, ты поедешь со мной, и мы начнём процесс оформления. Медосмотр, даже если он у тебя свежий, скорее всего придётся пройти заново — у нас. Ну и проверка службой безопасности время займёт.

Мрачнею, потому что на память сразу приходят сплетни, которые обо мне распускают бывший муженёк с его отцом. Там бы и свекровь наверняка постаралась, но она с медициной не связана. Впрочем, этих двоих гадов вполне достаточно.

— Ягнёночек, не парься, — Игнатьев явно замечает мой настрой. — Я уже пообещал тебе, что всё будет нормально.

— Ты не обещал, — криво улыбаюсь, глядя на него. — Ты только сказал, что предлагаешь мне помощь, а ещё заявил, что от меня тебе одни проблемы.

— Хорошо, — хирург закатывает глаза и встаёт из-за стола, а затем… опускается передо мной на одно колено и прижимает к груди сжатый кулак. — Агния, торжественно клянусь тебе, что всё у тебя будет хорошо!

— Прекрати валять дурака! — я краснею от этой картины.

— Убери со своего лица это противозачаточное выражение, ягнёночек, — он легко поднимается с колен и убирает со стола наши пустые тарелки. — Жизнь на самом деле куда проще, чем нам кажется, так не надо её усложнять. Ну что, поехали к твоей подруге?

Вздыхаю и киваю. Игнатьев действительно приносит мне хирургический костюм тёмно-бордового цвета и даже почти моего размера. Я переодеваюсь в ванной и критически оглядываю себя в зеркале. Штаны ничего, а вот рубашка заметно обтягивает грудь. Ну да ладно, выбора всё равно нет.

Выхожу к хирургу, и тот протягивает мне свою куртку.

— Накинь.

— Да не надо, — отмахиваюсь от него. — На машине же, не замёрзну.

Мужчина хмыкает и открывает дверь. Вот только вечерний воздух оказывается значительно прохладнее, чем я думала, и меня пробирает мурашками.

— Точно не надо? — еле сдерживая улыбку, Даниил в упор смотрит на мою грудь, и лицо у меня в очередной раз начинает гореть — сквозь ткань отчётливо проступают соски.

Выдёргиваю у него из рук куртку и быстро накидываю на себя.

— А нет чтобы сразу послушаться, — слышу ехидный голос. — Ты помнишь, на каких условиях мы с тобой заключили договор?

Прикусываю губу, чтобы не выпалить что-нибудь, за что мне наверняка придётся расплачиваться.

— Ты должна во всём меня слушаться, — с удовольствием повторяет Игнатьев. — Я прямо вижу, какие нас ждут весёлые времена, ягнёночек!

Да уж, веселье нам предстоит то ещё. Но я молчу, не спеша с ним соглашаться. По крайней мере вслух. Впрочем, видимо, на лице у меня достаточно красноречивое выражение, где и в каких позах я видала безоговорочное послушание, потому что хирург качает головой и открывает мне дверь машины.

— Садись, не мёрзни, — кивает внутрь.

Опять же молча занимаю своё место, пристёгиваюсь. Но Игнатьева моё молчание не смущает. Интересно, а есть вообще хоть что-то, способное его смутить?

Мужчина не даёт мне задуматься.

— Ты подруге не будешь звонить? Или мы к ней без предупреждения заявимся?

Покорно достаю телефон под его взглядом.

— Ганька, привет! — подруга отвечает после первого же звонка. — Ну ты как? Не съел тебя страшный хирург?

— Даже не покусал, — хмыкаю, косясь на Игнатьева, который закатывает глаза, явно понимая, что речь о нём. — Саш, я за вещами приеду через… э-э-э…

— Примерно через полчаса, — подсказывает мне мужчина.

— Через полчасика, — повторяю за ним.

— Жду! — в голосе Сашки жгучее любопытство, но подруга сдерживается, понимая, что на вопросы я сейчас отвечать не буду.

Дорога действительно занимает чуть меньше получаса. Вот только автобусных остановок рядом с коттеджным посёлком, где находится дом Игнатьева, я не заметила. А ведь мне как-то нужно будет ездить.

— Поблизости от твоего дома есть какой-нибудь общественный транспорт? — спрашиваю у него, когда мы уже подъезжаем, и поясняю: — Хочу сразу понять, как буду добираться до работы, да и не только. Не буду же я у тебя безвылазно сидеть.

Хирург хмурится.

— Давай чуть позже обсудим этот вопрос, — тормозит возле нужного подъезда.

— Хорошо, — пожимаю плечами и выхожу.

Игнатьев выходит следом. Меня так и подмывает сказать ему, что его помощь в сборе