Жить настоящим - Тара Пэмми

Нельзя было отрицать, что Азиз испытал соблазн.

Когда Нихат стояла, глядя на него подведенными глазами, в которых горело нескрываемое желание, он почувствовал себя как никогда живым.

Пусть одну ночь, но она будет принадлежать ему.

Толкнув дверь, Азиз вошел внутрь и огляделся в поисках Нихат. Она лежала на кровати, ее лицо было освещено мягким светом прикроватной лампы. Она встала на колени в середине огромной кровати, ее взгляд выражал страсть.

Его захлестнуло ответное желание.

Нихат ослепительно улыбнулась. В ее улыбке были предвкушение и восторг.

– Ты пришел.

– Ты в этом сомневалась?

Ее глаза на секунду закрылись, словно она хотела что-то от него спрятать. И Азиз понял, что Нихат обуревают такие же противоречивые чувства, какие испытывает он. Она попросила у него эту ночь с дерзостью, которая, как он заметил, стала неотделима от нее, но это не значило, что она не испытывала нервозность.

– Ты боишься, Нихат?

– Я представляла этот момент много лет, Азиз. Но то, что сейчас произойдет, меня пугает.

На ней была кремовая ночная рубашка без рукавов, почти сливавшаяся по цвету с кожей.

Кровь ударила ему в голову. Но он не чувствовал пустоту в сердце. В этот раз Нихат не исчезнет, не оставит его на холодных простынях с неудовлетворенным желанием.

Азиз остановился у кровати.

– После безумных месяцев, которые я провел в Монако, отец велел мне вернуться домой. Впервые в жизни я стыдился самого себя, не мог встретиться с его взглядом. С тех пор я не прикасался к женщине, Нихат. Доктора подтвердили, что я чист.

Он коснулся ее подбородка, приподнял его. Рука Азиза дрожала. Он ощутил ответную дрожь в теле Нихат, но решимость не исчезла из ее глаз.

– Я тоже чиста, – кивнула она. – И лекарства, которые я принимаю, обладают противозачаточным действием, поэтому…

Нихат положила руки на грудь Азиза и начала его гладить, глаза ее блестели, как драгоценные камни. Она расстегнула его рубашку и прикоснулась к обнаженной коже. Азиз шумно выдохнул. Ее руки дерзко исследовали его грудь, живот, опускались к бедрам. Пламя желания быстро разгоралось. Каждый нерв мужчины напрягся в ожидании следующей ласки.

Нихат прижалась губами к его груди, и он не сдержал стон. Его пальцы погрузились в ее густые волосы, однако Азиз цеплялся за свой контроль, пока она покрывала его тело легкими поцелуями. Ее губы поднялись выше к его шее, прижались к тому месту, где бешено бился пульс, влажное тепло рта Нихат опаляло ему кожу. Когда Азиз почувствовал ее язык на своем соске, пальцы его невольно сжались, ухватив ее за волосы.

Нихат взглянула на него, на ее губах блуждала греховная улыбка. В прекрасных глазах светились желание и восхищение. Азиз был готов к тому, что Нихат могут охватить сомнения и она отстранится. Однако пока она не думала отступать.

Комната наполнилась их тяжелым прерывистым дыханием.

Удерживая взгляд Азиза, Нихат легонько прикусила его сосок и вобрала его в рот.

Ощущая прикосновение ее теплого влажного языка, ее зубов, мягких изгибов ее тела рядом со своей восставшей плотью, Азиз понял, что безвозвратно теряет над собой контроль.

Он уложил Нихат на кровать.

Перенеся вес на здоровое бедро, провел пальцами по ее щеке, задержался в выемке у основания шеи, где бился пульс, очертил вырез ночной рубашки. Ее гладкая блестящая кожа напоминала нежный шелк. Азиз был заворожен тем, как поднимаются и опадают ее пышные груди под тонкой тканью. Он прижался губами к шее Нихат, лизнул кожу, и ее пальцы запутались в его волосах.

При виде затвердевших тугих бутончиков сосков Азиза охватило вожделение.

– Сними рубашку.

Она подняла на него горящий взгляд и выдохнула:

– Ты не поцелуешь меня сначала?

Он слегка прикусил ее нижнюю губу, и она прерывисто вздохнула, а затем ухватилась за его плечи и лизнула его губы. Азиз отстранился, неожиданно засомневавшись, сможет ли он быть с ней нежным.

– Ты собираешься спорить со мной и в этом? – прохрипел он.

– Я не понимаю, почему все должен решать ты.

Быстро и ловко выпрямившись, что удивило его самого, Азиз попытался снять с Нихат рубашку. Однако он проделал это слишком резко, и ткань порвалась, а на него дерзко уставились темные соски ее роскошных грудей.

Он снова уложил Нихат на кровать и, наклонившись, вобрал сосок в рот.

Он протяжно простонала и изогнулась в его руках.

Азиз провел языком по тугому бутончику, пососал, вдыхая пьянящий запах ее кожи, ее возбуждения. Он чувствовал, что вот-вот взорвется, и только слияние с ней спасет его.

– Я буду решать, что делать, потому что я – принц, доктор Захари. Есть области, в которых я оставляю за собой это право, и постель стоит в списке на первом месте.

На вкус Нихат была еще слаще, чем он представлял. Ни одна фантазия не могла сравниться с земной красотой ее тела.

Встав на колени, Азиз наконец избавил ее от рубашки. При виде обнаженного тела Нихат он мгновенно забыл обо всех женщинах, которыми овладевал, тщетно пытаясь найти ей замену.

Нихат обжигало пламя его глаз, пока Азиз любовался ею. Она прикрылась руками, шокированная собственной смелостью. Она лежала перед ним обнаженная, ощущая, как по телу пробегает дрожь, как напрягаются соски в ожидании ласки, чувствуя внутри горячую влагу.

Азиз прижался к ее животу в долгом поцелуе, и Нихат выгнула спину, жаждуя большего. Эмоции захлестнули ее, она лишилась дара речи.

– Ты думала, что это будет просто? Верно? – Он лизнул ее пупок, и Нихат испугалась, что растает, как масло на солнце.

Она кивнула. Легкость, с какой Азиз прочитал ее мысли, ее не удивила.

Он взял Нихат за запястья и отвел ее руки в стороны. Его ладонь легла между ее грудей. Затем она почувствовала его дыхание между своих бедер. Он мягко развел ей колени, и Нихат задышала чаще.

Несмотря на консервативное воспитание, она была женщиной современной. И сейчас, от осознания того, что самое интимное ее местечко открыто его жадному взгляду, Нихат наполнило тепло. Жаркое дыхание Азиза, его пальцы, впивавшиеся в ее кожу, говорили о том, что он окончательно распрощался с контролем.

А затем он добрался до самого сокровенного.

Низат запрокинула голову и простонала. Каждая ее клеточка ожила, а по телу пробежал трепет желания. Азиз начал ласкать тугой узелок, в котором словно сосредоточились все нервные окончания, но всякий раз, подводя Нихат к невидимой грани, он отступал.

– Пожалуйста… – сорвалось с ее губ. Она беспокойно задвигалась, смутно ища чего-то, но не находя.

Другой рукой Азиз ласкал ее соски. Но и этого ей было мало.

Затем Нихат почувствовала его дыхание на внутренней поверхности бедер, ощутила движение его языка – Азиз прикасался к ней так, словно она была лакомством, которым он собирался насладиться. Волны восторга накрыли ее с головой, грозя потопить.

А Азиз не останавливался. Пот выступил на ее коже, тело содрогнулось…

Когда Нихат пришла в себя, она села, что отняло у нее много энергии, но она не желала быть пассивным участником происходящего.

Дрожащими руками она развязала тесемки пижамных брюк Азиза, спустила их и принялась ласкать его возбужденную плоть. Ей показалось, что это сталь, обернутая атласом. Нихат захотелось почувствовать его внутри себя, принадлежать ему, подарить ему наслаждение. Она легонько толкнула Азиза и приняла на себя вес его тела.

Азиз резко выдохнул и одним толчком вошел во влажное тепло. В ушах Нихат раздался продолжительный стон, и она не сразу поняла, что он сорвался с ее губ. Она зажмурилась от наслаждения.

Открыв глаза, Нихат увидела устремленный на нее взгляд Азиза. В тишине комнаты слышалось их учащенное дыхание, лицо мужчины было искажено от страсти. Издав стон, он снова завладел ее губами и начал легонько покусывать их, пока желание снова не вспыхнуло в ней ярким пламенем.

Куснув Азиза за плечо, она почувствовала солоноватый вкус его пота, вдохнула его запах.

– Пожалуйста, Азиз… Я хочу большего…

Волосатые ноги Азиза коснулись ее нежной кожи. Он двигался, ускоряя темп.

Нихат ухватилась за его бедра, и он поморщился.

– Я забыла, – прошептала она.

Он прижался лбом к ее лбу. Его глаза светились, и Нихат была счастлива, что в этот момент она – с ним.

Вдруг его рот скривился от боли.

– Я не могу двигаться, как того хочу, Нихат. После двух дней в пустыне раненое бедро не может выдержать даже вес моего тела.

С вздохом досады он скатился с нее, и она тут же почувствовала себя покинутой. Повернувшись, Нихат поцеловала Азиза в щеку, затем стала покрывать поцелуями его грудь, шею, подбородок. Забыв об осторожности, она оседлала его, чувствуя, как горит ее лицо.

Он окинул ее взглядом, от которого лоно Нихат снова увлажнилось. Его губы изогнулись в шаловливой улыбке.

– Ты упрямая и решительная. Я и забыл это.

– Я хочу своего принца, и я его получу, чего бы мне это ни стоило, – сказала она, радуясь его улыбке.