Ящик Пандоры - Карл Эшмор

даже матери, но этой женщины больше не существовало, и она не могла наслаждаться красотой этого украшения. Бекки подумала о Стефани и вспомнила боль в глазах дяди Перси, когда он о ней рассказывал.

«Стареть – отстой», – подумала она и услышала голос дяди Перси:

– Барби, мы возвращаемся в Бауэн-холл, – произнёс он в невидимый микрофон. – Не могла бы ты, пожалуйста, собрать оптомедиаэлектронное портфолио о помощнике Чёрной Бороды Израэле Хэндсе и присоединиться к нам в библиотеке Бауэн-холла. А, и, пожалуйста, не попадайся на глаза небезызвестной полной немке, иначе никто из нас не доживёт до конца этого дня. Спасибо, дорогая.

Бекки наклонилась вперёд.

– Что такое оптомедвед…?

– Оптомедиаэлектронное портфолио, – поправил её дядя Перси. – Это небольшое приложение, которое я добавил в панель управления Барби. Ещё не опробовал его на практике. Между нами говоря, мне самому не терпится увидеть, как это выглядит.

– Так что это?

– О, это надо видеть своими глазами. Мы будем на месте уже минут через десять.

Глаза Джо заблестели.

– Мы были бы на месте ещё быстрее, если бы ты включил сверхскорость.

Дядя Перси игриво улыбнулся.

– Джо, ты действительно настоящий авантюрист, – он помолчал. – Впрочем, как и я…

Секунду спустя они мчались так быстро, что Бекки чуть не вырвало её обедом.

Вскоре Бекки и Джо наблюдали, как дядя Перси взволнованно стучится в двери библиотеки Бауэн-холла. Его взгляд тревожно метался по сторонам, словно в поисках невидимого врага.

– Ну же, Барби, открой… – негромко взмолился он.

– Ты правда так сильно боишься Марию? – спросила Бекки.

– Да, – быстро ответил дядя Перси без тени стыда.

Они услышали, как с другой стороны двери повернулся ключ. Дядя Перси быстро распахнул дверь и исчез внутри.

– Давайте… быстрее! – он втолкнул Бекки и Джо внутрь и спешно запер за ними дверь.

Библиотека Бауэн-холла оставалась именно такой, какой Бекки её помнила: покрытой лёгким налётом пыли и затхлости, с высокими полками, прогибающимися под тяжестью тысяч книг и пергаментов. Но круглый стол посреди комнаты в этот раз был едва различим под высокими стопками распечаток и десятков томов в кожаных переплётах, сваленных на его поверхности.

– Рада вашему возвращению, сэр, – сказала Барби.

– Мария не появлялась? – с тревогой уточнил дядя Перси.

– Нет, сэр. Барби регулярно проверяет свой альто-радар. Мадам Мария последние сорок шесть минут пребывала на кухне, готовя то, что Барби считает пастушьим пирогом.

На лице дяди Перси отразилось явное облегчение.

– Превосходно. Она раскроила бы нам обоим головы консервным ножом, если бы увидела тебя. В любом случае, тебе удалось составить портфолио?

– Да, сэр. Барби загрузила, классифицировала и сопоставила всю доступную информацию и создала оптомедиаэлектронную презентацию в соответствии с запросом.

– Тогда, как говорят, ни пуха, ни пера, Барби.

– Вы хотите, чтобы Барби начала уборку? – после непродолжительной паузы уточнила Барби. – Выполняю, – она подняла свои крохотные металлические ручки и хотела было приступить, но дядя Перси её остановил:

– Нет, это просто такое выражение. Прости. Я имел в виду – шоу начинается.

Барби в замешательстве склонила голову набок.

Дядя Перси вздохнул.

– Просто включи презентацию.

В тот же миг раздался лёгкий щелчок, и верхняя часть головы Барби раскрылась. Затем оттуда вырвался густой столб яркого мерцающего света и заполнил потолок.

Бекки громко ахнула, когда свет закружился перед ними, прежде чем сформироваться в чёткие трёхмерные изображения. Маленький мальчик, одетый в лохмотья, сидел под ивой и рисовал детальное изображение корабля… тот же самый мальчик, но уже постарше, гордо стоял на мостике фрегата Королевского военно-морского флота. Корабль уходил в море, мальчик махал людям, столпившимся на причале…

Бекки затаила дыхание.

История развивалась по мере того, как мальчик становился мужчиной: морской офицер стал пиратом, и внезапно совершенно взрослый Израэль Хэндс стоит рядом с крупным мужчиной с волосами цвета воронова крыла, которые, казалось, покрывали каждый дюйм его лица.

– Израэль, – утробно зарычал Чёрная Борода. – Мой верный друг. Я назначаю тебя капитаном моего флагманского корабля «Месть королевы Анны»…

Всю библиотеку заняло изображение огромного сорокапушечного пиратского судна.

Джо издал восторженный вопль и захлопал в ладоши, у Бекки чуть не отвисла челюсть, и даже дядя Перси выглядел вполне довольным собой.

В течение следующих десяти минут, используя разные источники информации, Барби рассказала все известные факты об Израэле Хэндсе: как он потерял ногу из-за попадания пушечного ядра во время рейда в Чарльстон; как у него родился сын, которого он никогда не видел. Затем, как ни странно, презентация переместилась на двести лет вперёд, к статье «Чикаго дейли ньюс» от 15 февраля 1929 года, в которой говорилось:

ИЗОБРАЖЕНИЕ ЧЁРНОЙ БОРОДЫ СТАЛО НАСТОЯЩИМ СОКРОВИЩЕМ…

Вчера в престижном Большом бальном зале всемирно известного отеля «Палмер Хаус» в Чикаго произошёл второй исторический инцидент. К счастью, был нанесён всего один удар, и то молотком. На благотворительном аукционе пиратских сувениров, организованном всемирно известным аукционным домом «Кристис», картина с изображением печально известного пирата Чёрной Бороды, написанная его ближайшим помощником Израэлем Хэндсом, ушла с молотка в руки неизвестному покупателю за беспрецедентную сумму в миллион долларов. Искусствоведы недоумевают, почему эта картина вызвала такой поразительный интерес. Тимоти Чизмен, главный аукционист «Кристис», заявил…

Статья сопровождалась фотографией картины, где Чёрная Борода восседает на огромном золотом троне. Затем газета с фотографией внезапно исчезли, и голова Барби с тихим щелчком закрылась.

– Что. Это. Было? – прошептал Джо, широко раскрытыми глазами уставившись на дядю Перси.

– Мне тоже понравилось, – гордо произнёс дядя Перси, – как бы нескромно это ни прозвучало. Оптомедиаэлектронное портфолио – это аудиовизуальный монтаж, собранный со всех онлайн-ресурсов цифровых медиа – из каждого музея, библиотеки, художественной галереи, киноархива – по всему миру, включая, вы не поверите, нечто под названием YouTube… – Он подмигнул Бекки: – Кто сказал, что я не в теме?

– Ты в теме, – кивнула Бекки, по-прежнему ошеломлённая увиденным. – Определённо в теме.

Дядя Перси улыбнулся.

– Подождите, когда-нибудь я сделаю оптомедиаэлектронное портфолио общедоступным приложением.

– А что это был за аукцион? – заинтригованно спросил Джо. – Миллион долларов за одну из картин Израэля Хэндса. Редж об этом не упоминал.

– Полагаю, он этого не знал, – ответил дядя Перси. – Увлекательная история, да? Я имею в виду, Америка двадцатых годов девятнадцатого века. Миллион долларов тогда был равен семи миллионам сейчас.

– Но кто бы стал платить такие деньжищи? – удивилась Бекки.

– Понятия не имею, – сказал дядя Перси, тщательно обдумывая услышанное. – Я могу только предположить, что это были мы…

– Мы? – не поняла Бекки.

Дядя Перси побарабанил пальцами по подбородку.

– Честно говоря, я сомневаюсь, что это был какой-то серьёзный коллекционер произведений