Ящик Пандоры - Карл Эшмор

– Оно просто пылилось в ящике, Перси, – пожал плечами Редж. – Сам знаешь, время от времени нужно давать прошлому снова пожить, а это можно сделать только в реальном времени.

– Понимаю.

– Так зачем ты пожаловал в стариковский паб?

Дядя Перси вмиг посерьёзнел.

– Могу я предположить, что ты слышал о нашем небольшом летнем приключении?

– О, да. Я всё ещё держу ухо востро. Как раз перед тем, как вы пришли сюда, меня навестил один старый приятель из ВИПУВРа.

– А, нам как раз показалось, что мы слышали машину времени.

– Они заглядывают время от времени, запастись «Дырявым котелком», – после этих слов Редж с отвращением покачал головой. – Эмерсон Дрейк, да? Знаешь, я никогда ему не доверял, он всегда казался мне пронырой, но и подумать не мог, что он способен на такое.

– Оказалось, способен. И на многое другое. И теперь, похоже, он ищет другую реликвию, а это значит, мы должны попытаться его опередить. Конечно, это лишь предположение, но, похоже, легенда о Ящике Пандоры в какой-то степени может оказаться правдой. Есть вероятность, что однажды он мог попасть в руки к некоему Эдварду Тичу, который, похоже, принял его за сундук с сокровищами…

Редж издал громкий стон.

– Чёрная Борода!

– Именно, – кивнул дядя Перси.

– Что тебе известно о Чёрной Бороде?

– Только то, что написано в исторических книгах. Предположительно, Эдвард Тич родился в 1680 году и стал пиратом на шлюпе Бенджамина Хорниголда. В 1717 году у него появился собственный корабль под названием «Месть королевы Анны», и с тех пор он стал известен как Чёрная Борода. Был убит лейтенантом Королевского военно-морского флота Робертом Мейнардом зимой 1718 года.

– По большей части так оно и есть, – ответил Редж. – За исключением сказанного о Роберте Мейнарде. Он никогда не убивал Чёрную Бороду. Только не в бухте Окракок 22 ноября 1718 года, о чём вы наверняка читали в этих своих книгах по истории. Конечно, Королевский военно-морской флот захватил его команду, но Чёрную Бороду им поймать не удалось, это лишь пропаганда военно-морского флота, как и история о том, что отрубленную голову Чёрной Бороды насадили на бушприт[9] шлюпа Мейнарда в назидание другим пиратам. Этого никогда не было. Нет, Чёрной Бороде удалось сбежать, и голова крепко держалась на его шее. Это я знаю наверняка.

– Откуда? – спросил дядя Перси.

– Я присутствовал в Окракоке и видел всё своими глазами.

– Тогда что с ним случилось?

Редж помрачнел.

– Хороший вопрос. Понятия не имею. А если кто-то и знает, то я об этом ничего не слышал. Конечно, ходят слухи… Одни говорят, Чёрная Борода утонул во время сильного шторма, другие – его разорвала на части огромная белая акула, третьи – с ним случилось нечто ужасное, когда он вернулся на остров Мэри. Доказательств ни у одной байки нет. Всё, что я знаю, с 22 ноября 1718 года его больше никто не видел. Он просто исчез из морей…

10

Израэль Хэндс

Все замолчали, обдумывая услышанное. Первым заговорил дядя Перси:

– Ты упомянул остров Мэри?

– Ага, – кивнул Редж. – Остров Мэри служил Чёрной Бороде убежищем, там у него была база.

– Я знаю, что в Карибском море тысячи островов, но ни разу не слышал об острове Мэри, – нахмурился дядя Перси.

– Ты и не мог о нём слышать, – ответил Редж. – Его не существует, по крайней мере на официальных картах. Чёрная Борода сам дал ему имя в честь своей четырнадцатой жены Мэри Ормонд.

– Четырнадцатой? – ахнула Бекки.

– Нравились ему женщины, этому Тичу, – кисло усмехнулся Редж. – Так или иначе, именно на острове Мэри он хранил свою добычу, свои сокровища, в пещерах глубоко под землёй. Поговаривают, награбленного было так много, что оно доставало до небес.

Глаза Джо заблестели.

– И их так и не нашли?

– Никто не знал, где искать, – покачал головой Редж. – Как я уже говорил, никто не знал, какой именно остров являлся островом Мэри. Однако, если верить легенде, есть два указателя, каждый из которых оставлен Израэлем Хэндсом, помощником Чёрной Бороды. Эти указатели должны были помочь отыскать местоположение острова Мэри. Предполагалось, что Израэль Хэндс также оставил указания относительно того, где на острове можно найти сокровища, но если эти знаки и существуют, то их тоже так и не нашли.

– Израэль Хэндс? – повторил дядя Перси. – Как один из персонажей «Острова сокровищ» Льюиса Стивенсона?

– Он самый. Но Хэндс как раз существовал на самом деле и являлся одним из немногих, кому Чёрная Борода по-настоящему доверял. Сам я никогда с ним не встречался, но, насколько слышал, он был занятным парнишкой – жёстким, безжалостным, но в то же время принципиальным, образованным. Говорят, он отлично рисовал и отличался музыкальным слухом. Сам я никогда в это не углублялся, как-то не приходило в голову, – взгляд Реджа остановился на портрете его жены. – Но если Ящик Пандоры и правда попал в руки Чёрной Бороды, то вы наверняка захотите узнать, существовали ли эти два указателя на самом деле…

К удивлению Бекки, еда в «Мэгпай Инн» оказалась вкусной, как дядя Перси и обещал, и к тому времени, когда пришло время уходить, верхняя пуговица на её джинсах чуть не оторвалась. Выходя из паба, она чувствовала себя в два раза лучше, чем когда заходила. Что до Джо, то он без остановки скакал вокруг, точно весёлый щенок.

– Прекрасно! – воскликнул он. – Не одна, а целых две карты сокровищ!

– Указателей, Джо, а не карт, – поправил дядя Перси.

– Всё равно круто, – ответил Джо. – Думаю, нам нужно вернуться в прошлое и найти Израэля Хэндса, а потом Уилл будет бить его до тех пор, пока тот не расскажет, где спрятаны сокровища. Так нам даже никакие указатели не понадобятся.

Дядя Перси бросил на Джо неодобрительный взгляд.

– Ты же знаешь, Джо, что насилие – это наихудший способ решения проблем.

– Но Уилл в этом настоящий профессионал!

– Именно так поступил бы Эмерсон Дрейк, но вы же не хотите придерживаться тех же моральных принципов, не так ли?

– Нет, – честно признался Джо. – Но что тогда делать?

– Пока у меня только один вариант, – сказал дядя Перси. – Закопаться в книги…

Яркий солнечный свет пробился сквозь разорванные облака, когда Бекки уселась на заднее сиденье Сильвер Гоуста. Она задумчиво крутила подаренное Реджем кольцо на пальце, и в душу ей закралась печаль. Кольцо некогда принадлежало любимой женщине, жене, дочери, возможно,