Вишенка для Демона - Наталья Аверкиева

В комнате Элизабет и Кира не оказалось. Я решила, что они вышли на лестницу покурить, но потом заметила, что все курят в квартире. И запах какой-то странный. Хотя тут все странное. Настька бы умерла еще в подъезде от всех этих запахов. Ладно, понять бы куда эта парочка запропастилась. Хотелось бы послушать, что он скажет на этот раз. Просто вот даже интересно, где они обжимаются? Я заглянула в ванную. Там кто-то был. Судя по торчащим из-за шторки ногам в одном ботинке, этот кто-то спал в ванне. Куда можно было деться в такой маленькой квартире? Только на лестницу. Я бесшумно вышла на площадку. Никого. Да что же это такое? Куда он пропал? И тут я заметила еще одну дверь. Что это? Кладовка? Я медленно потянула ее на себя. Еще одна комната. Хозяйская спальня? Очень маленькая. Здесь помещался старый шкаф, на дверце которого висел смокинг, и кровать, накрытая пушистым пледом. Да, Кирилл был там, стоял у окна ко мне спиной. Девица что-то негромко говорила и хихикала. Кир отвечал. Я застыла в дверях. Элизабет стояла совсем близко к нему. Почти вплотную. Они курили одну сигарету на двоих. Она сначала затягивалась сама. Красиво выдыхала, запрокидывая голову, оголяя шею и демонстрируя пышную грудь. Потом из своих пальцев давала затянуться Киру. Он усмехался, обхватывал сигарету губами и блаженно затягивался. Элизабет положила руку ему на бедро, прижалась плотнее, глядя в глаза. Кир чуть выгнулся, одаряя ее улыбкой. Они как будто собирались танцевать и ждали только музыки.

— Это опять я что-то не так поняла, да? — заставила себя растянуть губы в презрительной ухмылке. Они отпрянули друг от друга, как кошки, которых облили холодной водой. — Не скучной ночи с этой Джульеттой, — бросила я. И добавила настолько брезгливо, насколько смогла: — Ромео.

Схватив рюкзачок, я через ступеньку слетела по лестнице вниз и бросилась бежать сквозь дворы, обливаясь слезами.

Глава 8

Друзья при счастливых обстоятельствах должны являться лишь по приглашению, а в несчастьях — без приглашения, сами по себе.

Я слонялась по улице уже целый час. Сначала просто куда-то неслась сломя голову, лишь бы вперед, потом успокоилась немного, но сил включать разум пока не было. Зато перестала рыдать, справедливо рассудив, что особого смысла в этом нет. Просто парень оказался бабником и клеился ко всем особям женского пола, в том числе и ко мне, то есть ему все равно было, к кому клеиться, лишь бы доказать свою мачизм, типа — и малолетку могу соблазнить, и старую корову за рога взять. И это даже хорошо, что я узнала об этом так рано. Могла же и влюбиться. А я его не люблю. Он не достоин, чтобы его любили. Тем более он не достоин любви такого замечательного существа, как я. И пусть я не такая красивая, как Регина или эта Венера Джульеттовна, но я-то уж точно лучше этой жирной коровы с королевским именем Элизабет! Пусть проваливает к своей Джульетте и ей читает стихи по ночам, Ромео недобитый! А я одна останусь. Жила же я без него все это время, нет, надо было откуда-то появиться, взбудоражить все внутри, у-у-у, ангел драный с общипанными крыльями! Фу! Фу, как я могла в него влюбиться! Не люблю его. Я-е-го-не-на-ви-жу! Привык, что девчонки к его ногам падают. И я-то, глупая, уши развесила, в принца поверила. А он не принц, так… змей-искуситель. Вон и зубы, как у гадюки, — острые. Как же на душе противно и мерзко! Так хотелось, чтобы Кирилл показал свой Питер, те крыши, звезды над головой. Почему-то хотелось полазить с ним по чердакам, пугая голубей и кошек. Идти по Невскому, держась за руки. Есть мороженое и подставлять губы, чтобы он их вытирал. Сейчас я в одиночестве несусь куда-то по Невскому, не замечая ничего вокруг. Так, надо успокоиться и позвонить. Сперва Ярику, рассказать, с каким подлецом свела меня дорога, потом Куколке. Нет, Ярику нельзя звонить. Никому нашим нельзя звонить. Они будут смеяться надо мной. Скажут, вот Варька, глупая, даже парня не смогла удержать. Никому нельзя говорить. Подружки будут сочувствовать, а потом за спиной шептаться, какая я неумеха. О, боже! Мама! Я забыла про маму… За день ни разу ей не позвонила! Не хочу… Как объяснить маме, что у ее дочери полный крах личной жизни? Мама никогда меня не понимала. Начнет расспрашивать, обсуждать и осуждать. Меня все будут осуждать. Кирилл ведь такой парень — красивый, видный, высокий, умный, талантливый. Это не Настькин Стасик, с которым только Ярик и может общаться, потому что понимает все его слова. А я… Ну кто я такая для Кирилла? Замухрышка. Я тяжело вздохнула и опустилась на лавку около какого-то странного темного здания с колоннами. Надо же какое уродство! Если бы оно не было таким огромным, я бы решила, что сижу около Большого театра, только колесницы на крыше не хватает. Да еще эта подсветка в зелено-фиолетовых тонах. Кажется, что сейчас отовсюду полезут монстры и привидения. Стало жутко. И народу не густо. Надо убираться отсюда. Кожей чувствую, что за мной следят призраки. Может, это и есть та самая кунсткамера, где в нафталине хранятся всякие уродцы, а их души следят за мной? Я опасливо заозиралась. Какая-то тетка села рядом. Ну все! Мама, роди меня обратно! Кирилл, забери меня отсюда! Кукла! Кукла, где ты?! Телефон в руке завибрировал. Высветился какой-то незнакомый номер. Духи пришли за мной. Говорят же, что гадать на себя на картах нельзя! Вот мне и наказание… Я прижала трубку к уху, но отвечать не стала.

— Вишенка! Вишенка! Это ты? Червивая Вишня? Это Куколка! Отзовись! — несся в пространстве высокий, звонкий голос.

— Куколка? — радостно всхлипнула я и громко разревелась.

— Ты чего, малыш? Эй, ты чего? Где ты? Немедленно говори, где ты? Я сейчас за тобой приеду.

— Я не знаю. На Невском около какого-то страшного здания с колоннами. Тут призраки умерших душ. Они следят за мной. — В голос рыдала я. Женщина обернулась и подозрительно на меня покосилась.

На несколько секунд в трубке воцарилась тишина.

— Так… Давай сначала. Ты сейчас на Невском?

— Да.

— Что ты видишь?

— Там огромный дом с колоннами. Фонтан и лавочки. И из-за колонн за мной следят, я чувствую.

— Хм… Кто-нибудь рядом с тобой есть? Спроси, где ты точно находишься. И не сходи с места. Я уже обуваюсь. Сейчас приеду.

Я осторожно пододвинулась к странной тетке, тронула ее за рукав и скромно спросила:

— Скажите, а что это за облезлое здание?

Лицо тетки вытянулось так, словно я сделала ей неприличное предложение. Она посмотрела на здание, потом на меня, затем еще раз на здание.

— Это Казанский собор, — сообщила она очень удивленным голосом.

Я растянула губы в улыбке и отодвинулась от нее подальше.

— Куколка, это Казанский собор! — радостно выдала подруге.

Услышала, как она подавилась и даже затаила дыхание. Потом с усилием переспросила:

— Ты не узнала Казанский собор?

Я еще раз посмотрела на памятник архитектуры и покачала головой. Что, я их все в глаза обязана помнить?

— На картинках он совсем по-другому выглядит. А тут… Забери меня отсюда, а.

— Я буду через полчаса. Не уходи никуда. — И отключилась.

— Да куда я отсюда уйду… — пробормотала я, обхватывая ноги и утыкаясь носом в колени.

Интересно, а почему мама не звонила? Я набрала ее номер. Абонент недоступен. Может, телефон разрядился? Ну и к лучшему. Что я ей скажу? Почему ни разу не позвонила из дома? Впрочем… Можно будет сказать, что повредился кабель. Как же нехорошо врать маме! Меня сожрет совесть… Ярику, что ли, написать? Надо же хоть с кем-то горем поделиться.

«А вот и я! Сижу у Казанского собора, жду, когда меня заберут наши люди с форума. Вы как?»

«Мы тип-топошно. Говори, куда своего Демона дела?»

Только это тебя и интересует.

«Он не мой. Привез в город, и мы разбежались».

«Что так? А как же любовь до гроба?»

Глупая ты, Ярик.

«Я похожа на лохушку, которая влюбляется в первого встречного?»

Ага, вылитая лохушка, которая влюбилась в первого встречного.

«Честно?» «Иди ты…»

Через минуту телефон зазвонил. Ну как же Ярослава пропустит такое событие!

— У него другая? — с ходу спросила она.

— Нет, — всхлипнула я.

— Он тебя обидел? Я чувствую, что с тобой что-то не так. Что случилось? Варька, он ничего тебе не сделал?

— Девчонки там где?

— Дома.

— Не рассказывай им ничего.

— Могила.

— Нас от Твери до Питера везла тетка одна. Красивая очень. У местного губернатора работает. Кир с ней всю дорогу трепался. Потом мы приехали на квартиру к его друзьям. Такой ужас! Я первый раз в таком гадком месте была. Там еще одна корова жирная к нему клеиться начала. Ну я их и застукала вместе…

— Как? — Я почувствовала, что глаза Ярика стали огромными, а рот приоткрылся. — Прям вот так… Э-э-э… М-м-м… Ну, вот… Эм… Совсем голые? Ну и как он?