Не говори прощай - Дениза Алистер

— Что пишут?! — несколько оживилась Мелия.

— Еще не знаю. Хочется надеяться, что мое письмо убедило Джервиса вернуть деньги.

— Но это вряд ли, правда?

Карие глаза Эрвина смотрели без улыбки.

— Да.

Он зашел в кабинет, но сразу же вернулся. Нахмурясь, молодой человек вручил Мелии коротенькое письмо. Она прочитала два скупых абзаца и почувствовала себя окончательно разбитой, беспомощной и обезоруженной.

Зато бесконечно уверенным оставался Джефф Джервис. Сдержанным и деловитым. Да иначе и быть не могло. В противном случае отец не доверился бы ему. Джервис вновь повторял, что имеет на руках согласованный с вкладчиком и подписанный договор, который гласит, что первоначальные капиталовложения не возвращаются вкладчику до тех пор, пока условия этого договора не будут выполнены целиком и полностью. А то, что сам Джервис не соблюдал этих условий, похоже, его мало беспокоило.

— Пожалуй, будет лучше, если я заеду к твоим родителям и поговорю с ними в неофициальной обстановке.

— Прекрасно, — сказала Мелия, покривив душой, моля Бога о том, чтобы Эрвин не приехал в воскресенье, когда кто-нибудь из родственников обязательно проболтается, что она порвала с Чарли. Например, Бонни объявит, что теперь Эрвин может свободно жениться на тете.

— Вероятно, встречусь с ними сегодня или завтра. — Мелия лишь кивнула, стараясь не выдать облегчения. — Почему бы нам не заехать сегодня вечерком?

Почему-то это «нам» ее задело.

— Хорошо, я поговорю с ними, — сдержанно сказала Мелия.

Нужно этим вечером как-нибудь ускользнуть под благовидным предлогом. Ну, скажем, вроде заранее назначенного делового свидания. Нет, это не пойдет, Эрвин не поверит. Или лучше сказать, что срочно нужно к маникюрше. Например, неожиданно сломался ноготь…

Ерунда какая-то! Даже стыдно за свои мысли. Она обязана поехать с Эрвином, несмотря на все сомнения и чувства. Это — долг перед родителями. В конце концов, она же сама втравила Эрвина в семейное дело. А с чувствами можно разобраться потом. Тем более что это деловая поездка. И нечего опасаться каких-либо выходок со стороны Эрвина.

Настойчивый звонок вызова в кабинет прервал ее мысли.

— Ну, как тебе, лучше? — спросил он, закрывая за ней дверь.

— Немного, — слабо улыбнулась она.

Карие глаза ласково и внимательно смотрели на девушку, и от этого взгляда опять заныло сердце. Мелия хотела обойти Эрвина, но он загораживал дорогу.

— Я знаю, тебе поможет очень радикальное средство, — сказал он очень серьезно, только в глубине глаз плясали веселые смешинки.

Девушка собралась уже сказать, что приняла аспирин, как Эрвин забрал из ее рук блокнот и ручку и отложил в сторону.

— Это еще зачем? — недоуменно нахмурилась она.

Мужчина улыбнулся озорной мальчишеской улыбкой.

— Я приступаю к лечению.

6

У Мелии перехватило дыхание.

— К какому лечению?

Но теплые руки Эрвина уже ласкали ее лицо, и чудесное блаженство огнем разливалось по телу. Девушка безвольно закрыла глаза.

Губы Эрвина нежно коснулись рта, и это было так знакомо и правильно, так привычно и естественно, как восстановление нарушенной справедливости.

Следующий поцелуй длился дольше. Глаза Мелии наполнились слезами. Как хорошо! Крепко прижимая ее к себе, Эрвин несколько раз глубоко и умиротворенно вздохнул.

— Я вчера весь вечер только и мечтал об этом, — глухо прошептал он.

Зазвонил телефон. Эрвин пробормотал какое-то проклятие.

— Подожди, — пробормотал он, не отпуская Мелию.

Телефон прозвонил опять.

— Поговорим позже, — быстро пообещала она. Эрвин разжал объятия, и Мелия подбежала к аппарату. Слава богу, спрашивали Эрвина. Хорошо, что это не Николь. И не мать. И не Чарли. Она бы не смогла с ними говорить.

Мелия вышла из кабинета и села на свое место. Закрыв глаза, попыталась разобраться в случившемся.

Эрвин вернулся слишком быстро.

— Ну, как ты сейчас себя чувствуешь? — лукаво спросил он, усаживаясь на край стола. В глазах горели счастливые искорки, как у мальчишки в первый день каникул. Внезапно голос стал серьезным. — Что будем делать дальше?

— В каком смысле? — Казалось, голова разболелась с новой силой.

— Не знаю, что произошло с тем парнем, в которого ты тогда влюбилась. Но ясно, что из этого ничего не получилось, и сейчас меня это очень устраивает.

— Эрвин, ну пожалуйста, — пыталась оттянуть время Мелия. — Не здесь и не сейчас.

Ее опять стала бить дрожь. От волнения желудок сжался, и даже грудь болела от яростно сдерживаемого желания. Неужели придется признаться Эрвину, что не было никого другого. Но, разумеется, не сейчас и не на работе.

— Ты права, — нехотя согласился он. — Нужно поговорить спокойно, в более подходящей обстановке. — Эрвин посмотрел на часы и лицо приняло озабоченное выражение. — Кстати, сегодня мне нужно ехать в суд.

Мелия была рада, что проведет несколько часов без Эрвина. Необходимо хорошенько обдумать ситуацию. Одно решение, впрочем, Мелия уже приняла: она не станет больше ему лгать. Она уже не та юная девушка с душой, распахнутой навстречу всему миру. Теперь Мелия стала старше, духовно взрослее и разумнее. И поняла, что мать Эрвина, как это ни печально и жестоко, права. Мелия не должна ломать своему возлюбленному карьеру. Он никогда бы не простил этого, и совместная жизнь не стала бы счастливой.

Теперь она уже не станет убегать и прятаться. И ни за что не будет ссорить Эрвина с его родителями. Хилмэны, как и Парсонсы, тоже были дружной семьей. Надо что-то придумать — какой-нибудь другой способ убедить Эрвина, что простая учительница не пара юноше из верхних слоев общества. Но какой?

Девушка в конце концов занялась своими повседневными обязанностями, и вскоре работа отвлекла от грустных мыслей. Мелия чуть не забыла, что на сегодня назначено свидание с подругой.

Николь уже поджидала в глубине маленького уютного ресторанчика. Пожилая женщина, сидевшая рядом, держала на коленях Тедди, подавая одну за другой хлебные палочки.

— А вот и Мелия! — радостно воскликнула Николь. — Познакомься, Мария. Это — моя подруга.

— Здравствуйте, — улыбнулась Мелия, немного смущенная опозданием.

— Пойду принесу обед, — сказала Мария, отдавая Тедди матери.

Та посадила малыша на высокий яркий стульчик перед столиком и вручила еще одну хлебную палочку. Но малыш явно не понимал, что палочки нужно есть, и весело размахивал ими. Мелия с удовольствием смотрела на ребенка.

Хозяйка вернулась с большой миской густого ароматного кушанья из креветок и плетеной корзинкой, полной свежевыпеченного хлеба.