Система становления. Путь монарха - Джон Демидов

Как только смысл этого текста дошёл до испуганной девушки — она испытала самый настоящий ужас, ледяной волной сковавший её тело. Она обернулась, чтобы броситься назад, к выходу, к свободе, но было уже поздно.

Её взгляд встретился с глазами Лорда Кассиана, и она увидела, что его мягкая, отеческая улыбка исчезла без следа. На его лице не было ни злобы, ни торжества — только абсолютная, леденящая душу пустота, идеально отражавшая ту тишину, что он излучал. Когда девушка обернулась — его рука уже была занесена для удара.

Она не успела даже вскрикнуть, как сжатый кулак с размаху пришелся ей в висок, после чего последовала ослепительная вспышка боли — и всё поглотила беспросветная, беззвучная тьма. Последним, что она успела осознать, был тонкий, сладковатый аромат дорогого вина и полное отсутствие каких-либо эмоций в глазах её «спасителя».

Сергей. Вольный город Илиум.

Дверь «Ржавой кирки» захлопнулась за моей спиной, отсекая шум, пьяные крики и тяжёлый взгляд Грона, сразу после чего я оказался в объятиях ночного Илиума, и должен признаться, что это были отнюдь не дружелюбные объятия.

Воздух в нижнем городе был густым, как бульон, в котором смешались испарения с мостовых, перегар и бог его знает чего ещё. Здесь не горели изящные светящиеся сферы, как в верхних кварталах, а улицы освещали лишь редкие, закопчённые факелы, выхватывая из мрака подозрительные силуэты и блеск чужих глаз.

Жизнь в этом месте не замирала ни на мгновение. Откуда-то слышался скрежет стали о камень, кто-то издавал приглушённый смех, а из ближайшего переулка слышалось хриплое бормотание. Я стоял, прислонившись к грубой каменной кладке, и смотря на всё это чувствовал, как по моей спине бегут мурашки.

Я снова был один. Совершенно один в этом чужом, жестоком мире, и что самое противное — моё единственное зелёное кольцо, мерцавшее у щиколотки, было как мишень на моей груди, кричащая всем проходящим мимо хищникам: «Слабак! Легитимная добыча! Подходи и забирай!»

На мгновение меня охватила паника. Куда идти? Что делать? У меня не было ни дома, ни денег, ни друзей. Стыдно признаться, но у меня даже промелькнула мысль проглотить гордость, вернуться в таверну, и выслушать очередную унизительную тираду Грона, но я тут же отбросил её, сжав зубы.

Нет. Ни за что. Я лучше буду ночевать в сточной канаве, чем снова увижу его самодовольную рожу и этот взгляд, полный уверенности, что он меня «расколол».

При мысли о Гроне в памяти чётко всплыл недавний эпизод, когда мы с ним разговаривали о разломах. Я тогда у него спросил про поиски этих самых разломов, и он, чтобы не парить себе мозги лишний раз взял и переслал мне кусок карты… Тогда я, увлечённый его рассказом, не стал её детально изучать, просто приняв дар. Но что, если…

Сердце забилось в предвкушении, после чего я отступил глубже в тень арочного прохода, туда, где пахло плесенью и испражнениями, а затем мысленно вызвал интерфейс системы. Вкладка «Карта» всё так же призывно мигала, приглашая взглянуть на поступившее обновление, что я тут же и сделал, активировав её, после чего мне стоило больших усилий не вскрикнуть от изумления.

Перед моим мысленным взором развернулась не просто схематичная карта с точками разломов, а достаточно подробная, хоть и не идеально детализированная, карта всего Илиума, но самое ценное было не это… Грон не стал заморачиваться и РЕАЛЬНО переслал мне кусок СВОЕЙ карты города, в результате чего я сейчас с глупой улыбкой смотрел на десятки, и даже сотни отметок!

Я водил взглядом по нарисованной карте, и сам не заметил, как моё отчаяние начало медленно, но верно сменяться азартом охотника. Вот извилистые улочки Нижнего города, и многие здания здесь имели обозначения: «Таверна „Горгулья“, „Нора гоблинов-скупщиков“, „Постоялый двор 'Три гнилых зуба“ (не рекоменд.)». Рядом с некоторыми стояли восклицательные знаки или черепа — очевидные предупреждения об опасности.

Но это были лишь цветочки, а ягодки пошли, когда я перенёс свой взгляд на гильдейский район. Там в пометках был практически весь район — «Гильдия хранителей» — массивное здание с гербом книги. «Гильдия кузнецов», «Гильдия торговцев», «Гильдия алхимиков и зельеваров»… И, что самое интересное, «Чёрный рынок» — с пометкой «Вход через лавку 'Ржавый гвоздь».

Дальше — больше. Я нашёл Портальную площадь, с десятками арок, и некоторые из них были подписаны: «Врата в смертельные топи (2–3 круг)», «Врата в огненные пещеры (4–5 круг)»…

Одним небрежным действием Грона я приобрел просто невероятное сокровище, которое знатно облегчит моё существование в Илиуме!

А потом я увидел то, что заставило моё сердце заколотиться в радостном предвкушении, а в голове сразу же созрел план дальнейших действий.

На границе нижнего города и гильдейских кварталов находилась очень интересная отметка, которая называлась весьма просто: «Гильдия знаний», а прямо рядом с ней, через пару переулков, находилась ещё одна, многообещающая метка: «Доска контрактов (не гильдейская). Для вольных искателей. Риски высоки, оплата — по договорённости.»

Я чуть не заплясал прямо в вонючем переулке, радуясь тому, что Грон подарил мне сам того не желая самый настоящий ключ к выживанию!

Моё одиночество внезапно перестало быть приговором, а стало всего-то очередным вызовом на моём жизненном пути, да и если вдуматься — я теперь никогда не буду одинок, ведь у меня есть верный лис, а всё остальное мы с ним сможем добыть и самостоятельно.

Все что для этого нужно — соблюдать осторожность и не лезть на рожон. Для всего остального — у меня есть тени.

Я испытывал жгучее желание доказать Грону и самому себе, что я не просто «щеночек», которого можно вышвырнуть за непокорность, и теперь я знал — КАК это можно доказать.

Криво ухмыльнувшись, я ещё раз внимательно изучил маршрут до «Гильдии знаний», после чего поморщился, когда осознал, что путь туда совсем не близкий, и пролегал он явно через не самые благополучные районы, но меня это не испугало. В царстве стояла глубокая ночь, а значит мой навык «Теневое сокрытие» будет работать целую минуту, что с учётом того факта, что откат на него тоже минута, позволял мне оставаться в невидимости практически постоянно.

После этих мыслей я наконец стряхнул с себя оцепенение, и хоть страх перед неизвестностью никуда не делся, теперь его затмевала решимость.

«Ладно, Грон, — мысленно бросил я в сторону таверны. — Посмотрим, кто кого переживёт в этом вашем „гостеприимном“ городе.»

Сделав глубокий вдох, я отозвал лиса, чтобы он не демаскировал меня без нужды, и активировал