Новый порядок - Хелен Харпер

галлюцинации. Но я обещала Стивену Темплтону, что свяжусь с ним сегодня, и не могу позволить себе ждать слишком долго. Вряд ли он будет вести ночной образ жизни, как я. Было бы легко списать его со счетов теперь, когда я, вероятно, стала персоной нон грата для Арзо, но причина, по которой я искала заблудшую Далию, не изменилась: это не то, о чём Арзо должен беспокоиться. Итак, как только я убеждаюсь, что наступила ночь, я открываю дверь гаража и выезжаю задним ходом, направляясь к дому Темплтонов.

К сожалению, это на другом конце города, поэтому дорога туда занимает много времени. Однако, когда я приезжаю на их тихую жилую улицу, я быстро нахожу нужный дом. Это потому, что он огорожен лентой «Не пересекать место преступления». Вот блин. Лента выглядит нетронутой, а это значит, что Темплтон, коварный ублюдок, в настоящее время живёт где-то в другом месте. Мне следовало подумать об этом раньше. Я достаю телефон, чтобы позвонить ему, и замечаю, что батарейка почти села. Я игнорирую два пропущенных звонка от О'Ши. Мне нужно найти зарядку, прежде чем беспокоиться о нём.

— Мисс Монсеррат! — говорит Темплтон, прежде чем я успеваю произнести хоть слово. — Вы что-нибудь нашли? Вы нашли Далию?

Я уже готова огрызнуться, что был чёртов день, так что я не могла выйти на улицу, но потом передумываю. Ему незачем знать, что я ещё неопытна и недостаточно окрепла, чтобы выносить солнечный свет. Если я расскажу ему, он может вернуться в особняк Монсеррат и найти кого-нибудь более опытного. Тогда он, возможно, обнаружит, что Арзо вовсе не прогуливается по ледяным просторам Антарктиды.

— У меня были другие дела, — коротко отвечаю я. — Но сейчас я у вас дома. Приходите ко мне со списком.

— Мне потребуется время, чтобы…

— Я подожду. И не называйте меня мисс Монсеррат. Я Блэкмен. Бо Блэкмен.

Он озадачен.

— Я думал, все вампиры берут себе фамилию Семьи.

— Я другая, — я вешаю трубку, прежде чем он успевает сказать что-нибудь ещё. Наверное, мне следовало согласиться с обращением Монсеррат, но я не смогла заставить себя сделать это.

Я подныриваю под ленту и пробую открыть дверь. Что неудивительно, она заперта. Я внимательно осматриваю её. Сам замок крепкий и без царапин. Кто бы ни потревожил идеальную жизнь Темплтонов, он вломился не таким способом. Вероятно, у меня хватит сил вышибить дверь, но мне не нужно, чтобы любопытные соседи вызвали полицию из-за второго взлома. В прошлом у меня было достаточно неприятностей из-за того, что полиция считала меня преступницей, и сейчас мне это не нужно. Вампиры не подчиняются человеческим законам; все наказания определяются Семьями. Теперь я осталась без Семьи, и одному богу известно, каково моё положение с точки зрения закона.

Я огибаю большой дом, включая различные лампы, активируемые при движении. Их присутствие заставляет меня задуматься. Кажется маловероятным, хотя и не невозможным, что похищение — или убийство — Далии произошло средь бела дня. Но эти лампы отпугнули бы любого ночного грабителя. Темплтонов намеренно выбрали в качестве мишени? Если они относятся к другим людям так же, как к Арзо, то я не удивлюсь.

Там есть разбитое окно, но оно на втором этаже. После урока на крыше с Майклом я знаю, что легко могу до него добраться, но не представляю, как человек смог бы это сделать без лестницы. Оно завешено непрозрачным пластиком, который колышется на лёгком ветерке.

Я с гордостью могу сказать, что, когда я работала в «Крайних Мерах», я формально ни разу не вламывалась на чужую собственность. В работе частного детектива подобные вещи могут привести к целой куче неприятностей. Чаще всего я наблюдала за происходящим снаружи или имела разрешение владельца зайти внутрь. Однако, когда дело касалось изменяющих супругов, у меня могло быть разрешение мужа, но не жены, или наоборот. И если мой клиент хотел точно знать, с кем у его партнёра роман, время от времени мне приходилось проникать в дома, когда объекты были «заняты другими делами», в поисках удостоверений личности. То, что пары чувствуют необходимость снимать одежду во всех комнатах дома, кроме спальни, является признаком тайных связей. Отчаяние, я полагаю.

По этой причине я заходила в дома всего несколько раз. Как и в случае с тяжкими преступлениями, преступником (или в этих случаях наставляющим рога) часто был кто-то, кого так называемая жертва уже знала. Меня ни разу не поймали, когда я тайком проникала в дома, хотя я всегда была готова к такому повороту событий, поэтому искала альтернативные входы, кроме парадной двери. Таким образом, все бы подумали, что я взломщик, а не следователь. В том маловероятном случае, если меня задержат и вызовут полицию, полицейскому, прибывшему на место происшествия, потребуется один звонок в участок, чтобы понять, что мне было дано разрешение на вход и что законный владелец заранее проинформировал полицию о моих действиях.

Это отвратительный поступок, и границы между правильным и неправильным в таких случаях часто размыты. Можно возразить, что слежка за кем-либо или сидение в машине возле его дома и наблюдение за ним — это вторжение в его личную жизнь. Но если бы это было противозаконно, частных детективов бы не существовало. Как и многих журналистов. Конечно, возможности полиции раскрывать преступления также были бы сильно ограничены. Я ненавижу вламываться в чужие дома, хотя делала это только с законного разрешения владельца недвижимости. Я также категорически не устанавливала оборудование для наблюдения внутри. Камеры слежения за нянями и подслушивающие устройства, на мой взгляд, это уже слишком. Есть и другие, менее щепетильные следователи, которые регулярно их используют.

(Некоторые люди устанавливают камеры слежения за нянями, чтобы видеть, что няня делает с их детьми, причём эта камера может устанавливаться и без согласия/ведома няни, а записи камер могут использоваться и для других целей вроде шпионажа за членами семьи, поэтому Бо и против подобного, — прим)

Знания, которые я почерпнула из тех немногих случаев, когда я проникала в дома на цыпочках, пригодятся мне и сейчас. Вот почему я использую гараж в качестве точки входа. Поразительно, как много людей — даже тех, кто заботится о безопасности — забывают запереть его как следует. У меня не хватает терпения ждать Стивена Темплтона, и мне будет легче осмотреться, если он не будет маячить у меня за плечом. Мне следовало попросить его рассказать полиции, что я делаю, но, согласно вампирским законам, я не делаю ничего плохого, потому что он уже пригласил меня войти. То есть до