Выброшенная жена дракона. Вернулась почти добровольно - Таня Драго

схватиться за ближайшую скамью, чтобы не упасть.

Кому я могла доверять здесь? Никому.

Дьярвет стоял у окна спальни, наблюдая, как Кераль разговаривает с садовником. Её фигура казалась такой хрупкой и одинокой среди цветов. Он видел, как она использовала магию, чтобы оживить растения, и что-то сжалось в его груди. Она вроде поменялась и вроде нет.

Когда садовник принёс букет веланий, Дьярвет отвернулся от окна. Эти цветы... Она всегда любила их. С приятным, но тяжелым ароматом, нежные на вид. Милая наивная девочка, которую, надо признать, он сломал об колено. Удачно сломалась, очень удачно.

— Ладно, — пробормотал он себе под нос. — Всё хорошо.

Он помнил, каким был замок, когда она жила здесь. В нём был уют, тепло, которое исчезло в тот день, когда она ушла. А что вы хотели, эксперт по бытовой магии.

И по любви, придурок, по любви, шептал голос, который он заглушал.

Твой огромный холодный дворец ни один маг не будет поддерживать, если не любит, как свой дом. Слишком большие площади, слишком много разношерстных обитателей.

Почему ему хочется, чтобы она осталась?

— Ладно, пусть для начала будут велании, — прошептал он. — Пусть.

Я стояла у окна, наблюдая, как во двор въезжает процессия из нескольких карет с гербом Эраленов — золотой орёл на зеленом поле. Моя семья. Я не видела их пять лет. Хотелось поговорить с младшим братом. Очень хотелось.

Дьярвет появился рядом, словно из ниоткуда. Он был безупречно одет в парадный камзол цветов своего рода, с фамильным перстнем на пальце и родовой цепью на шее.

— Твои родные приехали, — сказал он, и в его голосе я услышала странную нотку. — Будь готова через полчаса спуститься в главный зал.

Я кивнула, не глядя на него. Что я скажу им? Как объясню своё исчезновение на пять лет? Правду они не поймут, а лгать... я устала лгать.

Через полчаса я спустилась в главный зал, одетая в платье цветов дома Авельтан — тёмно-синее с серебряной вышивкой. Мои волосы были уложены в сложную причёску – ненавижу сложные прически, на шее — колье с сапфирами, подаренное Дьярветом в день нашей свадьбы. Сплошная ирония. Я выглядела как настоящая халидэла, жена Дьярвета Авельтана.

Они уже были там — мой отец, ринтан Родарен Эрален, с его суровым лицом и проницательным взглядом; моя мать, всё такая же красивая и холодная; мои братья — старший, Гелиан, копия отца, и младший, Лиат, с его добрыми глазами; и тётушка Мираден, единственная, кто всегда понимал меня.

Когда я вошла, все взгляды обратились ко мне. Я видела шок, недоверие, облегчение и... что-то ещё, что не могла распознать.

— Кераль, — мой отец первым нарушил тишину. — Ты жива.

Это не было вопросом, но я всё равно ответила:

— Да, отец.

— Где ты была все эти годы? — спросила мать, и её голос дрожал. — Мы думали, ты погибла.

Я открыла рот, но Дьярвет опередил меня:

— Позвольте мне объяснить, — сказал он, подходя ко мне и беря за руку. — Моя жена пережила временное помрачение рассудка. Это случилось после... после нашей ссоры. Она ушла, не понимая, что делает, и оказалась далеко от дома, без памяти о том, кто она.

Я стояла, застыв, слушая, как он плетёт эту ложь. Временное помрачение рассудка? Ах, я еще и сумасшедшая. Тем приятнее будет покинуть этот вертеп!

— К счастью, — продолжал Дьярвет, — недавно её память начала возвращаться, и она смогла найти дорогу домой. Я безмерно счастлив, что моя любимая жена снова со мной.

Он поднёс мою руку к губам и поцеловал её, глядя мне в глаза. В его взгляде было предупреждение.

— Это правда, Кераль? — спросил Лиат, мой младший брат.

Я сглотнула ком в горле. Ну еще бы, он эту историю знал из первых уст. От меня. Единственный. И в глазах его не было ни капли доверия моему замечательному супругу. Только желание его прямо сейчас и здесь прибить. А спрашивали меня для одного – помочь сейчас или осмотреться? Осмотреться, Лиат. Не лезь в драку с чудовищем. Один раз защитил. Теперь я.

— Да, — солгала я. — Я... я не помнила себя. Это было ужасное время. Но теперь я дома.

— Что ж, главное, что ты вернулась, — сказал отец, и в его голосе не было ни тепла, ни облегчения. — Надеюсь, теперь ты будешь более... рассудительной.

— Давайте не будем говорить о грустном, — вмешался Дьярвет с улыбкой. — Обед готов, и повар превзошёл себя в честь вашего приезда.

За обедом Дьярвет был безупречен — внимательный хозяин, любящий муж, идеальный зять. Он рассказывал забавные истории, интересовался делами семьи Эрален, расточал комплименты моей матери и тётушке. Но я видела, как он наблюдает за реакцией каждого члена моей семьи, особенно за отцом и Гелианом.

— Кераль всегда была немного... эксцентричной, — сказал отец в какой-то момент. — Ещё в детстве она могла часами говорить с цветами или убеждать нас, что видит духов в старой башне.

Ах, да. Бесполезная девочка должна вышивать и молчать. Даже с цветами.

— Я должна извиниться, — сказала я вдруг, прерывая разговор. Все взгляды обратились ко мне. — Перед тобой, Дьярвет. За то, что причинила тебе боль своим исчезновением. За то, что не была... достаточно хорошей женой.

Слова давались с трудом, каждое было как острый камень, застрявший в горле. Но я должна была это сделать, чтобы они поверили, чтобы не заподозрили правду. Это было больно. Но надо признать, эти люди уже не были мне семьей.

Дьярвет смотрел на меня с выражением, которое посторонний мог бы принять за нежность и прощение. Но я видела в его глазах удовлетворение. Он выиграл, и он знал это.

— Ты всегда была идеальной для меня, Кейр, — сказал он, используя это имя специально, чтобы напомнить мне о нашей близости, теперь очень опасной. — Я просто рад, что ты вернулась.

Я заметила, как Лиат нахмурился, бросая на Дьярвета взгляд, полный осуждения. Тётушка Мираден тоже выглядела недовольной, её брови сошлись на переносице. Мать на мгновение нахмурилась, но быстро приняла безразличное выражение, как и отец. Он и Гелиан смотрели на меня с холодным безразличием, словно я была незнакомкой, а не их дочерью и сестрой.

Это было жестоко. Не просто трудно — жестоко. Сидеть здесь, играть роль кающейся