На плантацию кактусов по визе невесты - Селезнева-Скарборо Ирина

Нашего священника зовут Джонатан. Он еще совсем молодой человек, нет еще и 30-ти. Но у него уже трое детей — двое родных и один приемыш. Девочку он привез из Грузии, когда ей было 8 месяцев. Легкая была, как перышко. Сейчас Тамаре — Хлое уже 2 года. На последней мессе она всех умилила, а меня так и вовсе до слез. Кто-то из прихожан держал ее в зале на руках, а Джонатан в красивой сутане вел службу у алтаря. В церкви зависла на какое-то мгновение тишина и девочка в это время закричала: «Посмотрите, это мой папа!» Люди засмеялись, зааплодировали. А у меня такой комок стоял в горле, что я боялась произнести хоть какой-то звук. Потом отдышалась и украдкой вытерла глаза. Как хорошо, что у ребенка есть папа, мама, братья, эта церковь и эти люди. И что он может вот так запросто закричать посреди мессы и никто на него не зашикает и не станет одергивать.

Кого боятся русские в Америке?

Вообще-то, русские не боятся никого и ничего. За исключением маленького безобидного зверька по имени… телефон. На Родине, конечно, этот зверек был ручным и милым, но на чужбине неожиданно показал свои острые зубы. И это не только мое мнение. И здесь нужно, как правило, потратить несколько лет, чтобы его снова приручить.

Дома я страшно любила телефон. Он у меня трещал на работе и в квартире безостановочно. А приехала в Америку и у меня возникло чувство, что меня ограбили, то есть отобрали это важнейшее средство коммуникации. Нет, телефон у нас был. Даже три. И подключены они были к двум телефонным линиям. И звонили исправно. Но почти все звонки на первых порах были не ко мне. Это меня огорчало. К тому же, как только аппарат оживал и начинал издавать трели, меня мгновенно обуревало чувство тревоги, страха и даже ненависти. Я не хотела поднимать трубку, мне хотелось выдернуть шнур из розетки. И все потому, что телефон говорил на чужом языке и мне казалось, что мое мычание по-английски выглядит глупо, чтобы не сказать по-идиотски. Впрочем, это понятно, ведь разговаривать с невидимым собеседником намного трудней, чем при прямом контакте. На этой почве у меня даже развилась «телефонофобия» и я всячески избегала это чудесное изобретение человечества долгих два года.

Слава Богу, это трудное время осталось в прошлом. Сейчас меня порой от телефона не оторвешь, особенно если собеседник приятный. Хотя чувство выдернуть шнур иногда посещает. Это когда звонят рекламные агенты. Недавно один тип попался, что просто «караул». Украл у меня полчаса. Не могла бросить трубку, потому что он сразу сказал, что это его первая работа и его трудовая биография зависит от меня, подлец. Таким образом была вынуждена с ним разговаривать — не ломать же человеку жизнь. Но на кредитную карточку, которую он предлагал, все равно не подписалась. В конце беседы поблагодарила его за бесплатный урок по английскому. Голос учителя звучал разочарованно. Его уловка так и не сработала.

Страусу даже справка не помогла

Я начала работать в интернате для трудновоспитуемых подростков. Это учреждение называется нон-профит организация Devereux. Попала я туда случайно. Бродила у нас колледже по ярмарке вакансий и зацепилась с какими-то ребятами. Слово за слово, вот уже и анкета откуда-то всплыла, которую я, не задумываясь, заполнила, а через несколько дней, бац, меня приглашают на собеседование. Словом, через какое-то время я уже там работала. Пока они нас учили, тренировали — мне все нравилось, а как дело дошло до практики, я чуть не сошла с ума. Никогда даже не предполагала, что в Америке встречу таких детей. Но подробнее об этом я напишу позже, а сейчас о смешном случае, который произошел во время моего тренинга.

Интернат расположен в чистом поле, то есть в лесу. Это небольшой городок со школой, спальными корпусами, кафе, парком, оранжереей, бассейном, спортзалом и зоопарком. Зоопарк — законная гордость учреждения. Здесь живут козы, овцы, ламы и вьетнамские свиньи. Все животные очень ухоженные и абсолютно не боятся людей. Особенно умиляют свиньи. Низенькие, толстые, мохнатые, черные и очень умные. Видела как-то передачу по телевизору, как во Вьетнаме их разводят не только на мясо, но и на утеху людям. Они прекрасно поддаются дрессировке и заменяют порой во дворе собак. Но речь не о них, а о страусе, который до недавнего времени тоже проживал в зоопарке и я его даже видела. Когда нас, новых сотрудников, повели показать хозяйство, страус мне сразу приглянулся. Высокий и стройный, он гордо вышагивал по траве и что-то гортанно кричал. Но, видимо, именно этот звук чем-то не понравился смотрителю и он вызвал ветеринара. Доктор Айболит прибыл оперативно, мы еще были в окрестностях. Он осмотрел птицу со всех сторон, прослушал ее стетоскопом, заглянул в глаза, для чего двум мужикам пришлось нагибать ей голову, и сделал заключение, что животное абсолютно здорово. Более того, он даже выдал страусу справку и все на этом успокоились.

Каково же было мое удивление, когда на следующий день я не увидела страуса в вольере? Что случилось? Куда исчезла птица? Не улетела же. Оказалось, что она протянула ноги еще минувшей ночью. Медицина и справка оказались бессильны. Тяжелый случай…

Мистер Чарльз сознается в убийстве

Я продолжаю по чуть-чуть работать в госпитале. Пришла к выводу, что больница — это потрясающая школа жизни. Недавно у меня был один очень интересный больной мистер Чарльз Байер. Глубокий старик, немец по происхождению. Мы с ним много разговаривали обо всем на свете, в том числе о и второй мировой войне, в которой он участвовал. Спрашиваю его: «Мистер Чарльз, как это вы, немец, воевали против немцев?» «А что делать? — отвечает он. — Я же был кадровым военным, куда Родина послала воевать, туда и пошел». Ну, прямо как наш ветеран Великой Отечественной! Дальше спрашиваю: «А убивать приходилось?» «Убивал», — говорит. «А что чувствовали?» — не унимаюсь я. «Это был ужас!» — признается старик.

Через наше отделение много проходит стариков-ветеранов Второй мировой. У них отличные страховки, их лечат на полную катушку и они выкарабкиваются из самых безнадежных ситуаций. Многие во время войны встречались с русскими, с удовольствием рассказывают об этом. Знали бы они, что в СНГ их ровесников уже по пальцам пересчитать можно. Грустно…

В Техасе все большое?

Недавно увидела в магазине смешную открытку, которая напрочь опровергает расхожее утверждение, что в Техасе все большое. Итак, открытка. По загородной дороге среди кактусов мчится автобус. На обочине стоит мужик в широко распахнутом пальто и демонстрирует проезжающим свои мужские достоинства. Ну, вы, наверняка, знаете таких «нимфоманов» или «нудистов» со сдвигом, которые любят показывать девочкам и женщинам свою «игрушку» из-за угла. На открытке такой же. Лицом к пассажирам и спиной к нам, покупателям. И, глядя на него в окно, одна пассажирка говорит другой с выражением явного разочарования на лице: «А еще говорят, что в Техасе все большое..». Глупая открытка, конечно. Но она меня рассмешила. А штат, на самом деле, самый большой.