На плантацию кактусов по визе невесты - Селезнева-Скарборо Ирина

Кого не любят американцы?

Американцы достаточно лояльно относятся ко всем народам. Во всяком случае никто и никогда вслух не выскажет никакую неприязнь. Но есть одно маленькое исключение. Американцы неоднозначно относятся к французам, хотя в США очень много выходцев из Франции, а штат Луизиана практически французский. Впрочем, об этом своем неоднозначном отношении американцы тоже вслух не говорят. Я так до сих пор толком не поняла: то ли они робеют перед французским, так сказать, снобизмом, то ли еще что-то. Хотя, возможно, корни куда как глубже, чем я предполагаю.

5 мая весь Техас широко отмечал праздник «Синко де Майо» (Cinco de Mayo). Это день победы мексиканцев (!?) над французами в 1862 году. Мне эта дата показалось в Америке притянутой за уши. Немного развеялся туман на праздновании этого события у нас в колледже. В нашем департаменте по этому поводу даже дискуссия развернулась среди студентов. В конце концов все пришли к выводу, что празднуем мы эту дату сейчас не как какую-то победу, а просто как праздник мексиканской культуры. А посмотреть в этот день было на что!

Все события происходили на свежем воздухе, на зеленой травке. Деревья, кусты, столбы были украшены яркими цветами из папиросной бумаги. Народ щеголял в сомбреро и жевал исключительно мексиканскую еду. Пели под невиданных размеров гитары голосистые марьячес. Самые отважные принимали участие в конкурсе по поеданию перца, который здесь называется, не подумайте ничего плохого, — халупинья. А самые отпетые лентяи метали пончики, то есть тортильи. Под занавес участники праздника с увлечением разбивали подвешенных на дереве кукол, начиненных конфетами. Эти куклы называются Пиняты.

Я себя не чувствовала чужой на этом празднике. У русских и мексиканцев очень много общих точек соприкосновения, вплоть до кровавых драм. Но об этом ниже.

Лев Троцкий — национальный герой Мексики

Я давно заметила, что «текс-мексы» (техасские мексиканцы) очень легко произносят мое имя. И вообще, русская фонетика для них — семечки. Это, вероятно, потому, что испанский и русский практически одинаковы в произношении звуков. И еще я заметила, что именно эти люди просто визжат от восторга, когда узнают, что я русская. Любят нас! И я думаю, что это не случайно. Я давно хотела немного подробней рассказать о гениальном мексиканском художнике Диего Ривера. Большая коллекция его полотен, кстати, выставлена в картинной галерее Хьюстона. Так вот, этот Диего в свое время увлекался революционными идеями и, обучаясь мастерству в Европе, разумеется, вожжался с русскими. Эти контакты носили не только революционный характер, но и личный. На какой-то сходке Диего познакомился с одной русской народоволкой, сошелся с ней и даже родил дочь. Но его законной женой была еще одна мексиканская гениальность — художница Фрида Кала. О ней, к слову, снят прекрасный полнометражный художественный фильм. Будучи болезненной и даже хромой, эта незаурядная женщина умудрялась быть очень популярной и имела тьму поклонников, в которые входил и наш небезызвестный Лев Троцкий. Фрида писала в основном автопортреты. Но как? Если вы не видели, то много потеряли. Это просто незабываемые вещи в стиле Сальвадора Дали. Когда Фрида и Диего вернулись в Мексику, то через время к ним нагрянул наш Лев. Но как вы догадываетесь, руки у НКВД оказались длинными и они достали его и там… Короче, финал этой революционно-романтической истории просто леденящий — подлый убийца цинично размозжил Троцкому голову ледорубом прямо на «голубой вилле» Фриды. Было много крови и слез. На память остались улицы и школы, которые носят теперь имя русского героя Льва Троцкого.

Недавно я купила два прекрасных альбома с репродукциями картин Ривера и Кала. Полистываю по вечерам и думаю: какая это все-таки классная штука — взаимопроникновение культур.

И последнее. В Мексике есть большая русская община. Читаю об их жизни на интернетовских сайтах. Эти люди вполне счастливы в этой стране.

Встреча с живым Оводом

Меня отправляли работать в хирургическое отделение. Зашла в одну палату и сердце кольнуло от жалости. На кровати лежал молодой парень с ампутированной до колена ногой. Я стала мерить ему давление, считать пульс и все время отводила глаза от этой культи. Парень что-то спросил меня на испанском. Поняла только его обращение: «Сеньора». Как оказалось, он вообще не говорит на английском. Мексиканский гастарбайтер-нелегал. И как назло в отделении на этот момент не было ни одного испаноговорящего.

Вечером Джек пришел меня навестить. Он иногда заходит в госпиталь, когда соскучится. Я обрадовалась и потащила его в палату к тому парню. Джек немного разговаривает по-испански. Выяснилось, что больной просил у меня яблочный сок. Надо же! Я быстро сбегала к холодильнику и притащила ему банку. А Джек уже вовсю с ним общался. Парня звали Овэд, 24 года, женат, 2 детей. Перепрыгивал в пригороде Виктории — Блюмингтоне — с поезда на поезд и попал под колеса. Мы с Джеком очень прониклись к нему. Ситуация ведь аховая. Оставаться парню здесь — где будет работать без ноги? Возвращаться в Мексику — там никаких пенсий для инвалидов не предусмотрено. Выписали Овэда через несколько дней. Ни одежды, ни денег у него не было. Госпитальная служба социальной поддержки отвезла его в общежитие Армии спасения, где его одели, купили лекарства и кормили еще несколько дней. Мы с Джеком его навещали все это время. Я его возила на заключительный осмотр к доктору, а муж даже через знакомых нашел его портмоне, которое он потерял в Блюмингтоне. Побывал Овэд и у нас дома. Мы с ним провели полностью одно из воскресений. А потом за ним приехал человек из Хьюстона, на которого он работал, и парень уехал. Что с ним теперь — не знаем. Один раз он, правда, позвонил. Но Джека не было дома, а я кроме «Сеньора» и «Грасиас» ничего не поняла… Вот такая грустная история.

Я в детстве очень любила книгу «Овод». Только мне было непонятно, что это такое. Имя? Кличка? Бабушка уверяла, что это комар. Теперь вот думаю, что Этель Лилиан Войнич написала «Овэд», а наши переводчики уже что-то напутали. Но я не уверена. Это только мое личное предположение.

Взаимовыручка по-техасски

У Джо, сотрудника Джека, тяжело заболела сестра. Как я поняла, страховки у нее не было и дорогостоящее лечение предстояло оплачивать из собственного кармана. Лично на меня в такой ситуации напал бы страх. Ведь это такие счета, что рехнуться можно! Но родственники и друзья пришли на помощь. И не просто пошли с шапкой по кругу, а придумали кое-что поинтересней и поэффективней. Хотя «придумали» — это не совсем точно. Потому что этот ход здесь, извините за каламбур, в ходу. А руководил этой акцией, как я уже сказала, Джо — очень деятельный и веселый человек. Помогали же многочисленные родственники-активисты. Итак, «Джо и компания» на одну из суббот арендовала помещение Клуба ветеранов-католиков (есть тут и такая организация), наняла музыкантов, накупила мяса и наделала из него (пальчики оближешь) барбекю. А за неделю до этого организаторы напечатали пригласительные билеты по цене 6 долларов и распространили их везде по Виктории. В назначенный день народу в клубе ветеранов было столько, что я даже отказывалась верить собственным глазам. Подавали не только барбекю, но и всякие приготовленные в домашних условиях торты и пирожные, а также пиво и колу. Вечером одна из молодых симпатичных родственниц устроила еще и… стриптиз. Шуточный, конечно. Люди смеялись и одаривали ее купюрами. Когда я поинтересовалась в конце мероприятия у Джо, сколько они за день заработали денег? Он сказал, что по предварительным подсчетам 20 тысяч долларов. Не зря говорят, не имей 100 рублей, а имей 100 друзей. И родственников.