12 невест миллионера - Елена Логунова

На тихий час у меня были совсем другие планы.

Я решила обследовать территорию и заодно найти телевизор, а в программе какой-нибудь новостной канал.

Греческое солнце еще не растопило в моей душе леденящую тревогу, вызванную ЧП со взрывом в берлинском кафе. Более того, немного поразмыслив на досуге, я обеспокоилась случившимся сильнее, чем прежде.

Вчера, во всех смыслах оглушенная взрывом, я была озабочена лишь тем, чтобы поскорее и подальше убраться с места трагедии. Сегодня мне пришло в голову, что взрыв в Берлине мог быть продолжением трагедии в моем родном городе.

Журавлева ведь тоже взорвали! Что, если в Берлине покушались на меня?!

– У Мегабосса длинные руки, – мрачно согласилась реалистичная Тяпа и выразительно замолчала, позволяя нам с Нюней в полной мере прочувствовать ситуацию.

Я представила себе эти зловещие руки, вырастающие из подкрашенной алым закатом вечерней мглы на востоке. Они слепо пошарили в Берлине, замерли, задумчиво побарабанили пальцами по северо-западной Германии и с пугающей неторопливостью потянулись к Пиренеям.

Я машинально оглядела горизонт. Пока что небо было чистым, но расслабляться не стоило.

– Надо бы выяснить, как продвигается официальное расследование, – подсказала мне Тяпа.

Я сомневалась в том, что отголоски берлинского взрыва докатятся до уединенного греческого острова, но в Интернете наверняка уже можно было найти массу сообщений на интересующую меня горячую тему.

Большой проблемой оказалось отсутствие Интернета, во-первых, и сотовой связи – во-вторых!

Как это так?!

– А говорили, в Греции все есть! – съязвила Тяпа.

Я тоже не могла поверить в то, что на острове, где отдыхают миллионеры, нет жизненно важных для деловых людей коммуникаций.

Или у меня неправильное представление об идеальном отдыхе миллионеров? Может, максимальная изоляция от Большой земли – это для них высший кайф?

Я-то никакой радости от отсутствия связи не испытывала. Правда, я не миллионерша, к сожалению.

С недоверчивым изумлением я рассмотрела свой дорогой навороченный мобильник, превратившийся в громоздкий аналог простейших электронных часов. Время он продолжал показывать, это да. Вот только какое именно время? Московское, стамбульское, берлинское, афинское, местное? Я изрядно запуталась.

– А GPS работает? – неожиданно подала голос умничка Нюня. – Спутниковая система навигации должна работать вне зависимости от наличия или отсутствия сотовой связи и Интернета.

– Вроде работает, – я пожала плечами. – И что с того? Мне не нужно определять свое местоположение, я и так знаю, что нахожусь на острове Санторини.

– Вот и прекрасно! – бодро воскликнула неунывающая Тяпа. – Считай, отправная точка географического экспедиции у тебя есть! Можно приступать к детальному исследованию островной территории.

Протикал третий час пополудни. Солнце пекло так, что звенело в ушах, да еще цикады стрекотали, как заведенные. Была у меня в раннем детстве такая игрушка – заводная курочка из танкового железа, точно так же тарахтела…

Несмотря на то, что во всех каморках, мимо которых я проходила, двери и окна были распахнуты настежь, я была уверена, что моих тихих шагов никто не услышит. И вряд ли кто-то меня увидит – наверняка все живое на острове (кроме меня, ящериц и заводных цикад, чтоб им лопнуть!) погрузилось в тягучий сон.

Я осмелела настолько, что стала заглядывать в помещения, и вскоре нашла то, что искала: превосходный большой телевизор.

Современная плазменная панель весьма своеобразно гармонировала с неровной стеной в волнистых разводах густой побелки. Напротив экрана стоял диван, на нем с удобством расположились две девицы-сестрицы из нашего кордебалета очаровательных клонов. Имена их я, конечно, не вспомнила, но это было неважно.

Я сказала:

– Привет, дорогуши!

Получила в ответ рассеянное «Хай!» – и мягко уронила себя на свободный угол дивана.

Барышни смотрели англоязычную программу из тех, которые призваны убедить телезрительниц, что быть неуклюжей коровой со складками на животе и редкими сальными волосами – совсем не плохо. Совсем плохо не иметь при этом знакомого волшебника-стилиста, который в любой момент на «раз-два-три» преобразит кошмарную корову в прелестную газель, всего лишь поменяв ей наряд, прическу и настроение. По умолчанию предполагалось, что карма при этом тоже радикально изменится.

– Может, расскажешь этим модным девчатам про главные тренды нынешней осени? – предложила мне общительная Тяпа. – Вот кто наверняка по достоинству оценит твои актуальные знания о жизнерадостной шотландке, блистательном металлике и сексуальном питоне!

Приоткрыв ротики, девчонки завороженно наблюдали за тем, как очередная стокилограммовая Золушка волшебным образом превращается в Принцессу. Метаморфоза, на мое счастье, подходила к концу: две ассистентки стилиста в четыре руки затягивали на героине корсет вечернего платья, а третья стояла наготове с накладным шиньоном и короной королевы бала.

Я терпеливо дождалась, пока накладные локоны счастливой героини увенчает диадема с бриллиантами, и спросила растроганных девочек:

– А можно новости посмотреть?

– Новости? – рассеянно повторила ближайшая ко мне девица-сестрица.

В ее карих глазах бензиновыми пятнами плавали радужные отблески чужих бриллиантов.

– Какие новости?

– Хоть какие-нибудь, – мягко попросила я, аккуратно высвобождая из кулачка сестрицы пульт дистанционного управления.

Но странное дело: ничего, кроме модной программы про Золушку, прекрасный современный телевизор показывать не хотел!

Я заподозрила неладное:

– Это спутниковое ТВ или эфирное?

И тут мне вспомнилось, что в своем недолгом странствии по террасам я нигде не видела ни одной антенны!

– Кабельное, – ответила очнувшаяся сестрица и забрала у меня пульт. – И еще DVD с фильмами есть, целая коллекция. Ну, что мы посмотрим?

– Лично я – сладкий сон.

Я зевнула, подарила сестрицам смущенную улыбку и удалилась.

– Обманывать нехорошо, – попеняла мне Нюнечка.

Она знала, что я не собираюсь на боковую.

– Это кого еще тут обманывают! – возмутилась Тяпа. – Коварными посулами выгодного брака заманили бедную девушку в средиземноморскую глушь и лишили всякой связи с внешним миром! Что это, если не гнусный обман и бессовестный произвол?

– Ну, ну, не надо драматизировать, – пробормотала я и шустро, как ящерка, шмыгнула в тень парусинового навеса.

В моем родном городе сорокаградусная летняя жара – норма жизни, и, как большинство краснодарцев, я приобрела стойкую привычку перемещаться из пункта А в пункт Б не по прямой, а короткими зигзагообразными перебежками с одного островка спасительной тени на другой. Приезжие, которые поступают иначе, рискуют попасть из пункта А прямиком в травмпункт – с тепловым ударом и солнечными ожогами.

Навес над моей головой был ярко-синим и, подобно воздушному шарику, отбрасывал цветную тень. С головой погрузившись в голубое озерцо относительной прохлады, я цепким взглядом окинула окрестности: лабиринт искрящихся стен, ступеней, арок и крыш. Крыши меня особенно интересовали. Мне представлялось логичным высматривать антенны именно на них.

Хотя высматривать что бы то ни было в этом царстве ослепительной белизны было крайне вредно для глаз. Даже дорогие солнцезащитные очки не спасали!

Я сощурилась так, что наверняка приобрела фамильное сходство с моей чукотской тезкой из пионерлагеря. Глазам сделалось не так больно, но видимость заметно ухудшилась.

Окружающий мир в моих глазах сделался черно-белым, с легким флером влажной радуги на ресницах. Я повертела головой и почувствовала головокружение.

– А я говорила, надо было шапочку надеть, чтобы голову не напекло! – голосом заботливой бабушки попрекнула меня Нюня.

Никакой шапочки у меня не было. Та бумажная треуголка, которую я давеча соорудила из газетки, уже почила в бозе. Кажется, я поспешила с захоронением ее в мусорной урне.

Белый свет перед моими глазами дрогнул и поплыл.

– Стоять! – гаркнула моя Тяпа и миру, и мне, стремительными темпами созревавшей для обморока.

И тут же все замерло.

Что за чертовщина?!

Презрев мучительную резь в глазах, я приспустила очки и поверх них уставилась на белую стену метрах в десяти от меня.

Вот хоть убейте – она двигалась!

– У кого-то едет крыша, а у кого-то – стены! Оригиналка ты, милая! – уязвила меня Тяпа.

– Но она действительно едет! – поддержала меня Нюня. – Может быть, это мираж?

Я вернула на место темные очки и решительно зашагала к предполагаемому миражу.

В разношенных замшевых балетках у меня была такая мягкая походка, что ей позавидовала бы сама королева миражей – Фата-Моргана.

Без шума и пыли я подобралась к подозрительной стене, по мере приближения к ней все более ясно и отчетливо видя волнение на ее белой поверхности. В конце концов, мне стало очевидно, что довольно большой белый квадрат медленно, но верно продвигается в сторону дубовой двери. Он ехал по стене, как окошко по логарифмической линейке, с той разницей, что в данном случае окошко это было не прозрачным. Наоборот, накатив на дверь, белый квадрат закрыл ее так, словно стена вдруг стала цельной.