Гарри Поттер и эффект снов - Виктор Ильин

Ханна. — Ты сам видел: она управляет людьми так же легко, как ты боевой станцией. А ещё ты не замечаешь, как этот мальчик смотрит на Джона? Он уже в душе отец, даже если сам этого не осознал. Если уж мириться с такой женой, то пусть хотя бы польза будет.

Роберт вновь задумался, его лицо приобрело выражение человека, который только что услышал стратегический план по спасению галактики, но ещё не уверен в его выполнимости.

— А ты уверена, что они оба этого хотят? — осторожно уточнил он.

— Не уверена, — честно ответила Ханна. — Но иногда людям нужно подталкивать к правильным решениям. Тем более, Майя уже взяла инициативу в свои руки. Одна ночь — и она уже фактически считает себя его женой. Так почему бы не сделать это официальным?

Роберт сдержал смешок, прикрыв рот рукой.

— Ханна, ты всё ещё умеешь удивлять. Ладно, посмотрим, что скажет Джон. Но я заранее представляю его лицо, когда он это услышит.

— О, я тоже, — ухмыльнулась Ханна. — Будет весело.

Они оба переглянулись, и на мгновение между ними установилось редкое понимание, будто они вновь сработались, как когда-то на боевых заданиях.

Глава 5. Оплот греха

Проводить Гарри до кухни по дому, превратившемуся в настоящий оплот греха, оказалось для Шепарда настоящим испытанием. Он чувствовал себя героем сложнейшего квеста, где вместо врагов были сцены всеобщего разврата. Едва ступив на лестницу, его взгляд упал на гостиную. То, что он увидел, заставило его остановиться и прикрыть глаза рукой.

Разнообразные фигуры, некоторые ещё не пришедшие в себя, а некоторые откровенно наслаждающиеся праздником дальше, валялись на диванах, полу, столах и даже, казалось, на люстре (хотя это могло быть оптическим обманом). Кто-то обнимался, кто-то танцевал под музыку, которая всё ещё играла с инструментронов, а один из солдат всё ещё держал в руках пустую бутылку, будто это был его боевой трофей.

— Закрой глаза, Гарри, — быстро сказал Шепард, прикрывая собой обзор.

— Зачем? — искренне удивился ребёнок, пытаясь выглянуть из-за плеча.

— Просто сделай это. — голос Джона стал на тон жёстче.

— Но я ничего такого не вижу… — начал Гарри, но тут его взгляд зацепился за сцену, где один из солдат пытался обнять декоративную статую, а рядом девушка, судя по всему, решила проверить, насколько мягким может быть ковер. — Ох…

Шепард резко схватил его за плечи, разворачивая обратно.

— Вот именно. Глаза закрыты — и не открывай, пока я не скажу.

— Но это же смешно! — тихо хихикнул Гарри, хотя его смех был скорее от смущения, чем от настоящей радости.

— Для тебя, может быть, и смешно, а для меня — это один большой головняк, — пробормотал Шепард, потирая виски.

Они осторожно спустились с лестницы. Шепард ловко лавировал между телами, обломками мебели и остальными следами ночного "веселья". Гарри, даже с закрытыми глазами, умудрялся спотыкаться о каждую неровность. Шепард уже начинал думать, что лучше бы он просто перенёс мальчика на руках, но это лишь добавило бы странностей в и без того абсурдную ситуацию.

На кухне царил относительный порядок, хотя и там было заметно, что кто-то очень старался "отметить" праздник. Джон усадил Гарри за стол и, наконец, вздохнул с облегчением.

— Всё, можешь открывать глаза.

Гарри послушно распахнул веки и, увидев остатки еды на столе, воскликнул:

— О, еда! Я так голоден!

— Садись, я что-нибудь найду, — буркнул Джон, направляясь к холодильнику.

Пока он вытаскивал оставшиеся более-менее съедобные продукты, Гарри оглядывался вокруг. Кухня выглядела чуть лучше, чем остальной дом, но это всё равно было далеко от идеального порядка. Рядом с раковиной кто-то оставил стакан с наполовину допитым коктейлем, а на стуле свисала женская куртка.

— Джон, это правда твой дом? — неожиданно спросил Гарри, явно удивлённый тем, что такой хаос может быть в месте, принадлежащем его герою.

— Не напоминай, — пробормотал Шепард, доставая остатки пиццы и пару бананов. — Я сам в шоке.

Гарри с интересом наблюдал, как Шепард разогревает еду. Наконец, он решился задать ещё один вопрос:

— А что такое "разврат"?

Шепард резко замер. Его рука, тянувшаяся к прибору, остановилась в воздухе. Он повернулся к Гарри с выражением смеси ужаса и безысходности.

— Кто тебе это сказал?

— Ты. Ты сказал, что мне нужно закрыть глаза, потому что внизу разврат. Что это значит?

Джон тихо простонал, потерев лицо руками.

— Это… это значит, что там… взрослые дела. Праздник. Ты ещё маленький, чтобы это понимать.

— Но если праздник, почему ты не хочешь, чтобы я его видел? Я люблю праздники.

Шепард почувствовал, как пот начинает капать с его лба. Он взглянул на Гарри и понял, что мальчик искренне не понимает, о чём идёт речь. Джон решил не углубляться:

— Давай просто договоримся, что ты никогда не будешь вспоминать об этом разговоре. Ладно?

Гарри задумался, затем пожал плечами и кивнул:

— Ладно. Но ты обещал, что я смогу что-нибудь поесть.

Шепард с облегчением вздохнул, радуясь смене темы. Он поставил перед Гарри тарелку с разогретой пиццей и банан. Мальчик жадно принялся за еду, а Джон, облокотившись на стол, наконец позволил себе немного расслабиться. Правда, расслабление длилось недолго — за дверью снова послышался шум, напоминающий падение чего-то тяжёлого. Шепард прикрыл глаза.

— Господи, сколько же мне ещё всё это разгребать?

Гарри поднял голову, проглотив кусок пиццы:

— Ты же говорил, что справишься. Ты мой герой.

Эти слова застали Джона врасплох. Он посмотрел на мальчика и едва сдержал улыбку.

— Спасибо, Гарри. Только не рассказывай этого моим родителям.

— О чём не рассказывать? — раздался строгий голос Ханны Шепард, и Джон почувствовал, как напряжение, которое только начало отпускать его, резко вернулось.

Джон обернулся и увидел в дверях своих родителей. Ханна стояла с привычно жёстким взглядом, сложив руки на груди. За ней вошёл Роберт, который выглядел чуть более расслабленным, но всё же пристально смотрел на сына, ожидая объяснений.

Гарри, сидящий за столом, с полным ртом пиццы остановился и испуганно посмотрел на Джона, словно спрашивая, что делать. Джон вздохнул и постарался сохранить спокойствие:

— Ни о чём, мама. Просто… Гарри ел.

— Просто ел? — приподняла бровь Ханна, явно сомневаясь. — Ты выглядишь так, будто только что поймали с поличным. Что происходит, Джон?

— Да ничего особенного, — сказал он, выпрямляясь. — Просто кормлю мальчика, и всё.

Роберт хмыкнул, оглядывая беспорядок на кухне:

— На фоне всего, что мы увидели в этом доме, это, пожалуй, самое нормальное зрелище.

— Я бы сказала, единственное нормальное, — добавила Ханна, переводя взгляд на Гарри. Её лицо слегка смягчилось, и она подошла ближе. — Ты, должно быть,