Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

– Вам, конечно, виднее. Но на самом деле вы же ничего не теряете, если познакомитесь с ней.[129]

На протяжении многих лет Дартфорд был одним из самых больших избирательных округов в Великобритании и самых трудных для консерваторов. На прошлых выборах 1945 года лейбористы опередили тори на двадцать тысяч голосов. Уже год Миллер безуспешно пытался найти достойного кандидата на предстоящие выборы. От безысходности он все-таки согласился с предложением Гранта, пригласив Тэтчер на субботний ланч. На встрече также присутствовали его жена Фи и председатель «Дартфордских женщин» миссис Флетчер.

В тот день Маргарет произвела на них благоприятное впечатление. Вечером они сходили на выступление лидера партии Уинстона Черчилля, и после этого Миллер предложил ей сотрудничество.

Поверил ли тогда в нее Джон? Скорее всего, нет. Отписав в центральный офис, он хотя и предложил им на рассмотрение кандидатуру Маргарет Робертс, но все же запросил у них еще возможные варианты. Ему предоставят одиннадцать человек, а Мэгги пригласят в офис на Бридж-стрит недалеко от Вестминстера. Тэтчер и на них «произведет отличное впечатление».[130] Позже она вспоминает:

– Немногие за пределами политики знают, насколько нервно проходят подобные интервью. Мне повезло – за столом сидело несколько знакомых лиц. К тому же на подобных мероприятиях то, что ты молодая женщина, пробивающая себе дорогу в мире политики, дает определенные преимущества. Впрочем, в этом есть и свои недостатки.[131]

Пока Маргарет выступала на Бридж-стрит, Миллер быстро просматривал предложенных кандидатов и, не найдя ничего подходящего, был вынужден снова вернуться к Тэтчер. Тем более что она понравилась не только центральному офису, но и членам местного комитета по отбору кандидатов.

– Сразу же было видно, что соображает она великолепно, – вспоминает член консервативной ассоциации Дартфорда Маргарет Филлимор, – для двадцатитрехлетней девушки Тэтчер держалась очень уверенно и хладнокровно, оставаясь при этом милой и приятной собеседницей.

С ней согласен и другой член комитета – Реймонд Вуллкот. Вернувшись после заседания домой, он не смог сдержаться и в восторженных выражениях поведал своей жене о новой кандидатке:

– Она очень красива, хорошо одета и, что самое главное, говорит с большим знанием дела. Вот бы выставить ее против этого популярного лейбориста и члена парламента от Дартфорда Нормана Доддса.[132]

Для принятия окончательного решения в феврале 1949 года Маргарет пригласили выступить на всеобщем собрании дартфордского отделения консервативной партии.

Послушать молодую кандидатку пришло свыше 400 избирателей. В своей приветственной речи Миллер представил ее как «искреннюю в убеждениях» и «одаренного оратора».[133]

Как и в предыдущих случаях, Тэтчер оказалась на высоте. Взяв не силой аргументов, а своей фанатичной убежденностью, Маргарет была практически единогласно выбрана новым кандидатом. Тут же был организован сбор средств на проведение предстоящей кампании. И хотя сумма набралась небольшая – 37 фунтов и 13 шиллингов, первый шаг на новом пути был сделан.

Вступление в бурную реку политической борьбы потребовало от Маргарет изменения привычного образа жизни. Метаться между Кольчестером и Дартфордом было нереально, поэтому пришлось выбрать что-то одно. Для Тэтчер, давно презирающей работу в BX Plastics, все уже было решено – увольняться и приступать к поиску новой работы поближе к своей мечте.

В самом Дартфорде найти так ничего и не удалось. Казалось, работодатели со скептицизмом смотрели на молодую девушку, не слишком скрывавшую свои амбиции и политические увлечения. После многочисленных собеседований ее взяли химиком в пищевую корпорацию J. Lyons, расположенную в западном районе Лондона Хаммерсмите. На этот раз обязанности Маргарет были просты – тестировать сливочное мороженое и бисквитные пирожные. Хотя позже, пытаясь придать вес своей работе, Маргарет скажет:

– Основной стороной моей деятельности была теоретическая составляющая, что делало ее намного привлекательнее, чем моя прежняя позиция в BX Plastics.[134]

На самом деле Тэтчер не волновали ни аппетитные пирожные, ни новая специфика пищевой индустрии. Все ее мысли, время и силы были направлены только на одно – достойно выступить на предстоящих выборах.

Сняв меблированные комнаты с пансионом в Дартфорде, Маргарет установила для себя новый распорядок дня. Подъем в 6:00 утра, скорый завтрак, автобусом в 6:30 до станции, поездом 7:10 в Лондон на вокзал Чаринг-кросс, затем снова автобусом до Хаммерсмита. По пути в столицу прочитывались последние номера «The Times» и «Daily Telegraph». В 18:00 Маргарет возвращалась обратно в Дартфорд. Быстро перекусив, она прихорашивалась и отправлялась агитировать за консерваторов. Обходила дома, выступала на различных собраниях, беседовала с избирателями, убеждала, спорила. Домой возвращалась часам к одиннадцати. Затем, после ужина, садилась за стол около камина и начинала писать письма, читать газеты, анализировать происходящие события, готовиться к выступлениям. Иногда она отправлялась на кухню, брала старый утюг и гладила парадное бархатное платье, предназначенное для особо важных поводов – встреч с новыми избирателями. Спать обычно Тэтчер шла часа в два ночи, чтобы в 6:00 начать новый трудовой день.

Иногда Маргарет подвозил до дома председатель городского округа Рей Вуллкот. Однажды Мэгги пригласила его к себе. Когда Рей вошел в аккуратно убранную комнату, его взгляд привлекла консервная банка сардин, одиноко стоявшая на столе. Заметив его удивление, Тэтчер спокойно произнесла:

– Вот и весь мой ужин.

Вернувшись домой, Вуллкот расскажет об этом своей жене Люси.

– Это надо же! – не скрывая своих эмоций, воскликнет миссис Вуллкот. – Она приходит домой после шестнадцатичасового рабочего дня, и ее ждет лишь несколько сардин. При этом, как бы она ни устала, она всегда веселая, жизнерадостная, в приподнятом настроении. Я никогда еще не слышала, чтобы Мэгги пожаловалась на свою жизнь, в которой практически полностью отсутствуют удовольствия.[135]

Она не знала, что у Маргарет был свой метод.

– Порой нагрузка была и правда чрезмерной, – признается «железная леди», – но главный секрет жизни как раз и состоит в том, чтобы сделать это на 90 % привычкой, превратив перегрузку в обычную рутину.[136]

Изменить что-либо Тэтчер не могла, да и не хотела. Она всегда относилась к тому типу людей, для которых процесс достижения цели был важнее самой цели, а «азарт атаки» – самого сражения. Еще никогда она не чувствовала себя так хорошо. Мэгги наслаждалась каждым мгновением. Все, к чему бы она ни прикасалась, делалось на подъеме, с куражом. Вот Тэтчер беседует с обычными гражданами, выступает на предприятиях, бегает по домам, собирает подписи и даже успевает позировать перед фотографами с кружкой слабого пива, при этом на лацкане ее пиджака прикреплен серебряный значок с изображением Уинстона Черчилля.