Россия и Запад. От мифов к истине - Валерий Шамбаров

И когда вся Европа погрузилась в хаос раннего Средневековья, как раз Византия осталась единственным «культурным оазисом», сохранившим и донесшим до будущих поколений наследие античной цивилизации. Она стала мировым оплотом и новой культуры, христианской. В том числе поддерживала Церковь на разгромленном нищем Западе, оказывая ей финансовую помощь, политическое покровительство, посылала богослужебную литературу, квалифицированных священнослужителей. Под эгидой византийских императоров прошел ряд Вселенских Соборов, способствовавших выработке единых христианских догматов и преодолевших церковные ереси.

А когда Восточная Римская империя оправилась от потрясений, она стала набирать силу, и в VI в. при Юстине и Юстиниане достигла нового блестящего расцвета. Возобновилось монументальное градостроительство. В Константинополе по единому плану была возведена целая система великолепных церквей, дворцов, общественных зданий. В том числе чудо архитектуры – знаменитый храм Св. Софии. Развивались наука и культура. В Византии жили и творили выдающиеся историки, географы, богословы. Была проведена полная кодификация римского права и возник «Кодекс Юстиниана» – который стал базой для всей последующей европейской юриспруденции. Полководцы одерживали победы, и под власть Константинополя вернулась значительная часть прежних римских владений. Возникла огромная держава, включавшая в себя Балканы, Северное Причерноморье, Крым, Западную Грузию, Малую Азию, Ближний Восток, Египет, Италию, Северную Африку, Сицилию, Сардинию, Корсику, юг Испании. Политическое влияние Константинополя распространилось на Аравию, Закавказье, Северный Кавказ, славянские земли. Флот Византии был самым мощным в Европе, господствовал на морях.

Правда, сказывались и «наследственные болезни». У России они тоже были – перенятая от Киевской Руси удельная система, преодолеть которую удалось далеко не сразу. У Византии «недугами», доставшимися от Рима, являлись избалованность граждан, амбиции аристократов, набор войск из чужеземцев. Что оборачивалось периодическими бунтами, мятежами. А эпоха была очень беспокойной. Вражеские нашествия следовали одно за другим. Не успевали отразить одних неприятелей, как появлялись другие. Поэтому некоторые завоевания оказались непрочными, были утрачены. И даже на Балканский полуостров, прорвав пограничные укрепления, хлынули славяне, расселяясь на местах, опустошенных готскими, гуннскими, аварскими, да и славянскими набегами. Часть племен постепенно «эллинизировалась», но во многих местностях Греции вплоть до XIX в. люди разговаривали на славянских языках. (Лишь после освобождения страны из-под турецкого ига англичане и французы, взявшие ее под «покровительство», повели целенаправленную «эллинизацию», дабы оторвать народ от России. Орудием в этой кампании стала греческая интеллигенция, получавшая образование на Западе. В школах был установлен только греческий язык, ученикам внушалось происхождение от древних эллинов, а память о славянских корнях была стерта).

Но Византия проявляла очень высокую жизнеспособность. С честью выдерживала все удары. А переселение славян смогла обратить в свою пользу. Они были куда более энергичными и боеспособными, чем прежнее население Балкан, и в VII в. великий реформатор император Ираклий воспользовался этим для коренной реорганизации армии. Отказался от системы наемничества и стал создавать «фемы» – они одновременно были административными областями и воинскими соединениями. В каждую фему входила определенная территория с городами и деревнями, содержавшими и выставлявшими определенное число воинов. Добилась значительных успехов византийская военно-научная мысль, в это время был изобретен «греческий огонь». Состав его не известен до сих пор, из сосудов-«сифонов» специальной конструкции, установленных на стенах крепостей или кораблях, выбрасывались струи горящей жидкости, которую нельзя было погасить водой. Благодаря этим изобретениям и реформам Ираклий нанес сокрушительное поражение Аварскому каганату, наголову разгромил могущественную Персию.

Византия стала камнем преткновения и для еще более сильных завоевателей, арабов. Они вообще считались непобедимыми, шутя захватывали государство за государством, и лишь на территории Восточной Римской империи их удалось остановить. Но в ходе тяжелых войн стали накапливаться проблемы другого рода – чужеземные влияния.

В Европе шло формирование общности, которую мы называем «Западным миром» – государств франков, лангобардов, бургундов, баварцев, англосаксов. И византийские владения в Италии – Венеция, Равенна, Калабрия, Тарент, Сицилия, все в большей степени косились на Запад. Автократическая власть императора их раздражала. Хотелось таких же феодальных «свобод», как в германских странах. Начал своевольничать и Рим. Папы все еще оставались подданными Византии, но они были и духовными пастырями в западных королевствах, имели в них церковные владения. Поэтому чувствовать себя независимо, уже пытались предъявлять претензии на исключительность. Указы преемников Ираклия – Константина III, Константа, Константина IV в Риме начали игнорировать или откровенно отвергать.

А с Востока проникали веяния другого рода. Персия традиционно была державой весьма веротерпимой. Ее шахи давали пристанище всем. Приняли евреев после разгрома римлянами Иудеи. Принимали еретиков всех мастей, эмигрировавших из Византии. В Иране гнездились каббалисты и гностики – предшественники масонов, тайные манихейские секты. Кстати, это немало способствовало расшатыванию самой Персии. Однако завоеватели-арабы толерантностью не отличались. Христиан и иудеев терпели, но облагали дополнительным налогом, язычников и зороастрийцев заставляли принять ислам, а сектантов-гностиков беспощадно казнили. И носители всех религий и идей хлынули в Византию.

Пошло ее разъедание изнутри. Население и армия заражались всевозможными лжеучениями. Аристократия и купечество грезили о «свободах» по западному образцу. Император Юстиниан II вознамерился было восстановить порядок суровыми репрессиями, но в 695 г. был свергнут. Началась полоса гражданских войн. В них погиб и Юстиниан, и еще целый ряд претендентов, усаживаемых на трон разными политическими группировками. Арабы не заставили себя ждать, отбирали города, осадили Константинополь. Однако поражения способствовали консолидации и прекращению междоусобиц, к власти выдвинулся популярный военачальник Лев III Исавр, который сумел разбить и отбросить внешнего врага.

Но… новый император оказался еретиком. Одни источники считали его евреем, крещеным только для видимости, другие – тайным приверженцем секты павликиан. В 726 г. он учинил настоящий идеологический переворот, провозгласив государственной политикой иконоборчество. Официально оно объяснялось необходимостью противостоять мусульманской пропаганде, обвинявшей христиан в «идолопоклонстве». Но фактически развернулась атака на христианство. Пошло варварское уничтожение святынь, преследования «иконопочитателей». В ответ полыхнули восстания, круто подавлявшиеся армией.

Многие православные эмигрировали. А для Рима иконоборчество стало прекрасным поводом отпасть от Константинополя. Подчеркну – поводом, а не причиной. Трещина уже была глубокой. Теперь же сам император дал прекрасный предлог папе Григорию отложиться от Византии и при этом считать себя правым. Отпали и другие итальянские владения. Правда, обретя «свободы», они утратили защиту Константинополя, их принялись захватывать соседи-лангобарды. Но Рим нашел выход в альянсе с державой франков. Ее властители из династии Каролингов взяли пап под покровительство, отвоевали для них персональное папское государство. А Рим за это поддержал свержение прежней франкской династии Меровингов, помог Каролингам стать королями, а затем подарил им и императорскую корону.

Так произошел раскол единого христианского мира на Запад и Восток. Еретическая Византия была поставлена как бы вообще «вне цивилизации». По сути, произошло то же самое, что в ХХ в. с Россией – тайная борьба против нее велась и раньше, но приход к власти большевиков стал для Запада поводом к открытой конфронтации и провозглашению ее «вне мирового сообщества». Хотя, повторюсь, речь можно вести только о сходстве процессов, а не о буквальных совпадениях. Ведь в России иконоборческая кампания была относительно кратковременной. Сталин уже в 1930-х гг. взял курс на ее прекращение – в 1936 г. запретил разрушение храма Василия Блаженного, в 1939 г. отдал приказ о прекращении гонений на священнослужителей. А в 1943 г. восстановил Московскую Патриархию, и только за несколько лет войны открылось свыше 10 тыс. новых приходов. Реанимировал иконоборчество лишь бывший троцкист Н.С. Хрущев, когда на всю страну осталось 7523 церковных прихода (из-за чего, например, верующие на Украине хлынули в ряды баптистов).