Арктический клуб любителей карри - Дани Редд

человек готовить умучаешься, не то что на двенадцать. Так что сварила рис.

Пока я мыла посуду после готовки, меня начали одолевать сомнения. Эти люди, верно, разбираются в индийской кухне гораздо лучше меня. Я лишь надеялась, они не станут демонстрировать свою образованность, указывая мне, как «неаутентично» у меня получилось. Я сама поразилась, как сильно разнервничалась – точно если не справилась с блюдом, всей моей карьере сразу конец. По крайней мере, баттер чикен моего изготовления уж всяко вкуснее того, чем приходилось питаться полярным исследователям в былые времена. Чтобы хоть немного успокоиться, я мысленно набросала список.

Меню Исследователя Арктики

– Пеммикан (иначе известный как вяленое мясо). Любой, читавший Энид Блайтон или Артура Рэнсома, слыхал о нем. Иногда нам давали его в школе на ланч. Гадость редкостная, и это вам говорю я, выросшая на стряпне моего папы.

– Галеты. И я имею в виду не нежные рассыпчатые печенья. Здоровенные твердые диски из муки, куда щедро примешали молочного белка, чтобы было покалорийней.

– Похлебка. Жидкая овсянка на растопленном снеге с добавлением мясных обрезков или запекшейся крови, иногда с накрошенными галетами.

– Съедобный лишайник. Это что-то вроде мха, который растет на камнях. Из него полярники получали витамин С. Но на вкус он страшно горький и нередко вызывает несварение желудка или понос.

– Ездовые собаки. Ну что, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

– Консервы. Считается, именно из-за консервов погибла экспедиция капитана сэра Джона Франклина. В 1845 году технологии консервирования были еще в новинку, банки делали из свинца, который попадал в еду и вызывал галлюцинации, тревожность и паранойю.

– Товарищи по экспедиции. Скорее всего, именно вызванные свинцовым отравлением помутнения рассудка и довели команду Франклина до каннибализма (см. выше). Ну или они там слишком уж оголодали.

По сравнению со всем этим баттер чикен моего приготовления внезапно стал выглядеть куда как аппетитнее. Да и вообще, я еще даже не попробовала, а уже спешу выносить приговор. Я окунула ложку в соус, поднесла к губам. Бархатистость масла, острота помидоров. Я ощутила на языке перчинку чили, густые нотки тмина и гарам масалы.

Я сижу за столом среди каких-то незнакомых людей. На столе стоит синяя миска, я тяну к ней маленькие ручки. Рокот общего смеха, мне в миску кладут новую порцию курицы…

И все. Исчезло.

Я замерла, так и держа ложку у рта.

Несколько смутных секунд – и все же я была глубоко потрясена. Я попробовала взять еще ложку. На этот раз – ничего. На меня накатило глухое разочарование. Может, у Райана найдется объяснение?

– Привет, малыш. А я думал, ты на работе? – сказал он, взяв трубку.

– Так и есть.

– Все в порядке?

– Со мной только что приключилось что-то ужасно странное. Я приготовила этот индийский карри, а когда попробовала, как вышло, вдруг вспомнила Бангалор. Как сижу и ем с какими-то людьми.

Из трубки не раздавалось ни звука.

– Алло? Ты еще тут? – спросила я.

– Да.

– И? Как по-твоему, почему я это?

– Понятия не имею.

– Должно же быть какое-то научное объяснение.

С Райаном всегда и на все есть научное объяснение.

Он кашлянул.

– Я знаю, как ты хочешь вспомнить то время, но…

– Но это все шутки подсознания?

– Я этого не говорил.

– Зато подумал.

– Ну… ты ж и сама понимаешь, звучит как натяжка. Что бы ты мне сказала, заяви я тебе вдруг, что во время еды внезапно вспомнил что-то, что произошло двадцать лет назад?

– Ну да, пожалуй.

– Прости, Пищик, не хотел тебя огорчать.

– Ты и не огорчил. – Я изо всех сил старалась придать голосу хоть немного энтузиазма.

– Это хорошо. А теперь не буду больше отрывать тебя от работы. Я в зал.

– Хорошо тебе там время провести.

– Тебе тоже.

Я отключилась, чувствуя, что вся словно сдулась. Райан не самый подходящий человек для таких разговоров. Он называет себя рационалистом – человеком, не верящим в чудеса, инопланетян и привидения и даже не заигрывающим с мыслью об их существовании. Пожалуй, когда я рассказала все вслух, звучало оно и вправду притянутым за уши. Я знала, что он скажет, попробуй я поднять эту тему опять: то, что два события случились одновременно, еще не значит, что они взаимосвязаны. И все же я не могла отделаться от чувства, что да, и вправду связаны.

Снова взяв телефон, я написала Уме:

«Откуда этот рецепт?»

Занавеска на двери качнулась, и в кухню шагнула женщина примерно моего роста, с короткими кудрявыми волосами и кольцом в носу. Она была все еще в уличной одежде, на лбу у нее сидели лыжные очки с золотыми ободками в виде шестеренок.

– Ну наконец-то тут появилась еще одна женщина, – сказала она с американским акцентом.

– Майя, – представилась я.

– Рита.

– Вы тоже тут работаете?

– Да, от случая к случаю, вожу группы. Пришла посмотреть, не надо ли вам помочь раскладывать.

– Спасибо, было бы здорово.

Мы щедро разложили по мискам курицу с рисом и отнесли на стол.

Я села рядом с Ритой, глядя, как все дружно навалились на еду. А когда наконец попробовала и сама, никаких воспоминаний на меня не нахлынуло. По всей видимости, как явно считал Райан, я это все просто вообразила.

– Умопомрачительно, – сказал Адам.

– Даже лучше, чем я думал, – прибавил сидевший рядом с ним Миккель.

– Боже, как приятно попробовать что-то не пресное, – сказала Рита.

– Эй, Рит, а ты сама откуда? – спросил кто-то из проводников.

– Родилась в Монтане, но потом переехала в Нью-Йорк. А вот мама у меня пуэрториканка, ты ведь об этом, да?

Он кивнул без тени смущения.

– А когда вы сюда переехали? – спросила я у нее.

– Всего два года назад. Прошла те же курсы, что Адам, а потом так и осталась работать.

– И ходила в экспедицию, – добавил Миккель.

– Экспедицию?

– Ага. Мы вдвоем доплыли на пароходе до северной оконечности Свальбарда, а оттуда вернулись в Лонгйир на лыжах. Ночевали в палатках или в старых охотничьих домиках, если удавалось найти. Офигеть эпично было.

– Звучит не то слово как, – согласилась я.

– А вы тут пока много разведать успели? – спросила она.

Я покачала головой.

– Совершенно не умею стрелять, да и, говоря начистоту, темнота меня несколько угнетает.

– Ничего, в два счета привыкнете, – сказала Рита. – Но покамест тут есть и несколько приличных баров. Надо как-нибудь сходить вдвоем выпить.

– Спасибо, – благодарно отозвалась я.

Рита производила впечатление человека, с которым тусоваться весело.

Адам уже доел свою порцию.

– Майя, сегодня домой вас повезу я. Рита, могу и тебя подбросить, если тебе неохота ехать на снегоходе.

– Спасибо, отлично.

– А я думал,