Жестокие звезды - Константин Кривцун

Пять – один.

Второй и третий раз я забил полукрюком. Пашку обойти так и не удалось, потому и пришлось бросать мяч, отставив руку как можно дальше в сторону и прикрываясь корпусом. Но оба раза броски прошли. Пашка так и не смог блокировать их.

Пять – три. Этот счет мне нравился гораздо больше.

Я решил бросить издалека, но промахнулся. Мяч чиркнул по дужке кольца и отскочил вниз почти вертикально. Хорошо, что я не стал, стоя в отупении, наблюдать за полетом мяча, а одновременно с броском сам кинулся вперед, чтобы в случае промаха суметь подобрать мяч и попытать счастья на добивании. Мне повезло, и первым к мячу успел я. Не долго думая, бросил снова. Расстояние тут было совсем маленьким, и я без труда поразил кольцо.

Пять – четыре, и снова моя атака.

Я вновь решился на дальний бросок и на этот раз попал. Попадание пусть и не было чистым – мячик пару раз подскочил на дужке, лишь затем провалившись в кольцо, – но все равно я заработал два очка.

Пять – шесть.

Пашка начал заметно нервничать. Стас откровенно смеялся над ним. Он был осведомлен о счете. Мне оставался всего один результативный бросок – и победа будет за мной!

Я рванул сначала в одну сторону, потом в другую. Пашка на мгновение растерялся, я сделал небольшой финт, заставив друга окончательно запутаться. Пашка инстинктивно дернулся влево, а я побежал вправо, поймав его на противоходе.

Ну что ж – соперника я обошел, теперь исход матча зависит от моей точности.

Пашка тщетно пытался догнать меня, я уже сделал два шага, держа мяч в руках, и теперь возносился в воздух. До кольца оставались десятки сантиметров, с такого расстояния промахнуться достаточно трудно. И я не промахнулся. Мой бросок закончился шелестом сетки и радостными криками команды поддержки в лице Клюва и Душного. Стас, наверное, считал унизительным для себя громко кричать на публике.

Победа все-таки досталась мне.

– Молодец, – скорчив многозначительную мину, похвалил меня Стас. – Будешь играть со мной.

Не знаю, показалось мне или хулиган действительно не мог вспомнить, как меня зовут. Я пригляделся к его глазам и заметил, что они странно маслянистые. Похоже, Стас немного пьян.

Пашка не выглядел пораженным. Он похлопал меня по плечу и занял место у края площадки, стараясь не подходить близко к Душному с Клювом.

– Давненько не виделись, – хмыкнул Стас, проверяя, хорошо ли отскакивает мяч от асфальта. – Кто начинает?

– Давай ты, – развел я руками. – Ты ведь вроде новенький.

– Новенький! – повторил за мной Стас. – Хорошо сказал, малявка! Сейчас я тебе покажу, кто тут, в баскетболе, по-настоящему новенький.

Я сглотнул. Игра будет жесткой.

– Врубай! – крикнул Стас кому-то из белобрысых близнецов, и над площадкой разнеслась быстрая музыка, изобилующая басами и ударными. – Поехали, Серега!

Более быстрый и сильный в сравнении со мной, Стас носился по полю со скоростью метеора. Вместо его фигуры я зачастую видел только размытые линии. Я не знал, как остановить своего противника, и первые три очка он выиграл легко. Потом я махнул рукой и, в очередной раз защищаясь, выдохнул, а потом мгновенно занял позицию на пути Стаса. Главное по правилам баскетбола – не двигаться во время столкновения. И я застыл, напрягая все мышцы в ожидании удара. И Стас действительно врезался в меня, заставив отлететь на пару метров и проскользить еще метр по асфальту на локтях и ягодицах.

Штаны я, к счастью, не порвал, а вот руки после падения были в грязи и крови.

– Фол! – крикнул я еще с земли.

– Фол! – подтвердил нарушение правил Пашка.

Но Стас никак не прореагировал на наши крики и спокойно забросил в кольцо четвертый мяч. Клюв и Душный радостно свистели и улюлюкали.

Я зло поднялся на ноги, отряхнулся и подошел к довольному сопернику.

– Ты сбил меня, хотя я не двигался. Мяч не засчитывается!

– Да? – удивился Стас. – Был фол?

Душный и Клюв как будто только и ждали этого вопроса.

– Нет! Все честно!

– Он фрет!

– Ты двигался, Серега! – подытожил Стас. – Не надо меня обманывать, это нехорошо!

– Прекрати паясничать, – резко осадил я его. – Ты в баскетбол пришел сюда играть или снова решил подраться?

Наверное, это смешно выглядело, как я со сжатыми кулаками кричу на парня выше меня на голову и раза в два шире. А я чувствовал в себе ту же силу, как во время драки из-за лимонада, и сейчас был как никогда серьезен. Скорее всего, мне повезло тогда, но с тех пор я подрос и стал пусть капельку, но все-таки опаснее.

– Ладно, играем дальше! – Стас криво усмехнулся. – Три – ноль! Только в следующий раз я твои сопливые песни в качестве оправданий не приму. Еще раз подставишься – твои проблемы!

Стас на этот раз выбрал выгодную позицию для броска из-за двухочковой линии и, предварительно отпихнув меня, кинул мяч. Мячик даже не зацепил дужку, он попросту сразу улетел за пределы площадки. Недолет.

Я улыбнулся и пошел подбирать мячик. Теперь моя очередь атаковать.

Вернувшись на поле, я бросил взгляд на Пашку и увидел, что мой друг как-то странно напряжен и бледен. Я поразмыслил секунду над этим, но так и не понял, в чем дело.

Игра продолжилась. Я не стал лезть на Стаса – локти все еще болели. Попробовал держать мяч, выбирать выгодную позицию и бросать, не сближаясь с массивным противником. И мне удалось сделать все, как я хотел. Пересек двухочковую линию, сделал пару финтов, прицелился и бросил.

Три – один.

Снова зашел за линию, крутанулся в одну сторону, в другую, перебросил мячик за спиной, обходя Стаса, но нет – не в борьбу – два шага назад и бросок. Мяч в кольце.

Три – два.

Стас сердится. Это видно по его дыханию и красным щекам. Пускай сердится! Два шага вперед, финт, отступить, резко влево под руками, пробросить мяч между ног и, ожидая толчка в спину, быстро бросить!

От удара я покатился по полю, на этот раз разодрав ладони и лицо. Зря я обошел Стаса! Мяч тем не менее, покачавшись на дужке, провалился в кольцо.

Три – три.

Я встал и, ойкая от боли, почистил одежду.

– Я порву тебя, сосунок! – пропыхтел Стас, «по-джентльменски» передавая мне в руки мячик.

– Пошел ты! – бросил я ему и снова взглянул на Пашку. Он явно был не в себе. Пашка прислонился к столбу и мелко подрагивал. В чем же дело? Заметив, что я смотрю на него, Пашка помахал мне рукой:

– Все в порядке! Играй!

Я пожал плечами и вернулся к игре. У меня стали появляться кое-какие мысли по поводу того, из-за чего Пашка мог так напрягаться. И я решил эти мысли проверить.

Поэтому, не думая и не целясь, беспечно положившись на своего друга, я бросил в направлении щита из-за двухочковой линии. Мяч как-то странно вильнул в воздухе и скользнул прямо в кольцо.

Три – пять.

Вот так расклад. Пашка действительно помогал мне! Не знаю, было ли это честным, но я бросил издалека еще раз. То, что мячом управляют, оказалось очень хорошо видно. Разъяренный Стас высоко выпрыгнул, блокируя мой бросок, но мячик хитро уклонился от рук парня и, вернувшись на траекторию, спокойно прошелестел сеткой, пролетая сквозь заветное кольцо.

Я победил!

Стас витиевато выругался и схватил меня за грудки:

– Не знаю, что вы там с вашим другом творите с мячиками, но ты мухлевал, сосунок! Богом клянусь, мухлевал!

– Убери руки, Стас! Чего ты так завелся? Мы ж на интерес играли!

– Тьфу! – парень плюнул прямо на поле. – Мы еще сыграем с тобой! Я тебя еще порву, мелюзга!

Стас отпустил меня и пошел к веселящимся приятелям. Два несильных выпада – и смех сразу стих. Клюв принялся тихонько ругаться, растирая челюсть, а Душный старался восстановить дыхание после удара в живот. Музыка тоже резко умолкла.

– Идиоты! – крикнул им Стас. – Натворили делов – все в проколах, на заметке у милиции, а все равно ржете, как ненормальные! И положи назад сумку Сергея, тупица!

Оказывается, Клюв успел уже украсть лежащий у края площадки рюкзак.

– Счастливо оставаться, малявки! – обратился к нам Стас. – Я завтра в Академию, а через год – на Фронтир. Так что увидимся не скоро. Ну, думаю, вы скучать не станете!

И, уже перебравшись через ограду обратно на дорогу, Стас обернулся к нам с Пашкой и добавил:

– Спасибо за игру!

Нам не оставалось ничего другого, как хором ответить:

– Пожалуйста!

– Ты показывал ей, как летаешь? Совсем рехнулся?

Пашка пожал плечами:

– А что тут такого. Она пообещала никому не рассказывать…

– Господи! У нас же был уговор, Паша! Зачем?!

Пашка жестом прервал мою тираду. Я понял, что приближается Наташа. И еще понял, что сейчас что-то случится.

Предчувствие не обмануло.

Наташа подошла и, поздоровавшись со мной, попала в объятия Пашки. Их губы сомкнулись в поцелуе. Их губы сомкнулись в поцелуе, и у меня упало сердце.

Они теперь не просто друзья – Наташа стала Пашкиной девушкой! Я с ужасом и отчаянием вспомнил свои жалкие попытки флирта, робкие прикосновения к ее руке и животу… Ловкий Пашка в два счета обскакал меня. Показал, как летает, и Наташа растаяла перед ним апрельским снеговиком. Конечно, он ведь супермен! Оп-ля – и в облаках! А я что могу? Ничего! Ровным счетом ничего. Я неудачник, а Пашка – счастливчик.