Наказание и преступление. Люстрация судей по-Харьковски - Тарас Покровский

Начиная с того, что его холостяцкая квартира, в том числе и его же руками под ее руководством за неделю наконец приобрела подобающий жилой вид. Его пищевой рацион холостяка был мгновенно заменен на нормальное домашнее питание. Его чистые, поглаженные рубашки, наконец перебрались из постирочной корзины в шкаф на свои тремпеля. В плане секса, что было очень важно для Кули, эта девочка была супер, а главное было то, что в ней чувствовался сильный потенциал, о котором потом некоторые говорят, как о непрочитанной книге. Но а о самом главном потенциале Ирины, о самой главной и важной женской черте, о верности и о преданности, красноречиво Куле было продемонстрировано в случае с полтавчанкой. Он оценил проявленную ею стойкость и самоотверженность в этом случае, как степень ее преданности ему, степень ее верности и степень любви.

"А что же тебе еще нужно?", "Почему ты так себя ведешь?" — возникли у Кули вопросы сами к себе после того, как он все это осмыслил. Ему сразу стало стыдно перед Ириной за свое скотско-плотское отношение к ней. Сразу захотелось как-то изменить ситуацию, извиниться и зализать раны, и почти одновременно с этим чувством вины пришло чувство страха. Страх за то, что а если бы она сегодня не позвонила, или если она передумает сейчас, и уже не приедет?… Куля почувствовал как его слегка бросило в пот…, но тут раздался входной звонок и он побежал открывать.

— Ну где же так долго едешь? — возбужденно и радостно набросился он на входящую в квартиру Ирину. Немного чего-то побаиваясь, он украдкой посмотрел ей в глаза. Там, было небольшое недоумение от такой бурной встречи и интерес, ну а остатки нанесенной обиды, хоть и были замечены, под напором Кулиного внимания и опеки, ничем себя не обнаружили. Куля набросился на нее как на родную, которую не видел продолжительное время с горячими поцелуями и крепкими объятиями. С минуту Ирина стояла опешевшая от такого приема, боясь верить собственным глазам, или боясь что-то нарушить, испугнуть. Она молча стояла и наслаждалась тем, чего хотела в последнее время больше всего в своей жизни. Подобное обращение от Паши она чувствовала впервые. Он вел себя совершенно по другому, чем раньше, явно ощущалась искренность проявляемых им чувств к ней, его желание и радость. Наконец-то ее любимый, единственный ответил ей взаимностью. Ирина быстро забыла все обиды и пребывала на седьмом небе.

После этого случая с полтавчанкой Куля изменил свое отношение к Ирине в корне. Он отказался от каких-либо дурацких проверок на преданность, перестал смотреть на нее с высока, а вернее с высоты той преграды, которая была им воздвигнута от нападения на него всего женского рода. Можно сказать так: Куля расслабился, и попытавшись забыть тот удар в спину, настроил себя на жизнь с чистого листа. Преграда в душе была еще полностью не разрушена, а доверие не восстановлено, просто поверив Ирине, он только ей одной дал возможность обойти стену и приблизиться к его сердцу.

Он пустил ситуацию на самотек, ничего не тормозил и не форсировал. Жил как живется, наблюдал и потихоньку вкушал прелести неодинокой жизни. Она ему явно нравилась. Все больше и больше нравилась ему и Ирина. Употребить слово любовь по отношению к ней, Куля в себе все-таки не торопился. Он чувствовал любовь Ирины к себе и это было главным для него, а остальное он был готов взять под свою ответственность. Кто-то как-то сказал: "в семье из двоих любить должен кто-то один, а другой должен позволять это делать". Куле показалось такое правило логичным, и имеющим свой смысл. Все вело к тому, что пришло время заводить полноценную семью, во всяком случае, все что для этого было необходимо, у Кули было, или почти все.

Наученный горьким опытом с предыдущей претенденткой в жены, с которой у него не получилось зачать детей за три года совместной жизни, Куля побаивался повторения проблемы. Поэтому ничего никому не объясняя и не комментируя, он как-бы невзначай перестал заботиться о мерах предохранения от нежелательной беременности. Результат такой акции запомнился Куля тоже на всю жизнь.

Где-то через два месяца после своей полтавской командировки, он уехал на несколько дней в Россию, но в этот раз без амурных приключений. По возвращению, как обычно, он зашел в квартиру, а любящая женщина естественно вышла его встречать, обнимать и целовать. Куля тоже сильно соскучившись, сжал в объятиях свою ненаглядную, а когда заглянул в ее глаза заметил там явную тревогу.

— Что-то случилось? — спросил сразу он.

— Н-нет, ничего не случилось, — не уверенно ответила Ирина, но в глазах промелькнул еще и страх.

— Ира, но я же вижу, что ты сама не своя, признавайся, что случилось.

— Я беременна, — тихо сказала она и во все глаза посмотрела на Кулю.

Тяжело описать все те чувства, которые в ту секунду наполнили грудную клетку Кули. Но в первую очередь ему захотелось успокоить свою любимую. Он почувствовал себя тираном. Довел девочку до того, что она, узнав о беременности, от страха быть отвергнутой не находит себе места.

— Ты прелесть любимая, я срочно делаю тебе предложение, ты согласна выйти за меня замуж.

— Согласна…

— Я так счастлив! И хочу чтобы ты была счастлива, а поэтому обещаю, что сделаю для этого все, что в моих силах.

Таким образом Кулин фрегат, наполнив свои паруса счастьем, верой и любовью, впервые в жизни почувствовал неизвестное ему до сих пор приятное чувство огромной ответственности, мощнейшую потребность заботиться о ком-то, оберегать и лелеять. С Кулей случилось то, что, наверное, можно интерпретировать как человеческое счастье- это когда тяга основного инстинкта сходится в одной точке с более изысканной силой сердечного происхождения, и это все в какой-то момент обретает четкие формы в реальной жизни. К слову, наличие при этом денег конечно желательно, но как показывает жизнь не обязательно, хотя как показывает та же жизнь — долго в камышовом шалаше рай не удержать.

Глава IV Круиз под чужими флагами

Жизнь продолжалась своим чередом, правда уже в другом качестве и совершенно в другом русле. И хотя планы Кули по взращиванию собственного серьезного бизнеса опять пробуксовывали, он особо не удручался. Позже, когда обстоятельства жизни добровольно-принудительно предлагали массу времени для воспоминаний о былом, Куле было приятно вспоминать этот тихий, бархатный период жизни, пока Ирина была беременна. Это были длинные зимние вечера вдвоем, когда им совсем не было скучно. Они чудесным образом находили общие интересные темы для разговоров, играли в карты в дурака, а еще Ирина, не смотря на все запреты, связала своему Пашеньке чудесный свитер, который потом, гораздо позже в тяжелые холодные времена, согревал Куле не только тело, но и душу.

Но кроме того, что спокойствием и размеренностью отличался этот период в личной жизни, так еще и по работе установился неприятный штиль. И если первое обуславливалось конкретными причинами и несло собой четкую цель и ожидание радости, то второе несло только безденежье, раздражение и депрессию.

Куле пришлось уже даже немного раздробить свои амбиции на самостоятельный бизнес. Он был готов уже на свое участие в чужом, но только на ответственном, относительно самостоятельном посту. Например должность руководителя регионального отделения какого-либо бизнеса.

Для достижения цели на этом поприще он разослал свое резюме в разные агентства по нескольким крупным городам Украины, да и кроме этого предпринимал разные активные шаги по поиску подходящей вакансии.

В какой-то момент один его хороший товарищ рекомендовал ему, и его, на одно производственное предприятие, которое нуждалось в начальнике отдела сбыта производимой продукции. Производство было относительно не большое, молодое и перспективное, как и его руководство. Принадлежало все хозяйство группе взрослых дядек, а непосредственное руководство было в руках сына одного из этих господ. Папа-учредитель конечно пристально присматривал за действиями своего чада у руля, но создавалось иногда впечатление, что это только мешало молодому, амбициозному и умному не по годам парню.

Первое собеседование с руководством, после беседы с работником отдела кадров, Куля в качестве соискателя на должность провел именно с папой-учредителем. Учитывая, что существующий начальник отдела сбыта не знал о поиске руководством ему замены, беседа прошла завуалировано, и вообщем коротко. Куле выделили автомобиль, командировочные и дали семь дней на изучение и анализ ситуации на рынке с их продукцией в трех городах Украины. После произведения анализа от Кули требовалось его личное видение ситуаций с производимой продукцией на изученных территориях, и предложение им стратегии по увеличению объемов продаж в условиях существующей коньюктуры рынка.

Куле сразу понравился открытый по отношению к нему, по деловому краткий и предметный подход к делу этого, уже состоявшегося бизнесмена-папы, и он с удовольствием занырнул в поставленную задачу.