Еще один шанс - Хейли Норт

– Я старался избавить тебя от такого потрясения, – сказал отец.

Если бы Джейк не был пристегнут ремнем, он бы, наверное, свалился с сиденья.

– Я не уверен, что понимаю, о чем ты.

– Особая вещь, которой учит тебя армия, – это умение переживать перемены. – Отец вырулил в правый ряд и обогнал универсал с прицепом.

– Думаю, ты имеешь основания говорить так, – сказал Джейк. Ему не хотелось соглашаться. Постоянные переезды многому учат ребенка, в том числе не пускать корни и не привязываться к кому-то. Но он не мог сказать, что это помогает, узнать жизнь, когда в один день ты здесь, а на следующий можешь уехать.

Единственный раз, когда он нарушил неписаное правило «никогда не оглядывайся назад», он получил такой удар, который так и не смог забыть.

– Ты посмотрел мир, – сказал отец, – и я горжусь тем, чего ты достиг…

– Спасибо, – сказал Джейк, удивленный комплиментом. Удивленный? Скорее потрясенный. Что такое с его отцом? Делится своими чувствами. Хочет побыть с сыном на празднике. Влюбился, может быть, и это в его-то возрасте. Кто бы ни была его подружка, она должна быть яркой личностью, если изменила его на сто восемьдесят градусов. Взять, к примеру, отцовское приглашение – его можно даже назвать настойчивостью, – чтобы Джейк встретился с ним здесь на Рождество.

В семье Портер Рождество никогда не, был семейным праздником. Отец чаще всего был на службе, а мать Джейка вряд ли знала, что в остальных семьях по всему миру наряжают елки и складывают под них подарки, завернутые в яркую бумагу.

Джейк покачал головой, иронизируя над самим собой. В его жизни не было тепла и семейных традиций. И он не желал такого никому другому. Существовали веские причины, почему он поклялся не создавать следующее поколение Портеров.

Было непохоже на полковника говорить о самом себе, особенно проявляя какие-то эмоции. Джейк не помнил, чтобы его отец как-то проявлял свою любовь, он считал, что большинство мужчин таковы. Это мамочки обычно хотят целовать и обнимать своих детей. Полковник только козырял и пожимал руку. Когда выяснилось, что Джейк отличник по всем предметам в первой половине средней школы, отец подарил ему памятную монету – серебряную Свободу.

Он пообещал ему, что, если Джейк до выпуска останется круглым отличником, он подарит ему золотую монету.

Этот подарок так никогда и не материализовался. К тому времени полковник уехал в очередную командировку, а его мать, Ариэль, бросила его в Дулитле у дальней родственницы, такой же далекой ему, как Плутон от Солнца. Джейк поступил в колледж, который сам выбрал. Было очень трудно получать плохие оценки в таком месте, как средняя школа Дулитла, но ему удалось получить четверку по труду, единственную среди вороха его обычных пятерок.

В день, когда отец появился, чтобы забрать его из Дулитла, он был слишком занят, изливая свой гнев на Ариэль за ее недостойное матери поведение, чтобы наказывать Джейка за единственную четверку за четыре года средней школы.

Забавно, но у него было бы «отлично» по труду, если бы не Харриет Роджерс: Он пошел в магазин на площади Дулитла, чтобы купить плакатный щит для семестрового проекта. Он собирался купить доску, выбрать маркер и нарисовать дурацкий схематический чертеж, который учитель требовал приложить к проекту. И он помнил, во что вылилась покупка плакатного щита.

Джейк улыбнулся, вспоминая потрясенное лицо учителя труда, когда он вошел в класс с бредовой версией выдвижной дороги из желтого кирпича. Харриет рассказала ему, чего именно требует учитель труда от учеников, а потом описала, что бы сделала она. После этого она на скорую руку показала, как это сделать прямо в магазине, рассуждая об отсутствии воображения у девяноста девяти процентов населения.

Джейк смотрел на нее и восхищался, хотя она была чудная. Он слышал от ребят в школе, что никто не встречается с ней, кроме Донни Смита, самого богатого парня в городе и второго по странности после Харриет. Проблема Донни была б том, что ему не нравились девушки, а проблема Харриет – в том, что она не нравилась парням. Джейк понимал почему – она смотрела парням в глаза и говорила им, что они глупые, грубые и лишены воображения.

Джейк подвинулся на сиденье, глядя в окно на облетевшие деревья вдоль дороги. «Никогда не оглядывайся назад». Этот урок был отпечатан в нем с самых ранних лет. И то, что случилось между ним и Харриет, единственной встреченной им в жизни девушкой, которую он захотел найти снова, только закрепило этот урок.

Прошло много лет с тех пор, как он думал об этом, но он до сих пор слышал голос в телефонной трубке, так радостно сообщивший ему, что Харриет Роджерс не работает в магазине с тех пор, как вышла замуж сразу после окончания школы. «Никогда не оглядывайся назад». Джейк смотрел на габаритные огни полуприцепа, за которым они ехали. Он прочитал, что по номеру «восемьсот» заинтересованные лица могут позвонить, чтобы поблагодарить или пожаловаться на водителей грузовиков. Он взглянул на часы.

– Так твоей матери нравится Нэшвилл?

Джейк кивнул, радуясь, что отец прервал его раздумья. Он обычно не знал, как разговаривать с полковником, а сейчас они уже обменялись таким количеством фраз, как никогда раньше. Но черт возьми, этот их разговор заставлял Джейка нервничать больше, чем молчание.

– Это хорошо.

– Да, сэр.

– Мои родители потеряли ферму, – сказал полковник. – Я уехал в колледж. Отец заболел, а мама не могла справляться одна. Банк забрал ферму. Они сняли дом, и когда я следующим летом приехал домой, в нашем доме уже жили другие люди.

– Боже, – воскликнул Джейк, – это ужасно!

– Им надо было сказать мне. Я бы оставил школу и вернулся домой, чтобы помогать им.

Джейк кивнул. Его отец поступил бы именно так. Нет сомнений, что именно поэтому его дедушка с бабушкой, которые умерли еще до рождения Джейка, ничего не сказали своему сыну.

– Я никогда не знал об этой истории, – сказал он.

– Значит, не было необходимости, – ответил отец. – На следующем выезде есть «Макдоналдс». Ты голоден?

– Да, сэр, – ответил Джейк.

Глава 10

Дом, не такой уж милый дом

Пять лет.

Харриет проехала мимо заправки. Мужчина в рабочем комбинезоне, прислонившийся к бензонасосу, смотрел на нее разинув рот, как будто никогда не видел «хаммер». Она вздохнула. Эта заправка выглядела именно такой, какой она помнила ее не только со времени своего последнего визита, но и с тех пор, как училась в школе.

Некоторые вещи никогда не меняются.

Слава Богу, что она изменилась.

– Уже приехали? – Зак сел прямо, моргая, и потянулся.

– Мы в Дулитле, – ответила Харриет. – Скоро будем в гостинице.