Рядом с тобой - Кейси Уэст

– Прямо сейчас я мог читать.

– А я прямо сейчас могла есть домашнюю еду, но мы оба чем-то жертвуем ради общего блага.

Дэкс улыбнулся, затем зубами вскрыл обертку:

– В этом ты так же хороша, как в покере?

– Эй! Подкалывай, когда победишь.

Мы положили пружины на верхние ступеньки. Я досчитала до трех, и мы их отпустили. Его пружина прошла три ступеньки, а потом упала на пол между рейками перил. Я засмеялась – моя пружина продолжала свой путь.

– Ты все еще в игре, – сказала я. – Просто должен поднять пружину и вернуть на ту же ступеньку.

Дэкс спустился быстрее, чем я ожидала, и внизу перепрыгнул через перила. Взял пружину и побежал наверх. Никогда не видела его таким оживленным. Дэкс вернул пружину на ступеньку и подтолкнул ее, чтобы она зашагала. Но слишком поздно – я привела свою к победе, не успела его прошагать и пяти ступенек.

Я вскинула руки в воздух:

– Победитель! И кто теперь может подкалывать?

Дэкс скрестил руки и прислонился к перилам, словно ожидая моего лучшего подкола.

– Я победила, потому что лучшая, – неуверенно произнесла я.

– Вижу, у тебя было много практики.

– Я постоянно выигрываю. Просто не хвастаюсь.

Парень хохотнул и поднял пружину с пола:

– Два из трех?

– Конечно. У нас же куча времени.

После моей пятой победы подряд Дэкс, стоя на самом верху лестницы, рассматривал свою пружинку:

– Наверное, моя неисправна.

– Это ты придумал себе такое оправдание? – хихикнула я.

Парень перевернул пружину и потянул за конец:

– Будь у меня пенни и жвачка…

Я нахмурилась:

– Что?

– Если одна сторона станет тяжелее, думаю, пружина зашагает быстрее.

– А для чего жвачка?

– Чтобы чем-то прикрепить пенни.

– И жвачка – самый лучший вариант? Не скотч, не суперклей?

– Я пытался придумать, что реально можно найти в этом месте.

– Давай перейдем к следующей игре, пока ты не начал рыскать под столами.

– К следующей игре?

– Иди за мной.

Я повела Дэкса в конец коридора, мимо бронзового бюста директора колледжа, который раньше располагался в этом здании, и уже на месте развернулась. В моем кармане лежали и другие игрушки в упаковках, и я достала два мини-фрисби с пластмассовыми пускателями.

– Ты устанавливаешь фрисби в пускатель и запускаешь. Чей пролетит дальше, тот и победит.

– А есть секрет, как запустить его дальше?

– Не знаю. Это ты мастер по секретам. – Осознав, как это прозвучало, я быстро добавила: – В смысле пенни, жвачка… может, и для этого что-то припасено.

– Нет.

– Ну, я не играла в них с детства, поэтому понятия не имею. Хочешь потренироваться?

Я думала, Дэкс откажется, но он разорвал обертку, внимательно рассмотрел синий диск и кивнул. Он воспринимал это серьезнее, чем я думала. Я пристально посмотрела на парня.

– Что? – нахмурился Дэкс.

– Ничего.

– Лжешь. Что не так?

– Ты любишь соперничать.

Парень ухмыльнулся:

– Не я дулся каждый раз, как проигрывал в покер.

– Я не дулась.

– Тогда как это называется?

Я запустила диск:

– Я называю это проявлением эмоций. Тебе стоит попробовать.

– Каких таких эмоций? – Дэкс тоже запустил диск. Его фрисби перелетел мой метра на два. Как он это сделал? – Так я победил?

– Нет! Это была тренировка. Ты хотел потренироваться.

– И кто из нас любит соперничать?

Я толкнула парня в плечо:

– Не я. Просто мне нравится следовать заранее установленным правилам.

Дэкс засмеялся и забрал наши диски:

– Как хочешь, так и называй.

Когда он поднял руку с пускателем, я толкнула ее, и диск угодил в стену.

Дэкс заворчал, но его глаза улыбались.

Я подняла свой пускатель и не заметила, как Дэкс шагнул мне за спину. Он резко взял меня за талию и развернул в другую сторону.

– Жулик! – закричала я, когда мой диск отрикошетил от окна за нами.

– Я думал, отвлечение – одно из заранее установленных правил.

– Ладно, хорошо. В этот раз никаких помех. Запустим их вместе.

Когда мы подняли пускатели, я все косилась на Дэкса, ожидая, что он толкнет меня или учудит что-нибудь еще. Этого не произошло, но я сбилась и слишком высоко запустила фрисби. Дэкс же запустил свой твердой рукой. И победил.

– Еще не пора второму правилу вступить в силу? – спросил Дэкс, полностью разгромив меня в нескольких раундах игры во фрисби.

– Второму правилу?

– Чтение.

– А-а….

– Третье правило тоже сойдет.

– Я наложила вето на третье правило. Последняя игра. – Я потянула парня за руку в стеклянный переход. Витраж сверкал еще ярче, потому что свет отражался от снега, покрывшего все вокруг. Я передала Дэксу «липкую руку». – Нам нужен дополнительный матч.

– Что за игра?

– Чья рука продержится на стекле дольше, тот и выигрывает.

– Выигрывает что?

– Ты хочешь на что-то сыграть? На правду?

Дэкс пощупал игровую руку, будто проверяя ее липкость, затем кивнул:

– Да.

Я досчитала до трех и бросила свою красную руку через перила. Она приклеилась чуть выше арки на окне. Зеленая рука Дэкса приклеилась к окну лишь частично. Я выиграю. Просто надо подождать.

– Как долго они провисят? – спросил парень.

– Однажды брат закинул руку на потолок, и она провисела там два дня, – улыбнулась я.

– Два дня?

– Это не норма. Ты не играл в такие в детстве?

– Нет. Не играл.

Я села, прислонилась к перилам и вытянула ноги перед собой.

– Классные носки, – сказал Дэкс.

Я, улыбнувшись, натянула носки на джинсы, и, хотя знала, что теперь выглядела смешно, мне стало гораздо теплее.

– Спасибо. Всем стоит их так носить.

Дэкс сел рядом, наши плечи почти что соприкасались. Между нами словно сквозила какая-то энергия. Вероятно, в этом коридоре единственным источником тепла были мы, и от этого энергия казалась осязаемой.

– Сколько твоему брату? – спросил Дэкс.

– Он на втором курсе университета. Девятнадцать. Так что я самая младшая, со всеми этими забавными чертами характера.

– Что за черты?

– Покладистая, целеустремленная, проницательная.

– Ты позволяешь этим чертам определять, кто ты есть?

– Нет. Есть много характерных черт самых младших детей, которые мне совсем не подходят. Что насчет тебя? У тебя есть братья или сестры?

Я слишком поздно поняла, что для Дэкса это могло быть больной темой. Он жил в приемной семье. Я не знала, как поступают органы социальной опеки.

– Нет. Думаю, это придает мне черты, характерные для единственного ребенка в семье.

– И что это за черты?

– Эгоистичный, скрытный, равнодушный.

Дэкс улыбался, так что я поняла, что хотя бы отчасти это шутка.

– Мне кажется, ты имел в виду «уверенный, независимый, высокомотивированный».

– Ты читаешь много книг по психологии?

При моем-то состоянии – да, много.

– Да, и