Женщина для чемпиона - Натали Андерсон

— Не могу, Келси, — твердо сказал он. — Как бы мне ни хотелось поймать тебя на слове, я не могу.

«Как бы ему ни хотелось», — подумала Келси с обидой.

— Почему нет? Тебе нужна свобода, Джек. Ты живешь на чемоданах, твой образ жизни не предполагает семьи. Прекрасно. Речь не о тебе, а о том, что лучше для ребенка. Для него лучше, чтобы ты исчез.

Он замер, потом подошел ближе.

— Вероятно, так лучше для тебя, но я никогда не поверю, что это в интересах нашего малыша. У него должно быть двое любящих родителей.

«Любящих так, как «любил» мой предатель-отец, который в конце концов нашел себе новую красивую дочь? — с горечью подумала Келси. — Джек — такой же игрок, для него удовольствие значит больше, чем семья».

— Ты способен любить ребенка, Джек?! — выкрикнула она пронзительно, вымещая старую обиду. — Способен быть рядом с ним каждую минуту и нести ответственность за все, что с ним происходит?

Когда тишина стала невыносимой, Келси наконец взглянула на него. По тому, как побледнело загорелое лицо, она поняла, что привела Джека в бешенство.

— Не надо читать мне мораль о том, каким родителем я должен быть, — произнес он угрожающе тихим голосом. — Ты ничего не знаешь обо мне, Келси, но обещаю, что я исправлю этот пробел. — Он повернулся. — Ухожу, пока мы не наговорили лишнего. Завтра я вернусь.

Тяжелая деревянная дверь захлопнулась за ним с грохотом, потрясшим основание дома, простоявшего надежно, как скала, более полувека.

Глава 6

Разве Келси ничего не знала о Джеке? Знала более чем достаточно, поэтому ей не хотелось поймать в капкан такого зверя. Но еще больше ее пугало, что ребенок повторит ее судьбу. Она помнила, сколько раз в детстве с нетерпением ждала обещанного прихода отца и какое разочарование испытывала, когда он не появлялся. Его уход в другую семью стал ударом, от которого Келси не смогла оправиться. Чувство отверженности глубоко укоренилось в ее душе, наложило отпечаток на всю жизнь. Лучше уж вырасти совсем без отца, чем с таким, о котором потом вспоминаешь с обидой и злостью.

Келси не сомневалась, что Джек действовал из лучших побуждений, но знала, что в конечном итоге он все равно уйдет. Лучше убедить его сразу оставить их. Она должна придумать, как это сделать.

Утром Джек позвонил.

— Чем могу быть полезной? — спросила она голосом секретарши, принимающей в офисе звонок клиента.

— Келси, не дури. Нам надо поговорить.

К ее удивлению, голос Джека звучал вполне дружелюбно, даже весело.

— Не надо, Джек. Думаю, будет лучше, если мы вообще больше не увидимся.

— О чем ты?

— Закончим отношения здесь и сейчас. — Келси затаила дыхание, ожидая взрыва эмоций, но услышала смех:

— Ты всерьез полагаешь, что такое возможно?

— Конечно.

— Ты не сможешь одна, Келси.

— Посмотрим, — сказала она. — Моя мама справилась, как и миллионы других женщин.

— Тебе нет нужды повторять их подвиг.

В наступившей гнетущей тишине Келси крепче вцепилась в телефонную трубку.

— Я потребую совместной опеки через суд. — Голос Джека стал жестким.

— Ты спятил! — поперхнулась Келси.

Ее бросило в жар. Он же должен понимать, как скандал отразится на его звездной репутации! Ему что, настолько невыносимо проигрывать?

— Я не отступлюсь, Келси.

Теперь ее тряс озноб. На смену глобальному потеплению пришел ледниковый период.

— Делай что хочешь, — вздохнула она.

Если Джек попытается выполнить угрозу, она будет стоять до последнего. Но еще можно было надеяться, что за время ее беременности у Джека начнутся соревнования, появятся новые женщины, а эта история забудется ко всеобщему удовлетворению.

— До рождения младенца нам нет необходимости встречаться. Пусть твой адвокат свяжется со мной, когда ребенок появится на свет.

Возникла длинная пауза. Келси даже решила, что он закончил разговор.

— Келси? — Его голос был холодным и ровным.

— Что? — Нервы натянулись как струны.

— Не думай, что сможешь сбежать от меня.

Келси повесила трубку и стала собираться на работу, выбрав черные линзы под стать траурному настроению. Побег не входил в ее планы. Она не собиралась отказываться от места, где тяжелым трудом заработала репутацию ценного специалиста. Еще меньше ее привлекала перспектива с позором вернуться домой к матери.

До сих пор Келси последовательно воплощала все мечты родительницы — уехала из их маленького города, поступила в университет, устроилась в процветающую фирму, сняла уютную квартирку в престижной части города. Короче говоря, превратилась во вполне успешную женщину, чего никак не ожидали от нее снобы, у которых мать работала уборщицей.

Келси боялась признаваться матери в грехе, от которого та ее особо предостерегала. Конечно, миссис Рейд не жалела, что родила Келси. Просто не хотела, чтобы дочь повторила ее судьбу, связав себя по рукам и ногам неожиданным ребенком.

Зато пустые угрозы Джека ее ничуть не испугали. Но ее беспокоило, что в его присутствии она стремительно теряла способность говорить «нет», как парализованный взглядом удава кролик. Правда, в отличие от удава сила Джека заключалась в его соблазнительности — в небесной синеве глазах, обаятельной улыбке, совершенном теле. Против воли разума женское естество Келси стремилось к нему, поэтому она и не хотела его видеть. Джек был плейбоем, прекрасным любовником на одну ночь, но отнюдь не тем материалом, из которого куются отцы семейств. Келси не сомневалась, что в браке он будет бесконечно лгать и изменять, как ее отец. В этом противоречии ее немного утешала мысль, что через несколько месяцев, глубоко беременная, она наконец обретет способность смотреть на него без вожделения.

Джеку потребовалось немало времени, чтобы успокоиться после первого разговора с Келси. Он надеялся, что за ночь оба остынут и смогут договориться, но ошибся. Его начало трясти от злости, когда он только набирал ее номер, а потом он вообще перестал владеть собой. Откуда только взялись слова «совместная опека»? Как это вообще возможно, если один из родителей проводит как минимум по полгода за границей? Однако он не допустит, чтобы его лишили всяких прав на ребенка, и будет помогать его матери независимо от того, нравится ей это или нет. Джек считал, что причина ее глупого упрямства — страх, но старался не винить Келси, потому что и сам боялся.

Все случилось так не вовремя! Ему нужно было как можно скорее выходить на пик формы перед чемпионатом Южного полушария. Высокие достижения в спорте доступны только молодым; чтобы рассчитывать на медаль, Джек должен был отбираться именно на эту Олимпиаду. Его давно дожидалась тренировочная база в Уистлере. Проблему с Келси следовало решить как можно быстрее.