Приручить 'Демона' - Рада Мэй

дурь из головы и занялась учёбой.

- Эм... то есть это такой педагогический приём - убить любовь разочарованием? И со мной вы то же самое провернуть пытались? Ну, извините, не вышло, - я с сожалением развела руками, томно вздохнула и одарила собеседника преувеличенно нежным взглядом, от которого тот поперхнулся кофе и закашлялся. - И вообще, сами виноваты, что мне такие сны снятся. Нечего было с поцелуями лезть.

Возмущённый Демьянов быстро огляделся по сторонам. А убедившись, что нас никто не слышит, понизив голос, сердито прошипел:

- Я же не знал, что ты настолько распущенная!

- Не распущенная, а страстная, - возразила, нарочито медленно расправив складки на шёлковой блузке в районе декольте, надо сказать, довольно откровенного.

Демон, проследив за моими движениями, уничижительно хмыкнул и отвернулся, язвительно бросив:

- Злобина, не все мужчины одноклеточные.

Такое пренебрежение к моим женским чарам задело, и я окончательно удостоверилась, что у него проблемы с потенцией. Нормальные мужики так не реагируют, а у этого «многоклеточного» нужные клетки, видимо, просто не работают!

Кстати, о нормальных мужиках, один из них - преподаватель литературы Иван Морозов как раз спешил в нашу сторону с обворожительной улыбкой. И улыбался он явно не коллеге по цеху. Не то чтобы Морозов со мной заигрывал, просто мимоходом строил глазки, как и любой симпатичной студентке, питая самолюбие ответным интересом к своей персоне. Но поскольку с моей стороны интереса не было, знаков внимания мне доставалось порой чуть больше, чем остальным.

- Ревмира, вы так быстро убежали после пары, а мне очень хотелось продолжить нашу дискуссию, - заявил «Ванечка», небрежно кивая хмурому историку и присаживаясь к нам за столик.

Отечественная литература была предыдущей парой, и мы там действительно немного поспорили, но продолжать не хотелось.

- Не вижу смысла, я всё равно останусь при своём мнении.

Этим мнением в одиннадцатом классе я не раз доводила литричку до истерики. Ну что поделать, не сходились у нас с ней взгляды на характеры и отношения героев Булгакова.

- Объясните хотя бы, почему сомневаетесь в чувствах Мастера к Маргарите? По-моему, это совершенно неоспоримый факт.

Пренебрежительно пожала плечами, медленно разворачивая рафаэллку.

- Потому что этот слабак ни за что не хочет бороться - ни за свой роман, ни за любимую женщину. Какие там чувства?

- Но, позвольте, он любил Маргариту больше жизни!

- А жить с ней был не готов. Сколько раз он её просил к мужу вернуться? Мол, с ним тебя ждёт обеспеченная жизнь, а со мной - нищета. То есть этому гению проще было от неё отказаться, чем перестать ныть, оторвать задницу от дивана и заработать на хлеб. И чего стоит такая любовь?

- Ну, разумеется, - вдруг презрительно фыркнул, прислушивающийся к нашему диалогу Демьянов, - он должен был забросить литературу, перечеркнуть свои планы, мечты и всю жизнь вкалывать, как чернорабочий, чтобы Маргарита могла наслаждаться привычной роскошью!

- Чушь! Маргарита его о подобном никогда не просила. Она на всё была готова, чтобы просто быть рядом! - возмутилась я.

- Только почему-то, когда Мастер пропал, вернулась к обеспеченному мужу.

Из уст вечно недовольного Демьянова это прозвучало как обвинение в страшном преступлении. Сдаётся мне, мы уже не книжных персонажей обсуждаем.

- А что она должна была делать? Работать за копейки и жить в дешёвых ночлежках? Зачем? Кому от этого было бы легче? - вот не понимаю я эту примитивную мужскую логику. - Она ведь не переставала его ждать и в конечном итоге всем пожертвовала, чтобы вернуть!

- Ох, какие там жертвы, - пренебрежительно отмахнулся историк.

- Тут я не согласен с вами, коллега, - возразил удивлённый нашей литературной перепалкой Морозов. - Маргарита фактически душу дьяволу отдала ради любимого.

- И жизнью рисковала! - поддакнула я.

- Умереть ради близкого человека - не подвиг. Это гораздо проще, чем жить ради кого-то, нести ответственность и делить проблемы. Если бы Булгаков не убил эту парочку в конце романа, у них не было бы будущего, - отстранённо сказал Демьянов, глядя куда-то поверх моей головы слегка расфокусированным взглядом.

Ох, как интересно! Вот сейчас речь уже точно не о героях знаменитого романа. Кто же вас так обидел, Глеб Константинович?

- Не было бы, - охотно согласилась с его выводом и мстительно добавила: - потому что Мастер - инфантильный, неприспособленный к жизни слабак! Маргарита, скорее всего, всю жизнь тащила бы его на горбу, сама зарабатывая на хлеб, пока этот гений продолжал бы жалеть себя, ну или снова корпел в музее за копейки. Конечно, это не будущее, а каторга!

- Зачем же так пессимистично? - вяло улыбнулся обескураженный моим выводом «Ванечка». - Он ведь мог прославиться и разбогатеть, благодаря своим книгам.

- А если бы этого не произошло, Маргарита, пресытившись бытом, снова вернулась бы к обеспеченному мужу, - категорично подытожил историк, рассердив меня ещё больше.

Тоже мне великий знаток женской психологии нашёлся! Вот как тут сдержаться и не сказать гадость? Не сдержалась:

- Маргарита ни за что бы не бросила любимого мужчину! А если кому-то не повезло в личной жизни, это не значит, что все женщины одноклеточные!

Вот теперь мне удалось задеть его за живое. Чёрные глаза Демьянова полыхнули какой-то бессильной злостью и попытались испепелить. В ответ я, с трудом контролируя эмоции, мило улыбнулась и невинно похлопала ресницами.

- Э… значит, ваш любимый персонаж - Маргарита, да, Ревмира? - кашлянув, привлекая моё внимание, спросил Морозов.

- Нет. Вообще-то, Бегемот. Мне близка его жизненная