Ошибки Г. К. Жукова(год 1942) - Фёдор Свердлов

Второе: Прорываться на север и выходить через боевые порядки Калининского фронта.

Как пишет Кононенко, оба варианта вызывают у Белова и его ближайших помощников, по меньшей мере, удивление. И вот почему: прорыв через главную группировку врага, теснящую части группы, был бы очень похож на попытку проломить головой каменную стену. Конечно, иногда люди впадают в такое состояние, но, как правило, у них разлетается голова раньше, чем нарушается крепость стены. Принятие такого решения принесло бы огромные жертвы и, пожалуй, было бы вообще не выполнимо. Жуков вообще меньше всего думал о жертвах. Его девизом было: «Успех, любой ценой!».

Второй вариант был более реален, но он совершенно не учитывал необходимости форсирования нашими войсками Днепра который в указанное время очень разлился и через который не было ни одной переправы. В группе же переправочные средства полностью отсутствовали. Кроме того, после форсирования реки, ей пришлось бы прорываться через железную дорогу и через автостраду, а было уже хорошо известно, как трудно это сделать. Удивляло лишь то, что такие «вещи» забыл Жуков. Сколько было положено людей при

попытках соединиться с 11-м кавкорпусом Соколова, прорываясь у Семлево и Реброво, пытаясь прорваться у Издешково? Таким образом, и второе решение Жукова приводило группу или к полному провалу или к большим потерям в личном составе.

Но Белов никогда не забывал о тех, кто, гордо называя себя, «Мы Беловцы!» - шел в атаку на любого врага. Думая о победе, он всегда прикидывал, а сколько жизней будет она стоить и делал все, чтобы победить врага с наименьшей кровью. Собрав командиров соединений и всех начальников отделов и служб своего штаба, он поставил перед ними вопрос: Как быть? Выполнять ли одно из двух решений Жукова, - тогда какое и как, или будут какие-либо другие предложения?

Некоторые из присутствующих были склонны ко второму решению, из двух зол выбирая меньшее, с соответствующими «поправками» и дополнениями. И лишь начальник оперативного отдела полковник П.С. Вашурин предложил следующий план: прорываться на запад, громить тылы немецкой Центральной группы армий и уходить в Белорусские леса. Таким образом, войска группы Белова превратились бы из регулярных частей в партизан. Но потери при этом были бы, конечно, наименьшими.

Белов всегда требовал от штаба и учил офицеров, что любое решение, даже самое глупое должно быть чем-то обосновано. У Вашурина таких обоснований как раз и не было.

Но в группе кроме тяжелой общей обстановки было не мало и других довольно серьезных трудностей. В первую очередь, к ним относилась проблема с ранеными, командующий фронтом такие проблемы вообще не учитывал. К указанному времени было около 10 госпиталей, а в госпиталях более 2000 человек раненых. Второе, Жуков категорически запретил выход 1-й и 2-й партизанских дивизий на «Большую землю», они должны были превратиться в мелкие отряды и. временно исчезнуть. Конечно, это резко уменьшало силы и боевые возможности группы.

Было решено, раненых оставить под опекой партизан, замаскировав и спрятав все госпитали в лесных массивах. С легкоранеными поступали так: каждая дивизия и десантная бригада организуют отряды легкораненых и обеспечивают их выход вместе со своими частями. Но, когда раненые в госпиталях узнали о своей участи, все, кто мог мало-мальски передвигаться, бежали из госпиталей в свои части. Кто не мог двигаться сам садился на лошадь, а кто не мог сидеть и на лошади, садился на повозку.

Белов, заслушав мнения и предложения командиров дивизии и офицеров штаба, принимает решение: резко развернувшись на юг (группа отходила на запад) прорываться западнее Ельни в расположение 5-го партизанского полка «Лазо». Решение генерала Белова, было встречено всеми, как самое мудрое, и в действительности, так оно и оказалось. Оставалось лишь одно, - прорваться на юг так, чтобы противник не обнаружил этого маневра, не разгадал намерений Белова и не бросил сюда танки и мотопехоту. А вскоре случай, и главное -находчивость Белова помогли одурачить врага. Немцы поверили, что группа отходит на запад, и прекратили нажимать на нее с востока. Им теперь было невыгодно, чтобы кавалеристы отходили так быстро к Днепру. Благодаря этому войскам Белова удалось оторваться от немцев, и скрытно произвести перегруппировку. К 9 июня, значительно оторвавшись от врага, прикрываясь незначительными силами партизан, беловцы сосредоточились в исходном районе северо-западнее Ельни и начали подготовку к прорыву на юг.

ТРАГЕДИЯ 33-Й АРМИИ

Как уже упоминалось, 33-я армия успешно прорвав оборону немцев, стремительно двинулась в тыл врага. Но Жуков не принял мер для того, чтобы закрепить и расширить создавшийся участок прорыва в обороне противника. Пользуясь этим, гитлеровцы подтянув сюда две танковые дивизии, сравнительно легко и довольно прочно закрыли

образовавшуюся брешь, и четыре дивизии 33-й армии оказались отрезанными от своих тылов, баз снабжения и дивизий второго эшелона, они, как и кавалеристы, оказались без артиллерии, танков, боеприпасов продовольствия и без прикрытия с воздуха.

Но ей, как и группе Белова, была поставлена задача -захватить Вязьму, окружить группировку противника, не дать ей возможности отойти на запад и уничтожить. Конечно, если не отрываться от реальной действительности, и немного поразмыслить, можно было бы задать себе такой вопрос: как части, находящиеся в тылу врага без артиллерии и танков, без боеприпасов и прочих видов снабжения и обеспечения, могут «окружить и уничтожить» группировку противника, которая не только во много раз превосходит их по численности, но хорошо вооружена, оснащена техникой, отлично прикрыта с воздуха и не ощущает никаких недостатков в любом виде боевого обеспечения? Действительно, как? Нет, конечно же, даже человеку непосвященному и не искушенному в искусстве руководства боевыми действиями было ясно, что ни 33-я армия, ни группа войск Белова, ни корпус Соколова, ни все эти соединения вместе взятые, с добавлением нескольких тысяч десантников, не смогут выполнить такой задачи. На что же рассчитывал командующий Западным фронтом? К сожалению, даже сейчас его действия трудно объяснить. Так или иначе, но он должен был видеть (уже не говорим - предвидеть), что и группа Белова и 33-я армия, и все другие части и соединения, находящиеся в их положении, неизбежно обречены на разгром, если не обеспечить их всем необходимым для боя, то есть если к ним не прорвутся основные силы фронта (и даже двух фронтов). Он должен был видеть, что можно лишь оттянуть срок их разгрома, но избежать его было невозможно. Войска, прорвавшиеся в тыл врага, могло спасти лишь объединение усилий этих соединений для нанесения удара по врагу с тыла, навстречу мощному удару крупной группировки наших войск с фронта. Но, поскольку командующий фронтом категорически отвергал такое предложение генерала Белова, то следовательно, он, очевидно, надеялся на чудо.

Вязьма стала камнем преткновения. Согласно плану Г.К.Жукова на нее наступали со всех четырех сторон света. По идее, в ночь на 3 февраля, на город должны были обрушиться: с юго-востока - 33-я армия под командованием генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова в составе 113-й, 160-й, 329-й стрелковых дивизий (правда, последняя к указанному времени была уже оторвана противником от основных сил и действовала изолированно) и одного полка 338-й стрелковой дивизии. С запада - 8-я воздушно-десантная бригада под командованием подполковника А.А.Ануфриева, которая насчитывала всего 800 человек, но к указанному времени вела бои в окружении и меньше всего была способна к активным наступательным действиям на Вязьму. С северо-запада, наступали 11-й кавалерийский корпус Калининского фронта под командованием полковника Соколова (за время действия корпуса в районе северо-западнее Вязьмы, в нем сменились три командира: полковники Горин, Тимофеев и Соколов). В состав корпуса входили: три кавалерийские (18-я, 24-я и 82-я) и одна 107-я мотострелковая дивизии. Нужно отметить, что это все, что выделил Калининский фронт для выполнения своей главной задачи. Но и у 11-го кавкорпуса не было ни танков, ни артиллерии и, конечно же, его, как и группу Белова никто не прикрывал с воздуха. К 3 февраля 11-й кавкорпус достиг автострады Минск - Москва, но противник легко отбросил его на север и потому к наступлению на Вязьму он тоже не был готов. Наконец, с юга на Вязьму наступала группа войск Белова. Количество кавалерийских дивизий у нее было большое - пять, но общая их численность не превышала 6000 человек. Правда, к указанному времени к ней присоединился 250-й воздушно-десантный полк майора Н.Л. Солдатова. Это был не десантный, а посадочный полк. Его переброска в тыл совершалась с посадкой самолетов на аэродромы в тылу врага, в районе деревень Желанье и Знаменка, где действовали десантники и партизаны. Полк имел задачей «способствовать» успеху 33-й армии и группы войск Белова, как отмечалось в директиве фронта, хотя очень трудно объяснить, как мог малочисленный полк (фактически отряд), способствовать их успеху. Кроме этого полка Белову был подчинен авиадесантный полк капитана И.А. Сужака, который тоже был малочисленный (не более 450 человек).