Талисман мага - Камли Брайт

«Разницу… разницу… скоро увидишь разницу…» — оставшись один, машинально твердил про себя Ральф. Хотя, если быть до конца честным, думал он сейчас вовсе не о спасенном адепте Нечистого.

Разница, без сомнения, существовала; он ее видел — разница в поведении Дэвида: до того, как тот прошел сквозь «ворота», и после. Тут можно было не сомневаться. Правда, сам Нечистый словно бы ничего не замечал. Или просто делал вид? Кроме того, Ральфа интересовало, заметно ли, со своей стороны, что-нибудь новое в нем самом? Конечно, было бы намного проще прямо спросить об этом у Дэвида. Или у Алекса: что именно его тогда так испугало? Однако от одной такой мысли начиналась настоящая паника. Вот и сейчас… Нет, уходить, скорее уходить! В Тайг, на Манун — куда угодно. Лемуты, слуги Нечистого — неважно, лишь бы отвлечься, забыть. Как сегодня ночью, когда не было времени, чтобы хотя бы просто вспомнить о себе… Кстати, пора проведать спасенного.

Даже для слуги Нечистого — для каковых румянец никогда нормой не считался — С'дино выглядел чересчур бледным, однако он уже не походил на труп, как вчера, а когда разглядел, кто именно к нему пожаловал, его глаза на мгновение стали словно ярче и бывший адепт сделал попытку приподняться.

— Побереги силы, — остановил Ральф. — И не надо ничего говорить, — добавил он, присаживаясь напротив.

Несколько минут они молча рассматривали друг друга, затем разведчик почувствовал, что его сознания, как и тогда, ночью, коснулся мысленный зонд спасенного.

— Я же сказал: побереги силы, — повторил Ральф.

С'дино попытался улыбнуться.

— Я вспомнил… — Голос его звучал едва слышно: похоже, это стоило немалых усилий.

— Вспомнил что?

— Муравь…

— Муравьи? — по инерции переспросил разведчик и тут же сообразил, в чем дело: — Так это, значит, ты? Ты внушил нам, что мы видим муравьев?

Его собеседник кивнул.

— Один или были помощники?

С'дино опустил веки — даже такой короткий разговор его явно утомил. Что ж, не удивительно: больше недели считать себя похороненным заживо — в абсолютной темноте и сырости… Затем мысли разведчика (пока больной собирался с силами) вернулись к «муравьям». Сказать, что он восхитился мастерством создавших эту иллюзию — все равно, что не сказать ничего. О таком Ральф мог только мечтать: ведь и Риу, и Тэн, и он сам не только видели живой «ковер» из копошившихся, надвигавшихся со всех сторон насекомых, но и слышали их. Слышали, как шуршат сухие листья, попираемые миллиардами крохотных лапок… — все абсолютно натурально; в том числе и страх — а иначе кто бы решился проползти с десяток миль под землей через лаз чуть больше ярда шириной? Вот уж где могло засыпать землей в любой момент…

Наверно, Ральф слишком увлекся, потому что уже почти услышал этот характерный звук — звук осыпавшейся земли: сначала едва различимый шорох, затем…

Разведчик поднял голову… Причудливо изгибавшаяся трещина в потолке медленно расходилась, и через образовавшуюся щель с тихим, но угрожающим шуршанием осыпались мелкие — пока! — камешки и комочки земли…

Вряд ли на осознание увиденного Ральфу потребовалось больше нескольких секунд — скорее, время, как это часто бывает в подобных ситуациях, растянулось, и несколько секунд в восприятии разведчика превратились в минуты. А потом он услышал… смешок.

— Поверил… — На лбу «умирающего» выступил пот, но черные глаза блеснули подозрительно ярко.

Иллюзия? Никакой трещины, естественно, не было; не сыпались и камешки. Сколько ж на это надо сил? Разведчик придирчиво рассматривал бывшего адепта Нечистого.

— Ты спрашивал… про… помощников… — Нет, говорил он и вправду с трудом.

Ральф, который уже было вскочил, медленно опустился на место.

«Ну и видок, должно быть, у меня…»

— А ты опасный человек.

— Был.

— Ничего себе «был»! Как ты это делаешь? — И Ральф помимо своей воли снова посмотрел вверх.

В создании иллюзий у него никогда не получались детали, поэтому приходилось прямо на зрительные образы накладывать подходящие эмоции — по существу программировать, навязывать «жертве» нужную реакцию.

Получалось громоздко и ненадежно: на животных, если их надо было, например, напугать, это еще производило впечатление, а вот что касалось людей, то ввести в заблуждение их удавалось всего лишь на пару минут. С'дино же делал наоборот: сотворял настолько приближенную к реальности «картинку», что «жертва» не могла не купиться и выдавала абсолютно естественную реакцию. Как у него это получалось: был ли это врожденный талант или С'дино просто владел каким-то секретом — одному Богу известно.

Вот о чем бы разведчик действительно хотел поговорить.

— Как ты… меня… нашел?

Естественно, его сейчас волновало совсем другое.

— Ну, скажем, мне приснился сон.

С'дино поспешил прикрыть глаза. Однако Ральф, который, наконец, оставил в покое потолок, успел заметить, сколь сильное впечатление произвели на собеседника его слова. Можно было не сомневаться: бывший адепт воспринял свое спасение как знак Свыше… Впрочем, после всего пережитого удивляться такой реакции не приходилось. К тому же, что вредного, если человек, около двадцати лет прослуживший Нечистому, вдруг искренне раскаялся и решил, будто сам Господь предоставил ему возможность искупить совершенное зло?

А уж в том, что брат-отщепенец на самом деле этого хотел, Ральф не сомневался. И не только не сомневался, а даже собирался предложить ему себя испытать — в роли наставника «серебряных братьев», например. Почему бы нет? И силы, и убежденности в том, что служение Нечистому — заблуждение — у него теперь было хоть отбавляй; да и сам С'дино являлся потрясающим примером чудесного спасения и преображения.

— Мне нужна твоя помощь.

Казалось, С'дино обрадовался.

«Так и есть: прямо рвется в бой…»

Впрочем, когда разведчик объяснил, чего он хочет, бывший адепт заметно погрустнел.

— Ничего не получится… Ральф.

— Почему?

— Потому что… — С'дино замялся.

— Думаешь, они не поверят, будто ты изменился?

С'дино, который на протяжении всего разговора то демонстративно, подчеркивая свою слабость, опускал веки, то якобы разглядывал что-то в углу — лишь бы не встречаться с глазами разведчика, — сейчас посмотрел прямо на него.

«Что именно ты обо мне знаешь?» — как бы спрашивал этот взгляд. Было в нем, правда, еще и такое, от чего Ральфу сразу стало не по себе, но он сделал вид, будто ничего не заметил.

— Все, — вслух сказал разведчик. — Я знаю все. У тебя нет другого выхода… С'дино.