Путешествие на космическом корабле "Бигль" - Альфред Элтон Ван Вогт

— Вам доводилось уже видеть это?

Человек взял кристалл, покатал его на ладони, потом замотал головой:

— Что за штука?

Гросвенор приказал:

— Поверните этой стороной и вставьте прямо в ухо.

Тот беспрекословно повиновался, и Гросвенор продолжил повелительным тоном:

— Думаю, вы обратили внимание на то, что внешняя часть прибора имеет телесный цвет. Другими словами, заметить, что вы носите эту чашечку, можно только с очень близкого расстояния. Если кто-нибудь начнет задавать вопросы, скажите, что это аппарат для улучшения слуха. Сами вы через минуту-другую перестанете его ощущать.

Человек заинтересовался:

— Я его в самом деле почти не чувствую. А для чего он служит?

— Это радиоприемник, — ответил Гросвенор. И далее перешел на размеренный тон, выделяя каждое слово: — Но вы не будете осознавать то, что из него услышите. Сказанное станет проникать напрямую в подсознание. Вы без всяких помех сможете воспринимать реплики других людей и участвовать в беседах. Вы продолжите вести нормальную жизнь, не отдавая себе отчета в том, что в вас происходит, пусть оно и не очень обычно. Вы больше не будете об этом думать.

— Надо же! — подивился техник.

Он вышел, покачивая головой. Спустя несколько минут в лаборатории появился следующий подопечный, затем по очереди и остальные четверо, продемонстрировавших наибольшую внушаемость. Каждому из них Гросвенор вручил миниатюрный радиоприемник и велел тут же пристроить его в ухе.

Затем, насвистывая, отправился искать второй баллон с другим гипнотическим газом, которым заменил первый в затянутом сеткой шкафу. На этот раз Мэлдон и еще четверо отреагировали в полной мере. Среди оставшихся двое проявили легкую реакцию, один, слегка затронутый порцией первого газа, похоже, совсем оправился, а последний, по-прежнему, не показывал никаких признаков воздействия.

Гросвенор решил удовлетвориться, полностью загипнотизировав одиннадцать подопечных из пятнадцати. Кент будет неприятно удивлен, обнаружив такое количество гениальных химиков в своем отделе.

Однако до окончательной победы было еще далеко. Для этого, вероятно, придется браться за Кента более непосредственным образом. Гросвенор поспешно приготовил запись для наушных радиоприемников. Он запустил ее, продолжая прогуливаться по комнате и наблюдать за людьми. Четверо подопечных выглядели озабоченными. Гросвенор приблизился к тому из них, который не переставая тряс головой.

— Что с вами? — спросил он.

Человек смущенно хихикнул:

— Я слышу голос. Идиотизм какой-то.

— Громкий?

— Нет, скорее далекий. Сначала затихает, затем снова…

— Это пройдет, — произнес Гросвенор успокаивающе. — Должно быть, умственная усталость. Держу пари, сейчас уже лучше.

Человек склонил голову набок, явно прислушиваясь.

— Прекратилось. — Он вздохнул с облегчением. — А то я уже начал беспокоиться.

Двоих из трех, выглядевших озабоченными, Гросвенору удалось успокоить с относительной легкостью. Но третий, вопреки усилиям, продолжал слышать голос. В конце концов Гросвенор отвел его в сторону и под предлогом осмотра уха, снял миниатюрный приемник. Человеку требовалась, вероятно, дополнительная подготовка.

Гросвенор поговорил по очереди с каждым из оставшихся подопечных. Затем, удовлетворенный, зашел в свой кабинет, где подобрал серию дисков, запрограммировав воспроизводящее устройство таким образом, чтобы они звучали по три минуты в каждые четверть часа. Вернувшись в студию, убедился, что все проходит нормально. Он решил, что может совершенно спокойно оставить этих людей заниматься своей работой. Он вышел и направился к лифтам.

Несколькими минутами позже он добрался до математического отдела и попросил встречи с Мортоном. К его удивлению, он был немедленно допущен.

Он нашел Мортона удобно расположившимся перед большим письменным столом. Математик кивнул на стул, и Гросвенор сел. У Мортона он оказался в первый раз и оглядывался вокруг с любопытством. Одну из стен просторного кабинета полностью занимал экран. В настоящий момент он представлял пространство под таким углом, что вся Галактика, с крошечной пылинкой Солнца, была видна от края до края. Также в поле зрения попадали многочисленные звездные скопления, которые, хотя и не входили, строго говоря, в состав Млечного Пути, вместе с ним неслись сквозь космическое пространство. При виде их Гросвенор вспомнил, что именно в одном из данных скоплений в настоящий момент двигался Бигль.

После обмена обычными формулами вежливости он поинтересовался:

— Уже решено, будем ли мы останавливаться у одного из солнц этого скопления?

— Похоже, проект не нашел необходимой поддержки, к моей радости. Мы направляемся прямо в другую галактику и, следовательно, больше времени проведем вдали от Земли.

Начальник экспедиции наклонился вперед, взял какую-то бумагу на столе, затем откинулся на спинку кресла. Неожиданно он сказал:

— Мне доложили, что вас захватили.

Гросвенор улыбнулся. Он не сомневался в том, что кое-кто из членов экспедиции воспринял новость с известным удовлетворением. Много было тех, которые чувствовали себя неловко при мысли о возможностях нексиализма. Они — а среди них не только сторонники Кента — не одобрили бы вмешательства начальника в данное дело.

Несмотря на это Гросвенор пришел к Мортону, чтобы понять, готов ли тот глянуть ситуации в лицо. В нескольких словах он описал случившееся. Он закончил, сказав:

— Мистер Мортон, хочу, чтобы вы попросили мистера Кента вернуться к себе.

В действительности он совсем не имел желания увидеть такой приказ изданным, ему лишь нужно было посмотреть, сознает ли сам Мортон опасность.

Начальник экспедиции поднял голову и произнес ровным тоном:

— В конце концов, у вас очень много места для одного. Почему бы не поделиться с другим отделом?

Ввиду такой нейтральной реакции Гросвенор не имел иных средств, кроме как настаивать. Он сказал с твердостью:

— Должен ли я понимать так, что на борту данного корабля руководитель отдела может захватить территорию другого руководителя отдела, даже не испросив предварительно разрешения вышестоящего начальства?

Мортон ответил не сразу. Лишенная иллюзий улыбка бродила по его лицу. Наконец, он заговорил.

— Мне кажется, вы недостаточно ясно представляете мое положение на борту Бигля. Прежде чем принять какое-либо решение, касающееся руководителя отдела, я должен посоветоваться с другими. — Он посмотрел в потолок. — Предположим, я внес вопрос в повестку дня и после обсуждения было решено выделить Кенту ту территорию, которую он занял в вашем отделе. В результате мы получим признанный статус, то есть, постоянный. — Он закончил непринужденным тоном: — Думаю, вам не очень хочется увидеть ваше жизненное пространство ограниченным уже окончательно.

Он улыбнулся шире.

Гросвенор, добившийся своей цели, вернул Мортону улыбку.

— Счастлив был получить вашу поддержку в настоящем деле. Так значит, я могу рассчитывать на вас в том, чтобы Кент не внес вопрос в повестку дня?

Если Мортон и был удивлен таким поворотом, то не дал этого заметить.

— Повестка дня является как раз тем пунктом, на который я имею немалое влияние. Собственно, мой кабинет ее и готовит. Именно я ее и представляю. Руководители отделов могут потребовать, чтобы ходатайство Кента было внесено в повестку одного из будущих собраний, но не ближайшего.

— Полагаю, — произнес Гросвенор, — мистер Кент уже подал заявку на приобретение четырех комнат в моем отделе?

Мортон подтвердил. Он положил бумагу, которую держал в руке, на место и взял хронометр. Внимательно его изучил.

— Очередное собрание пройдет через два дня. Затем через неделю, если только я его не перенесу. Думаю… — Тон Мортона стал задумчивым, — думаю, у меня не возникнет особых трудностей с отменой того, которое должно состояться через двенадцать дней. — Он положил хронометр и встал. — Это вам даст двадцать два дня на то, чтобы справиться с ситуацией.

Гросвенор медленно поднялся. Он решил не делать никаких комментариев по поводу предоставленной отсрочки. В настоящий момент он считал ее совершенно достаточной, но, заявив это, рисковал показаться чересчур самонадеянным. Вероятнее всего, ситуация действительно разрешится задолго до окончания данного времени, однако исход не был предопределенным: либо он вернет себе свою территорию, либо его поражение станет уже признанным фактом.

Он произнес громко:

— Существует еще один вопрос, к которому хотелось бы привлечь ваше внимание. Мне кажется, я должен иметь возможность общаться напрямую с руководителями отделов, когда надеваю скафандр.

Мортон улыбнулся.