Маяк Свана - Фиби Роу

к самому маяку – или вместо маяка, если его разыскать не удастся, – я прошу вас найти историю того, что с ним произошло.

У Мари снова перехватило горло – от обиды и одновременно сопереживания.

– Эванджелина, мне действительно нужны деньги на поиски «Калифорнийца», но я прежде всего ученый. Я не собираюсь выполнять работу спустя рукава только ради денег. Я бы никогда так с вами не поступила.

– Я знаю, – кивнула Эванджелина. – И я бы не позвонила вам, если бы не доверяла. Просто хочу сказать, что работа предстоит сложная. Даже в таких маленьких городках порой случаются запутанные истории, и чтобы добраться до истины, не всегда нужно искать лишь под водой. Постарайтесь узнать о людях, не только о руинах, которые они после себя оставили.

* * *

К тому времени, когда Мари покинула белый коттедж, уже стемнело, и голова у нее шла кругом. Она машинально, не глядя по сторонам, зашагала в том направлении, которое указал ей Реджи Купер, к магазину «Айсколки».

Эванджелина Девон уже вложила в поиски маяка гораздо больше сил и денег, чем хотела дать понять, – это было очевидно. Мари не сомневалась, что дружба с Кэтрин Меттл каким-то образом разожгла ее интерес, но… «Постарайтесь узнать о людях, не только о руинах, которые они после себя оставили…» Что это означает? О каких людях? Каких руинах? Почему Эванджелина так уверена, что здесь вообще есть что искать? Мари уже не понимала, что думать об этой старой женщине, но чувствовала некое сродство с ней.

То, как Эванджелина говорила о маяке, напомнило Мари ее собственное отношение к «Калифорнийцу», когда она впервые о нем услышала. «Калифорниец» словно зацепил ее якорем навсегда. Будь ей сейчас столько же лет, сколько Эванджелине, как бы она смогла смириться с неспособностью исследовать океанское дно самостоятельно, с необходимостью нанимать для этого других людей? Мари подумала о рисунках Кэтрин Меттл, о маяке, безмятежно застывшем над гаванью. Сейчас, глядя на скалу, никто бы не догадался, что там была башня. Но Эванджелина тоже смотрела на скалу и верила в это. Попробовать разобраться во всем имело смысл в любом случае, независимо от причин. И Мари собиралась сдержать обещание – восстановить историю маяка, какой бы она ни была, по крайней мере узнать, что от нее осталось.

Тем не менее она не замедлила написать Тиму о деньгах. Он сразу ответил целым частоколом восклицательных знаков, хотя на «Меркурии» была глубокая ночь. «Как тебе удалось???» – добавил он. Мари вкратце объяснила.

В «Айсколках» было пусто, только кассир сидел за прилавком – смуглый, серьезного вида мужчина в черной футболке. Он вскинул на Мари взгляд, когда та вошла, и снова принялся что-то печатать на компьютере. Она двинулась вдоль полок, перебирая носки и перчатки. Тренькнул телефон – пришла эсэмэска от Тима: «Закончили с «Вишней». Корпус почти расплющен. Пришлю тебе данные + загляни в отчет Г. Займемся «Урсулой» в среду».

«Передай привет моей героине, – написала в ответ Мари. – Здесь у меня работа на мелководье. Но интересная».

Она выбрала самую теплую куртку из того, что нашла, перекинула ее через локоть, добавила туда же рубашку с длинным рукавом, вязаную шапку и пару перчаток – всё с витрины распродаж. Прихватила несколько протеиновых батончиков и пузырек сиропа «Эдвил». У морозильной камеры с мороженым она остановилась, потому что телефон опять тренькнул. Тим прислал фотографию экрана гидролокатора с громоздким силуэтом «Урсулы» в центре и написал: «Работа на мелководье – хорошо, интересная – еще лучше. Сделай так, чтобы мы тобой гордились, детка».

Мари фыркнула от смеха и сунула телефон в карман, на этот раз решительно застегнув молнию – мысли о «Калифорнийце» будут ее только отвлекать, а чтобы вернуться к нему поскорее, нужно сосредоточиться на новой работе.

И словно в ответ на эти мысли она вдруг кое-что увидела… Морозильная камера с мороженым стояла у стены, увешанной газетными вырезками и снимками, помятыми и покоробившимися от времени фотокарточками в тонах сепии. Там, на самом верху, под вентиляционным отверстием, висело то, что привлекло ее внимание.

Фотография маяка.

Мари положила вещи, которые несла к кассе, на морозильник и встала на цыпочки, но снимок был слишком высоко. Тогда она влезла на стеклянную раздвижную крышку морозильника с мороженым и выпрямилась, осторожно балансируя на раздвижных панелях. Ей и сейчас пришлось тянуться вверх, вытягивая шею, но когда она все же рассмотрела фотографию, у нее упало сердце. Она ошиблась. Этот маяк стоял не на скале, а на холме, чей склон полого спускался к морю. «МАЯК ФЭРРИЛЕНД-ХЭД, 1940 г.» гласил текст, отпечатанный под фотографией. Мари вздохнула от разочарования.

– Могу я чем-нибудь помочь? – раздался мужской голос, и она чуть не навернулась с морозильника. Перед ней стоял кассир, скрестив руки на груди и приподняв бровь.

– Привет! – бодро отозвалась Мари, становясь на четвереньки, чтобы слезть с морозильника. – Прошу прощения. Я просто… смотрела.

Мужчина вскинул взгляд темных глаз к потолку, затем снова уставился на нее:

– Смотрели на вентиляцию?

– Э-э… нет. На картинки.

– Предполагалось, что ими нужно любоваться издалека.

Мари по выражению его лица не понимала, позабавил его проделанный ею эквилибр или разозлил. Она наконец сползла с морозильника на пол. Кассир выглядел на пару лет моложе ее, но в черных кудрявых волосах, особенно на висках, уже белела седина. Линия загара была отчетливо заметна на плечах под рукавами футболки и под черной щетиной на щеках. Он шагнул ближе к морозильнику и принялся рассматривать фотографии.

– Тоже вентиляцией интересуетесь? – хмыкнула Мари, но он отреагировал на ее шутку невозмутимым взглядом.

«Ясно, – решила Мари. – Значит, злится».

– Вы случайно не к Эванджелине Девон приехали? – спросил он вдруг.

– К ней, – с удивлением сказала Мари. – Как вы догадались?

Он указал на фотографию Фэрриленд-Хэд:

– Вы рассматривали единственный снимок с маяком.

Мари наконец заметила его бостонский выговор и тоже сложила два и два.

– Вы занимаетесь судоподъемным делом, – сказала она, и мужчина кивнул.

– Я Джулиан Генри.

– Мари Адамс. Значит, вы тут не работаете продавцом?

– Нет. Я снял гостевую комнату у хозяина магазина. Просто подумал, ему не понравится, что всякие водолазы топчут его мороженое.

– Ага, – смущенно пробормотала Мари. Капитан Генри произнес все это с таким серьезным лицом, что непонятно было, шутит он или нет. – Может, вы все-таки примите у меня плату за покупки? – Она сгребла вещи с морозильника и с надеждой протянула их Джулиану Генри, но тот покачал головой:

– Тут кассовый аппарат сложнее, чем гидролокатор. Берите свои покупки. Я заведу у хозяина магазина счет для нас обоих. Судя по прошлым проектам Эванджелины, он нам понадобится.

* * *

Когда Мари вернулась в гостиницу, ресторанный зал покидала после ужина развеселая компания. Из распахнутой двери вместе с ними на Мари выкатилась волна теплого воздуха, в которой