Маяк во тьме - Юсукэ Киши

Он говорил так, потому что не мог считать, что совершал преступление.

— Прости, не стоило это озвучивать.

— Ничего… мы сделаем то, что должны сделать. Думай только так.

— Да… но…

Мне нужно было сказать ему. Иначе будет поздно.

— Ребенок Марии и Мамору — точно бес?

— Мы снова вернемся к этому? — Сатору звучал нетерпеливо. — Ты видела то же, что и я. Он убивал людей. Разве бес так не делает?

— Знаю. Но он сильно отличается от всех бесов, что появлялись раньше.

— Все они были разными. Есть несколько типов бесов, да? Но какая разница? Мы остановим его, а потом разберемся.

— Просто я не думаю, что это бес.

Сатору встал и провел рукой по волосам.

— Перестань! Почему ты заставляешь меня сомневаться в себе?

— Прости! Но послушай. Я не могу не задаваться вопросом, что вообще знает этот ребенок.

— И что, если он не знает, что он бес? Мы все равно должны его остановить. Иначе город будет разрушен, и вся Япония попадет под контроль Якомару. Бесов станет больше, и бакэ-недзуми захватят мир.

— Знаю. Я знаю, что его нужно остановить любой ценой. Но это ребенок Марии. Я хочу дать ему шанс. Всего один.

— Шанс? Я не знаю, о чем ты.

— Если заставить его узнать…!

Я описала свой план. Только он мог это сделать.

— Ты серьезно? Это не поможет.

— Разве не стоит попробовать? Дать ему шанс перед применением психобастера?

Сатору скрестил руки и задумался.

— Я ничего не обещаю.

Я смогла добиться только этого.

— Я попробую, если будет время. Но мы не будем портить этим изначальный план. Если будет невозможно, используем психобастер.

— Хорошо. Ты прав, да. Спасибо, — сказала я. — Серьезно. Я не могу выразить свою благодарность.

— Понимаю… твои чувства, — Сатору притих.

Похоже, он не хотел обсуждать эту тему.

Издалека раздался звон, как металл по камню. Я вздрогнула.

— Этот звук! — завопила я.

Сатору прижал палец к губам.

Я услышала его снова. Он разносился по туннелю и долетал до нас. Часть отражалась эхом от камней.

— Это они. Отряды над землей передают сигналы тем, кто внизу.

Они начали гонку. Киромару был добычей.

Через миг я услышала другой звук. Протяжный волчий вой.

— Киромару! — закричал Сатору.

Они были уже близко. Это был сигнал, что бес поймал наживку.

— Они идут. В туннель… у нас две или три минуты.

Я спешила, скрутила корни деревьев, сделав из них факел, и подожгла. Первый миг был самым важным. Бесу нужно было увидеть нас.

Мое сердце колотилось так, что руки дрожали. Холодный пот выступил на теле. Бес появится в любой миг. Мы не могли проиграть. На кону были не только наши жизни, но и жизни миллионов.

Голова кружилась и болела, меня тошнило.

А потом это произошло.

Мои мысли стали удивительно ясными. Я ощущала, как разум открылся для всего, словно я уже не была только собой. Это было странно, но приятно. Я ощущала почти безграничную радость, которую можно было сравнить только с оргазмом. Я была уверена, что так и было. Шун шептал в мое ухо, в моих мыслях.

Я видела свои сомнения, тревогу и нерешительность чужими глазами.

Я все еще сомневалась в Киромару, но я видела, что корни этих сомнений были в другом.

— Враг верит, что охотится на нас, и он так сосредоточен на преследовании, что не понимают, что охотятся и на него.

Слова Киромару звучали в моих ушах. Он говорил о враге, но, может, говорил и о нас?

Я такое слышала раньше. Когда нас учили играть в го в Школе гармонии.

В ловушке из-за мысли о ловушке… Когда сильно сосредотачиваешься на нападении на врага, открываешься, и твои фигуры забирают.

Почему это осталось в моей голове?

Якомару… когда мы еще звали его Сквилером, он сказал, что научился боевым стратегиям из книжки по го.

Я не могла представить, что он не понял наши планы. Киромару уже обманывал его, так разве он стал бы рисковать своим козырем, бесом?

Не стал бы. Якомару знал, что потеряет солдат в том нападении? Его холодное отношение к подчиненным было в его стиле.

Если все это время мы танцевали под его дудку…

Я снова потела.

Но мы уже не могли отступить.

Киромару вырвался в туннель впереди. Мы пересеклись взглядами, и он быстро пропал в другом туннеле.

— Идет! — тихо сказал Сатору.

И появился сам страх.

4

Из того же туннеля появились темные силуэты.

Солдаты бакэ-недзуми. Они были голыми, у каждого был кожаный мешок, они сжимали духовые трубки, которые хорошо помогали в узких местах, как эти туннели.

Они уловили наш запах. Они быстро рассредоточились и поднесли трубки к ртам. Только один из четверых держал факел, хоть я не знала, было это из-за хорошего зрения в темноте, или им просто не нужно было полагаться на зрение.

Появилась другая фигура. Было слишком темно, чтобы разобрать, но это был или Якомару, или бес.

Он шел к нам, не выказывая страха. От других солдат его отличал плащ с капюшоном, несмотря на жару и влажность. Он