Император и шут - Дэйв Дункан

Та не сразу уразумела, что именно произошло с «Китом». Потом до не дошло, что Краснегар – не Хаб и что в каждом уголке мира королевское бремя имеет свои особенности. Ей оставалось лишь тщательно подавить улыбку и сохранить серьезное выражение лица. Действительно, если Рэп в будущем собирается стать чемто большим, чем только лишь мужем королевы, ему следует с самого начала твердо стоять на своих собственных ногах. И судя по отзыву конюшего, начало у Рэпа было успешным.

– В таком случае, я уверена, Инос поймет, – сказала она. – Но скорого прощения не жди! Однако нам пора…

Рэп, вздыхая, рассматривал свои руки, но с места не сдвинулся.

– Она огорчится?

– Боюсь, что так.

– Очень огорчится? – допытывался фавн.

– Крайне, Рэп. Крайне огорчится, – вынуждена была признать Кэйд.

– Я не хочу ее разочаровывать, – в смятении воскликнул Рэп. – Особенно в такой день.

– Об этом тебе следовало подумать раньше и отложить выпивку с Кратом. Теперь поздно жалеть, – пожала плечами Кэйд.

Она чувствовала себя озадаченной странным волнением фавна.

Рэп кивнул, полностью соглашаясь с герцогиней. Вид у фавна был разнесчастнейший.

– Тогда… – вздохнул он. – Вы оба… обещайте не рассказывать ей… Оба пообещайте! – попросил он.

– Нам не понадобится рассказывать, – заверила Кэйд. Старушка была совершенно сбита с толку. – Инос сама все увидит.

Рэп тяжело застонал. Поднимая голову, он прошептал:

– Ничего она не увидит. Лишь бы вы не проговорились… ни о том, ни об этом.

Фонари под его глазами исчезли, разбитая губа приобрела нормальные очертания.

Кэйдолан так и подскочила, громко ойкнув.

Хононин втянул воздух сквозь стиснутые зубы и хриплым голосом укорил:

– Ты же уверял меня, что больше уже не колдун!

– Я говорил чистую правду, но то было раньше, – виновато оправдывался Рэп. Мэм, ты можешь вспомнить свое волшебное слово?

– Нет… – тут же откликнулась Кэйд, потом задумалась и подтвердила: – Нет, не могу!

В тот день, когда Инос швырнула слова в толпу краснегарцев, Кэйд почувствовала неприятное, болезненное ощущение, понять которое не смогла и приписала несварению желудка. Смысл случившегося открылся ей тогда, когда через магический портал в тот же вечер ворвались в Кинвэйл Рэп с Инос. Перебивая друг друга, он похвастались, что магия слов уничтожена, что отныне и впредь все будет прекрасно и что они хотят побыстрее обвенчаться. Теперь она даже не могла вспомнить, каким оно было ее слово.

– Понимаешь, – глядя на конюшего, пояснял Рэп. – Слова – это особые созвучия, огромные, длинные, тарабарские. Они – магия сами по себе. Это истинная причина, почему люди способны запоминать их, услышав одинединственный раз.

– Значит, – догадалась Кэйд, – когда Инос думала, что разрушает их… – Не в силах скрыть возбуждение, герцогиня всплеснула руками.

– Она просто их оглушила! – раздраженно буркнул Рэп. – Да и то не все, а лишь некоторые. Сотни людей три дня назад слышали звон, но слова, не переданные как должно, пронеслись над ними, не задержавшись, и теперь эти самые люди начинают забывать услышанную белиберду.

– Ты хочешь сказать, что слова возвращаются к тебе?

Рэп мрачно кивнул:

– Кажется, да. Некоторые. Возможно, виной тому мой природный талант к магии… Другого объяснения, пожалуй, нет. Я, кажется, единственный, к кому они возвращаются.

– Я не очень хорошо понимаю, почему ты так несчастен. И еще меньше я понимаю, зачем Инос понадобилось уничтожать их, – допытывалась Кэйд.

– Затем, что Бббоги… – Попытка продолжить объяснения успехом не увенчалась, и Рэп сдался. – Я ничего не могу больше добавить. Прими случившееся как факт. Препятствия, отделявшего меня от Инос, уже не существует. Все в порядке, пока Инос не вспомнит слова. Сейчас она не помнит их, я спрашивал. В любом случае прежней мощи мне не вернуть. Во всяком случае, я надеюсь на это. – Коснувшись лица, Рэп усмехнулся. – Это… это только иллюзия, ради Инос. Завтра, там, в Краснегаре, я покажу свое лицо… Так ты обещаешь ничего не говорить Инос?

Кэйд не могла понять, почему Рэпу не нравится быть колдуном, но здраво рассудила, что это не ее дело. Привычная к чарам, она всегда считала, что небольшая толика магии полезна для управления Краснегаром.

Она поднялась, Рэп также вскочил.

– Я соглашусь хранить тайну, – пообещала Кэйд, – только при условии, что ты избавишься от этой мерзкой нитки на воротнике.

Столь явный шантаж рассердил и огорчил фавна. Он даже свирепо нахмурился, совсем как Хононин. Затем ненавистная нитка исчезла. Кроме того, на одежде разгладились все неопрятные складки. Кружево галстука расправилось и стало выглядеть белоснежным ажурным сугробом, а пряжка пояса заискрилась чистым золотом. И как последний штрих – волосы Рэпа легли аккуратными блестящими волнами.

– Совсем другое дело! – обрадовалась Кэйд. – О, замечательно! – Она любовалась изумительно красивым женихом королевы. – Как романтично! Инос будет в восторге!

Неожиданно для самой себя, Кэйд поцеловала фавна в лоб. Он искренне удивился, а затем застенчиво заулыбался. Она случайно бросила взгляд на руки Рэпа и вдруг поняла – парень дрожит, как в лихорадке.

«Невероятно! – ахнула герцогиня. – Рэп боится?»

Действительно, странно! Ну может ли бояться тот, кто осаживал пиратов и султанов…

– Благодарю тебя, – с чувством сказала она. – Надеюсь, сегодня ты будешь хорошо себя вести?

– Что ты имеешь в виду?

…тот, кто победил гоблинов и драконов…

– Не портить церемонию венчания, размахивая мечами.

– Конечно нет!

…тот, кто бросал вызов Хранителям и – как теперь подозревала она – даже самим Богам…

– Не станешь разъезжать на лошади по часовне?

– Ни в коем случае не стану.

– И не сбежишь?

– Ах! Какая ты догадливая, – мрачно нахмурился Рэп. – Было у меня такое намерение, но нет, я этого не сделаю.

– Не беспокойся, Кэйд, – бодро пообещал Хононин. – Я удержу парня у алтаря, даже если придется пришпилить его мечом к этому самому алтарю.

…тот, который будет верным, любящим мужем и солидарным, уважаемым королем…

Вдруг Кэйд вспомнила, что сегодня свадьба, и ей срочно понадобился платок. Быстро отвернувшись, она направилась к двери. Шагавший рядом Рэп вытянул руку и распахнул дверь перед Кэйд. Присев в реверансе, старушка сказала:

– После вас, ваше величество!

– Нет! – запротестовал Рэп. – Пожалуйста! Я не хочу, чтобы на меня вешали этот титул!

– Разве не королеве решать это? Или ты все время собираешься главенствовать над ней?

Ошеломленный Рэп замер на месте и отчаянно покраснел.