Что натворил Бог. Трансформация Америки, 1815-1848 гг. - Daniel Walker Howe

64. Автобиография Мартина Ван Бюрена (Вашингтон, 1920), 463; Мемуары Джона Куинси Адамса (Филадельфия, 1874-77), дневниковая запись за 1 сентября 1835 года, IX, 260.

Американец, каждый любитель свободы, каждый благожелатель своего потомства клянется кровью Революции никогда не нарушать ни в малейшей степени законы страны".65 Хотя оба они были юристами приграничья, Линкольн из племени вигов демонстрировал отношение к закону, значительно отличающееся от отношения Джексона.

VI

6 июля 1835 года Великий Верховный судья умер, не дожив нескольких месяцев до своего восьмидесятилетия. Хотя национализм Джона Маршалла стал немодным в его родном штате Вирджиния, он оставался там лично популярным и находил возможность выразить свой глубоко прочувствованный беркеновский консерватизм. Будучи делегатом от Ричмонда на конституционном съезде штата Вирджиния в 1829-30 годах, этот самодур выступал против демократизации избирательного права и защищал власть аристократии Тидуотера. Скромный до последнего, он попросил, чтобы на его надгробии была указана только та информация, которой он гордился больше всего: что он был мужем Мэри Уиллис Эмблер. Маршалл умер в мире с самим собой, но в отчаянии от американского эксперимента, который он так старался увековечить. Он писал своему доверенному лицу Джозефу Стори: "Я медленно и неохотно поддаюсь убеждению, что наша конституция не может существовать долго". Его смерть наступила в Филадельфии, куда он отправился в поисках медицинской помощи из-за увеличенной печени. На гигантском колоколе филадельфийского Индепенденс-холла по окружности выбита цитата из книги Левит: "Провозгласите свободу по всей земле жителям ее". Колокол возвестил о первом публичном чтении Декларации независимости 8 июля 1776 года. Теперь же, звоня на похоронах Маршалла, Колокол Свободы треснул. Если это было предзнаменование, то оно было зловещим66.

После ухода председателя Верховного суда помощник судьи Стори остался, чтобы продолжить защиту американского национализма и судебного консерватизма. Как Маршалл и большинство других американских юристов, Стори почитал общее право. Будучи в большей степени ученым, чем Маршалл, Стори на протяжении многих лет и многих дел, как в Верховном суде, так и в окружном, работал над синтезом английских и американских прецедентов за большой промежуток времени в систему общего права, подходящую для федеральной юриспруденции. Его впечатляющие

65. "Выступление перед Молодежным лицеем Спрингфилда" (27 января 1838 г.), Собрание сочинений А.Л., I, 108-15.

66. Джон Маршалл - Джозефу Стори, 22 сентября 1832 г., цитируется в Kent Newmyer, John Marshall and the Heroic Age of the Supreme Court (Baton Rouge, 2001), 386. Попытки продолжить использование Колокола Свободы усугубили трещину; в него не звонили со дня рождения Вашингтона в 1846 году.

В "Комментариях к Конституции" (1833 г.) представлена националистическая и берклианская интерпретация этого документа, обосновывающая его авторитет, как это сделал Уэбстер, в американском обществе в целом. Джеймс Кент, канцлер высшего суда справедливости Нью-Йорка, распространил влияние суждений Стори через свои знаменитые "Комментарии к американскому праву" (1826-30). Кент стал известен как "американский Блэкстоун", что является отсылкой к великому английскому комментатору права XVIII века67.

В 1820-х годах некоторые джефферсоновские старые республиканцы выступили с критикой общего права как чуждой, недемократической системы, которую следует заменить более простыми правовыми кодексами, более понятными для неспециалистов. Джексоновские демократы продолжили эту критику, хотя чаще всего они просто одобряли всенародное избрание судей штатов, чтобы напомнить тем, кого Токвиль назвал "аристократией Америки", об их истинных суверенах. Во главе со Стори и Кентом представители юридической профессии сплотились в успешной защите общего права, утверждая, что, поскольку оно проистекает из привычек народа, оно предполагает его согласие.68 Хотя некоторые штаты и федеральное правительство в конечном итоге кодифицировали свое право, в кодексах были воплощены принципы общего права. Но юристы-виги не все делали по-своему: джексоновская политическая философия также оказала большое влияние. Большинство штатов написали или переписали свои конституции в антебеллумский период и при этом продемонстрировали концепции естественных прав и народного суверенитета, близкие Демократической партии. В то время как принципы вигов были ярко выражены во многих судебных заключениях, демократические принципы обычно преобладали на выборных конституционных конвенциях69.

Маршалл надеялся, что Генри Клей победит на выборах 1832 года и назначит Стори своим преемником, но этому не суждено было случиться. Выбор пал на Эндрю Джексона. Джексон сделал пять назначений в Верховный суд в конце своего президентского срока, в дополнение к двум другим в первый срок. Два из назначений на второй срок были сделаны в последний день его правления (3 марта 1837 года), когда услужливый демократический Конгресс расширил

67. Джозеф Стори, Комментарии к Конституции Соединенных Штатов (Бостон, 1833), т. I, кн. III, chap. 3. См. также Kent Newmyer, Supreme Court Justice Joseph Story (Chapel Hill, 1985); Carl Stychin, "The Commentaries of Chancellor James Kent and the Development of an American Common Law," American Journal of Legal History 37 (1993): 440-63.

68. Об этом споре см. Маршалл Фолетта, Coming to Terms with Democracy (Charlottesville, Va., 2001), 159-72.

69. См. Laura Scalia, America's Jeffersonian Experiment: Переделка конституций штатов, 1820-1850 (DeKalb, Ill., 1999).

Верховный суд с семи до девяти судей. Все пять назначенцев были выходцами из рабовладельческих штатов, хотя если бы представительство в суде было пропорционально свободному населению или судебным процессам, то в нем было бы всего три южных судьи. Когда один из назначенных Джексоном в последнюю минуту отказался от должности, Ван Бюрен назначил другого южанина. Несмотря на это, Джексон сделал больше назначений в Верховный суд, чем любой другой президент между Вашингтоном и Тафтом.

Чтобы заменить Маршалла на посту председателя Верховного суда, Джексон выдвинул кандидатуру своего бывшего генерального прокурора Роджера Тейни, которого ранее уже пытался назначить помощником судьи. Сенат вигов, порицавший Джексона за изъятие депозитов, отказался утвердить Тейни, ставшего орудием изъятия депозитов, в качестве министра финансов или судьи Верховного суда. Но на этот раз демократы контролировали Сенат, и 15 марта 1836 года они утвердили Тейни в качестве преемника Маршалла. Аскетичный Тейни, впалая грудь и сутулость, физически контрастировал с образом отважного человека на природе, который его предшественник сохранил даже в преклонном возрасте. Роджер Брук Тейни родился в католической табачной аристократии Мэриленда и начал свою политическую карьеру, как и Маршалл, как федералист. Он добился выдающихся успехов как практикующий юрист, в особенности благодаря своему мастерству в области гражданского судопроизводства. Директор банка штата и председатель кампании по выдвижению Джексона в президенты Мэриленда, он был вполне подходящим кандидатом, когда Старый Гикори назначил его генеральным прокурором США в ходе перестановки кабинета министров в 1831 году. Тейни согласился, но с условием, что будет продолжать частную юридическую практику. Век демонстрировал удивительную беспечность в отношении того, что мы