Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

как именно объяснит остальным, что Исихара будет мертв. Никакого плена. Никаких допросов. Смерть на месте. Что? Расточительно? Нет уж. Тварь вроде него должна провалиться в бездну Ёми.

Пожалуй, раньше бы он так не поступил. Нашёл преступника и доставил, куда надо.

Но перед глазами стояли лаборатории Краснолунных. А ещё… черная, как конец мира, урна с прахом Коджи Икэда. И от этого внутри что-то порвалось.

Эйтаро шумно выдохнул, прикрывая глаза. Он думает совсем не о том, что сейчас нужно. С виду дорога не вызывает лишних подозрений, пусть и всё время сужается. Интересно, почему шептуньи решили от неё отвадить людей?

Нет, он не отбрасывал мысль, что тут и правда шалит кто-то из Тех, без имени… Однако их присутствия пока не чувствовалось.

«Как и шептуний», — вдруг подумал Эйтаро.

За всю свою службу у императора он всего лишь раз пересекался с представительницей этого народа. Впечатления были… неоднозначные.

Лицо шептуньи частично закрыто сплетенными между собой камешками, что было то ли причудливым украшением, то ли ритуальной вещью. Как, например, у шаманов зажимы и кристаллы в волосах.

Шептунья тогда посмотрела на него своими бездонными черными глазами. Немного грустно, немного — с пониманием. Они стояли достаточно далеко. Даже если б и хотела что-то сказать, не получилось бы.

Она подняла руку с множеством колец, по несколько на каждом пальце. Кольца между собой связаны тонкими бусинами, что обвивали кисть и запястье. Эйтаро тогда заворожило это движение. Было в нем что-то особенное. Именно тогда подумалось, что в малых народах Тайоганори намного меньше схожего, чем он когда-либо казалось.

Но потом шептунья ушла. И больше с такими, как она, не приходилось встречаться.

— А зря, — пробормотал он себе под нос. — Возможно, сейчас бы что-то знал.

Его слова так и утонули в дневной тишине, что давила с каждой минутой всё сильнее и сильнее. Некоторое время он ещё ехал по тропе, но потом резко выросла скала, глухая и испещрённая какими-то неведомыми знаками.

Спешившись, Эйтаро подошёл к ней и, нахмурившись, внимательно осмотрел. На привычные кандзи не похоже. Все знаки какие-то… будто взлетают. Как их вообще высекали? Хотя, если приглядеться, то есть и другие… Они, наоборот, будто стекают вниз.

В этот момент Эйтаро сильно пожалел, что рядом нет никого, кто бы мог что-то рассказать о культуре севера. О той культуре, что нигде особо не показывается и бережно хранится местными.

Он провел пальцами по холодному камню, задумчиво повторяя каждую линию. Попытка покопаться в воспоминаниях, чтобы найти схожесть хоть на что-то, ни к чему не привело. Пришлось признать, что в этом месте у него явный провал в знаниях.

Увлеченный изучением письмен на скале, Эйтаро не услышал, что он здесь больше не один.

Беззвучные шаги. Дыхание ветра. Замах и удар кривым острым лезвием.

* * *

Несколько часов назад

Коджи резко распахнул глаза. Резко сел на постели, хрипло дыша. Белые волосы соскользнули с плеч, закрывая лицо.

Приснившийся кошмар был вязким, мерзким, не желающим выпускать из своих когтистых объятий.

Там была кровь. Много крови. Она текла по странным символам, которые будто хотели взлететь со скалы.

Коджи провел рукой по лицу. Некоторое время просто не двигался, осознавая, где находится. А ещё пытался заглушить стоящий в ушах крик.

Самым гадким было то, что Коджи никогда не слышал, чтобы этот человек так кричал.

— Цуми знает что, — хрипло прошептал он и посмотрел в окно.

Тишина. Ночь. Покой. Звёзды слишком ярко светят. Почему-то всегда казалось, что здесь они уступают тем, что южнее.

Или же он всегда был слепцом?

Посидев некоторое время, Коджи задумался, что делать. Кошмар был слишком реальным. Как… предупреждение.

Прислушавшись, понял, что Аска и мастер Хидеки уже спят. Во всяком случае не доносятся их голоса. Пагода без крыши наскакалась, а широй все же не железный.

Коджи резко выдохнул. Эйтаро… что с тобой происходит?

Он понимал, что не может остаться в стороне. Не может и… не хочет. Мысли метались как заполошные, но ни одной толковой не было.

Тихо выйдя из дома, прямо в одних штанах, Коджи с упоением вдохнул запах родного севера. Холодный воздух тут же пробрал до костей, однако это и требовалось. Сон тут же слетел.

Нужно действовать. И прямо сейчас. Потому что иначе может произойти что-то очень нехорошее.

Коджи быстро вернулся, оделся и оставил записку на кухонном столе. Если что-то пойдет не так, то лучше Аску не втягивать. Если всё получится, то и заморачиваться не стоит.

После чего он покинул сонный дом и, не теряя времени, направился к протекающей неподалеку от дома Хидеки реке. Она была узенькой и мелкой, но Коджи этого хватало. Водная рёку широй позволяла усилить задуманное даже так.

Благодаря небо, богов, которые хоть и были омерзительны, но в своё время чем-то помогли, он вошёл в воду по щиколотку. Ноги тут же обожгло чудовищным холодом. Коджи стиснул зубы. С пальцев хлынула синяя рёку, вычерчивая кандзи за кандзи, сплетаясь в единое целое.

Замереть. Вдохнуть. Закрыть глаза.

Прислушаться к миру, направить силу За Врата. Пусть в Коджи сейчас нет шаманской рёку, но он знает, что делать. Дорога не изменилась.

Найдись. Найдись. Отзовись.

Синие кандзи вспыхивали в полумраке вечных лесов, змеились по дорожкам среди деревьев. Тянули всё дальше и дальше.

Со всех сторон доносилось пробирающее до костей хихиканье. Безглазые лица выныривали из листвы, черные когти тянулись, чтобы поймать кандзи.

— Что ты потерял? — Хохот взрывался то там, то тут. — Что ищешь?

— Кого-кого-кого… — шелестел смех. — Он рядом не замечал, а теперь ищет-ищет-ищет…

— И не найдет?

Новый взрыв хохота.

Коджи стиснул зубы. Не отвлекаться на болтовню и насмешки. Местным обитателем будет только в радость, если он не добьется поставленной цели. Поэтому только пустил больше рёку, вытягивая энергию из реки.

И в какой-то момент перед глазами всё помутилось. Он вздрогнул, шумно выдохнул:

— Ну же, давай!

В следующий миг всё затопило непроглядной тьмой, а потом швырнуло Коджи куда-то вперед. Сильный удар разлился болью по всему телу. Он зажмурился, выставил руки вперед и с трудом осознал, что ладони упираются в сухую.

— Он к нам придет, — донесся голос откуда-то справа. — Я бы так уверенно не говорил, что круг шептуний ни разу ещё не врал.

Коджи замер. Голос… Цуми подери… Да это же… Проклятый краснолунный, которого хотелось убить несколько раз. Тот самый, что стал причиной его собственной