Пешки Сдвига - Вадим Громов

"Запятая" была длиною метров в тридцать пять - сорок: в своём окончании - уходя под землю на три с половиной роста Шатуна. На глубине двух с половиной метров, были видны первые признаки приложения человеческих усилий: слой бетона, который был не то - срезан, не то - продавлен.

"Запятая" пробившая слой земли и, потолок "Байкала-4", заканчивалась площадкой диаметром метров в восемь, составляющей "головку запятой". Которая находилась чуть выше уровня пола.

Батлай заглянул внутрь, настороженно поводя стволом автомата. Единственная дверь, имеющаяся в помещении, куда был открыт доступ; криво висела на верхней петле. На полу, имелись грязные, смазанные отпечатки всё тех же звериных лап, ведущих вглубь "Утопии".

Лаконичный кивок головой. Алмаз взял дверной проём на прицел, Батлай спрыгнул вниз, вскинул "ВАЛ". "Стеклорез" покинул площадку, составив буряту компанию. Через четверть минуты, вся шестёрка была в лаборатории.

- Подсобное помещение. - Арсений Олегович огляделся, на миг размякнув лицом, явно окунувшись в свои воспоминания: но, почти сразу же вернулся в реальность. - Краешком зацепило "Утопию", са-а-амым краешком... Какие-то полтора десятка метров, и не было бы никаких свиданий с молодостью. Основные помещения дальше. Сейчас попадаем в коридор и, направо. До двухстворчатых дверей. Потом налево...

- Не частите, уважаемый. - "Стеклорез" мягко прервал старого учёного. - Давайте сначала коридор пройдём, а там видно будет.

- Правда ваша. Не подумал. Вперёд?

Вперёд двинулись спустя минуту, произведя несколько незамысловатых, но необходимых манипуляций. Два негабаритных, но мощных фонаря, закреплённых на плечах Батлая и Алмаза, разогнали полумрак, до этого разбавленный только светом, попадающим в него из пролома. Ещё двумя фонарями - снабдили блондинку и Шатуна.

Алмаз с Батлаем, слаженно двинулись к повреждённой двери. Минуя стоящие, и валяющиеся на полу стеллажи со всякими хозяйственными полезностями, вроде запасов бытовой химии, рулонов туалетной бумаги, канцелярских принадлежностей; умело страхуя друг друга. Алмаз выглянул в дверной проём, ловко переместился в коридор, следом скользнул бурят: спустя пару секунд заглянул обратно, махнул рукой. Всё в порядке.

Подсобное помещение, из которого они вышли, находилось в конце длинного, шагов на семьдесят - коридора. С обеих сторон которого - имелись однотипные двери, с табличками "А-1", "Б-1", и так далее. Луч фонаря, выхватил конец коридора. Возле двухстворчатых дверей, одна створка которых - была распахнута на полную: виднелась неподвижно лежащая человеческая фигура в белом халате. Обтянутый высохшей кожей скелет, вытянувший руки в направлении выхода, как будто там было заветное спасение.

- Мирков, мой ассистент. Должен был сопровождать генераторы вместо меня. Да затемпературил накануне... - Арсений Олегович осёкся, словно в его горле, невесть откуда - появился ком, мешающий говорить. - А то бы я... здесь...

Он замолчал. Лихо, следующая за ним, утешающее, тихонько похлопала его по плечу.

- Спасибо. - Бывший глава "Байкала-4", полуобернулся, благодарно кивнул блондинке. - Всё нормально, просто нахлынуло...

- Ничего, бывает...

Батлай на мгновение застыл возле дверного порога, которым заканчивался коридор: тщательно осветил находящееся за дверью помещение, на предмет гипотетической опасности. Направился дальше.

- А почему лаборатория - подземная? - Вполголоса спросил Книжник, всё так же - идущий рядом с Арсением Олеговичем. - Не проще ли, было сделать обычную, где-нибудь в городе?

- Финансы, молодой человек. Только финансы. - Старый учёный печально улыбнулся. - Сколько можно украсть при наземной постройке, и сколько - при подземном строительстве? Уверяю вас - разница вполне серьёзная. Разумеется, преподносилось всё это, якобы из соображений вящей секретности: но, сами понимаете... Слова - это просто ширма. За которой, очень интенсивно шелестел водопад из дензнаков, если можно так выразиться. Знаете, сколько покупалось и, сколько продавалось за эти бумажки с водяными знаками? О-о-о... Не сочтите за наглость, но у вас - попросту не хватит воображения. Самый удивительный, и в то же время - паршивый парадокс, состоял в том: что в Утопии, этой оригинальной кормушке - для вконец потерявших совесть субъектов, работали сущие бессеребренники.

- А в кино, в лабораториях схожего типа, обычно показывают строгий пропускной режим. - Сказал Книжник. - Кодовые замки со сканером сетчатки глаза, магнитные пропуска... Что-то ничего такого, я здесь не наблюдаю.

- А зачем? Не забывайте, что по сути - мы занимались бесперспективными проектами. К чему лишние меры безопасности? Конечно, я допускаю, что деньги на это всё - были выделены, но освоены для совсем других целей, не имеющих ничего общего с безопасностью и - секретностью. Это потом уже, когда мы всё-таки что-то довели до нужной кондиции, началось какое-то движение в этом направлении: но со скоростью ниже черепашьей. В конечном счёте, нам сейчас это только на руку. Представьте, если бы всё вышеперечисленное вами - успели бы внедрить в реальность... Мы бы сейчас до сих пор, толкались в подсобном помещении, высаживая первую дверь, с помощью классической "такой-то матери". Оно вам надо?

- Ша! Завязываем с ненужной болтовнёй. - Бурят обернулся и, полушутливо-полусерьёзно погрозил Арсению Олеговичу, костистым кулаком. - Тишина полная. Теперь налево?

- Да. И, прямо до упора. - Старый учёный, лицом изобразил Книжнику раскаяние по поводу невозможности продолжения разговора. Очкарик успокаивающе поднял вверх ладони, подмигнул. Потом поболтаем.

Проскочили помещение с двухстворчатой дверью, оказавшееся комнатой отдыха, где находилось ещё три мертвеца. Свернули налево, в ещё один коридор, разве что - не такой длинный, как предыдущий.

Прямо, прямо, направо. Миновали ещё несколько помещений, выглядящих как полноценные рабочие площади секретной лаборатории. Химическое отделение, механическое, ещё какое-то, вовсе непонятное. Фонарные лучи, не задерживаясь ни на одну лишнюю секунду, выхватывали мёртвые прямоугольники мониторов, загадочные агрегаты, колбы, стеллажи: местами - кипы распечатанных бумаг, находящихся в творческом беспорядке. Книжник вертел головой с яростным любопытством, но Арсений Олегович, согласно просьбе-приказу бурята: хранил железное молчание, изредка корректируя маршрут.

- Туда, потом через тоннель. - Старый учёный показал на широкий проход, неполностью прикрытый рулонными воротами. Между нижней их частью и полом, был проход высотою около метра; может, чуть больше. - Там склад, и...

Батлай начал стрелять неожиданно, дав три длинных очереди: направив дуло автомата вверх - под углом градусов в сорок пять. И, без особого шума, прошивая девятимиллиметровым калибром - лёгкие, серебристые алюминиевые ламели ворот. В рассеянном, но всё ещё ярком луче света, было хорошо видно, как в металле - кучно появляются небольшие дырочки. Двадцатизарядный магазин опустел почти сразу же, бурят отсоединил его и: экономным движением, выхватил из кармашка на поясе - новый. Ребристый, пластиковый прямоугольник занял своё место и, в этот же момент - по ту сторону ворот, что-то упало сверху; с сочным, шмякающим звуком.